Чтение онлайн

Закончив второй столбец, он начал выполнять сложение: четыре плюс два дает шесть, в линии допускается не больше четырех, переносим единицу в клетку «пять», остается единица, остаток отбрасываем; получаем двойку в первой клетке, переносим единицу на линию десятков, единицу отбрасываем; четыре плюс один дает пять, переносим единицу в клетку «пятьдесят», получаем двойку в клетке «пятьдесят», допускается не больше единицы, переносим…

Архимандрит бормотал цифры, как суеверный кузнец, отковывая подкову, бормочет заклинания на удачу. Мало помалу Геннадий отвлекся: цифры выкладывались автоматически, на фишках фиксировался результат. Тем временем он покончил с рентой и перешел к налогам и пошлинам.

Презренное занятие! Лишь возможное повышение заставило его заняться сим грязным делом. Архимандрит никогда не был излишне амбициозен, в большей степени потому, что излишняя амбициозность в перспективе влечет за собой неблагоприятные последствия. Человек, достигший вершины иерархической лестницы к сорока годам, не имеет будущего: на протяжении последующих тридцати лет ему придется вести непрерывную борьбу с нескончаемой чередой не менее амбициозных и жестоких претендентов на его место. Геннадий же не видел в этом смысла. Гораздо лучше восходить медленно, попутно заключая союзы и приобретая по возможности меньше врагов; вместо игры в политику совершая поступки, которые запомнятся надолго, и постепенно завоевывая все большее влияние. Помогая Патриарху уладить некрасивую историю, он заложил надежный фундамент для своего дальнейшего роста, основанный на благодарности и высокой степени доверия, что свидетельствует о его, Геннадия, зрелости и солидном опыте в плетении интриг.

Карьерный рост был единственной причиной, почему Архимандрит позволил втянуть себя в эту неприятную историю. Он добился того, чего желал, но награда превзошла все его ожидания. Непознанный уровень добавил притягательности делу, которому Архимандрит посвятил всю жизнь. Временами ученого, как в юности, охватывало волнение, когда он с пылкой страстью открывал для себя загадочный и чарующий мир незнакомого учения.

Геннадий и Алексий случайно наткнулись на новый аспект Закона, таинственную область, нетронутую поколениями дотошных ученых. Они чувствовали себя как по терпевшие кораблекрушение, выброшенные на неизведанный берег. Здесь можно было провести всю жизнь, изучая неизвестные до сих пор явления, если бы не насущная необходимость уцелеть и как-то вернуться домой.

Больше всего Геннадий хотел поскорее покончить с этой историей, поскольку, помимо всего прочего, в глубине души он чувствовал страх. Архимандрит оказался удачливее своего коллеги, он не подвергся разрушительному противодействию Закона. Алексий же едва мог ходить, и Геннадий, несмотря ни на что, отчаянно хотел спасти его. Он даже нашел этому рациональное обоснование, заключающееся в том, что, если старик умрет слишком рано, его младший коллега навсегда лишится возможности использовать кредит доверия и благодарности, который он заработал столь тяжелым трудом.

«Отчасти он мне попросту симпатичен, но дело не только в этом. Здесь скрыто что-то важное, и я хочу знать, что именно»

От этих размышлений бессмысленное занятие, которому вынужденно предавался Геннадий, опротивело ему еще больше. Как бы он хотел оказаться сейчас в монастырской зале, узнать последние новости и попытаться наконец установить связь между проклятием Алексия и угрозой, нависшей над городом. Связь существовала, в этом Архимандрит не сомневался, ключ к разгадке скрывался в недавнем странном сне Патриарха, в который Геннадий нечаянно вторгся: тучи пыли, превратившиеся в паруса, девчонка с острова и пропавший брат Лордана. Беседа с фехтовальщиком не прояснила ситуацию.

«Нужно было идти вместе с ним и самому расспросить его, – корил себя Архимандрит. – Алексий слишком глубоко вовлечен в происходящее, чтобы объективно смотреть на ситуацию».

Тем не менее по реакции Лордана можно заключить, что его брат имеет к делу самое непосредственное отношение.

Кстати о бухгалтерии… Геннадий перепроверил цифры, обмакнул перо в чернила и в строке итогового дохода записал: двадцать девять тысяч девяносто семь – волнующая сумма даже для Архимандрита.

«Интересно, какое наказание предусматривает законодательство за растрату тридцати тысяч смайлеров?…»

Отогнав неуместную мысль, монах приступил к проверке расходных статей, заполненных мелким неразборчивым почерком брата Пелагея, который к тому же почти наверняка безбожно врал.

«Такая работа кого угодно способна заставить отказаться от должности!»

$Пиво – 2/3

$Сидр – 1/2

$Копченая рыба – 12/3

Три серебряных кольца для салфеток

с гравировкой оленя – 7/3

«Двенадцать смайлеров и три квотера на копченую рыбу в неделю! С этим непременно нужно разобраться. К тому же я терпеть не могу копченую рыбу. А если проверяющие не поднимут шум по поводу расходов на серебряные кольца, это сделаю я. Братьям давно пора понять: членство в Ордене исключает аристократические замашки».

Несомненно, Архимандрит рассуждал бы иначе, если бы это были его кольца. С пера сорвалась жирная клякса, и Геннадий подумал, что нужно будет непременно наорать на кого-нибудь, когда появится свободная минутка.

$Книги – 5/3

Эта графа выглядела благопристойно, однако Пелагей допустил явную ошибку в том, что касалось обуви. Геннадий попытался припомнить, что братия носит на ногах. Кажется, многие дефилировали в ярких остроносых туфлях по последней моде. Если бы они обладали хоть крупицей здравого смысла, не снимали бы сандалий до конца проверки.

Монах быстро просмотрел страницу до конца, держа левую руку на счетных фишках. Большую часть вычислений он мог бы проделать и в уме, выкладывая на счетах только недельный итог. Некоторые статьи расхода Геннадий помнил наизусть, к примеру,

$Слабительное – 12/1,

Напоминавшее о жестоком пищевом отравлении, которое постигло братьев после кулинарных экспериментов повара с безумно дорогими импортными грибами. Сразу за этим пунктом следовали:

$Средства для читки уборных – 1/3

$Аванс (новый повар) – 1/-,

что свидетельствовало о том, что брат Пелагей не лишен чувства юмора. Архимандрит тихонько вздохнул, вспоминая грибы, и перевернул страницу.

$Наконечники для стрел – 5/1

Наконечники для стрел? На кой черт им понадобились наконечники на сумму в пять смайлеров? Нахмурившись, Геннадий проверил дату записи. Прошлая неделя. В таком случае все ясно. Академия, как и большая часть городских учреждений, несла бремя по содержанию и обеспечению гвардии. Итак, наконечники для стрел. Что ж, хорошо хотя бы то, что никто не заставляет лично его прыгать под проливным дождем по городской стене.