Чтение онлайн

– Ну, разумеется, правда. Мы с Ларисой по всем пунктам обговорили покупку. Весной можно-с осуществить... Должен вам сказать, Евгений Павлович, что это не так просто... Как говорится...

Лесовский смутился и замешкался. Лариса обняла его за плечи, рассмеялась.

– О боже, да говорите же! Ну, словом, папа, мы с Николаем Иванычем любим друг друга... Мы решили к весне пожениться.

– Н-да, - многозначительно протянул фельдшер и, засопев, вскинул подбородок.
– Не ожидал... Врасплох, так сказать... Но если это серьезно...

– Серьезно, - тихо, но внушительно подтвердил инженер.
– Я люблю вашу дочь. Ее нельзя не любить- это божественное создание.
– Он взял ее руку и поднес к губам.

Лариса растроганно прижалась к нему и, отстранившись, решительно заговорила:

– Все будет хорошо, папа. Я не боюсь неудач. Мы не маленькие. И потом, я же не только ремингтонистка, но и учительница. Между прочим, Николай Иваныч, я послезавтра еду в Асхабад, в магазин Федорова за наглядными пособиями. Сегодня заведующий сказал. Говорит, был у него сам начальник уезда, и остался недоволен. Вам, говорит, госпожа Архангельская, придется побывать в столице.

– Лариса Евгеньевна, вы могли бы остановиться у меня в номере. Я дам вам ключ и записку для дежурной, - предложил Лесовский.

– Да что вы, Николай Иваныч, я ведь только на день еду! Утром прибуду в Асхабад, закуплю все, что требуется, а вечером возвращусь в Бахар. Так что, обойдусь. Не сердитесь за мой отказ.
– Она лукаво улыбнулась.
– И вообще не сердитесь.

– Между прочим, во вчерашней газете «Асхабад» опять поместили статейку Полуяна об учении Маркса, - с радостью и с какой-то опаской сообщил фельдшер.
– Не читали, Николай Иваныч?

– Нет, не привелось.

– Вот полюбуйтесь и непременно почитайте.
– Архангельский взял газету с этажерки и подал инженеру.

Лариса вздохнула, насупилась, но тотчас отобрала газету у Лесовского и направилась в свою комнату.

– Николай Иваныч, пойдемте ко мне, там и почитаем.

Подполковник Султанов второй день находился в Асхабаде - приехал с отчетом в штаб, в мусульманский отдел, которым управлял полковник Ораз Сердар.

Штаб располагался в терракотового цвета одноэтажном доме, с часовыми на крыльце. Перед входом возвышался гранитный столп, в виде Александрийского, но гораздо меньших размеров, и без ангела. Верх столпа венчался лаврами и двуглавым орлом. Словом, монумент был не слишком величественен, но и он красноречиво заявлял всякому, что здесь, в этом кирпичном доме, пребывает сам командующий Закаспийского края. Впрочем, этот державный столп и здание штаба были бы мало приметными, если бы не военный собор Михаила Архистратига, возвышающийся на самой площади. Эта с пятью золотыми куполами церковь видна была издали и привлекала к себе не только желтыми сверкающими маковицами, но и мощным колокольным звоном. Обыватели, офицеры и солдаты, приближаясь к Скобелевской площади, тотчас напускали на себя почтительное благоговение - столь впечатляющ был весь ансамбль центральной части города, окруженный высоченными карагачами. Возле собора и штаба всегда стояли кареты всех мастей самых высокопоставленных господ. На самом почетном, в специально отведенном месте, стояла и черная коляска подполковника Ораз Сердара. Второй день по ней пристав Султанов определял - у себя ли Ораз Сердар или в отъезде.

Султанов устроился в первоклассной гостинице «Гранд-Отель», рядом со Скобелевской площадью, причем одно окно его номера выходило прямо на боковую часть здания штаба. Отсюда он наблюдал, как подъезжали и уезжали экипажи, как шагали солдаты сибирского полка; направляясь на молебен в собор. Отсюда хорошо был виден черный, лакированный автомобиль «Руссо-Балт». Он стоял во дворе и выезжал на нем сам командующий генерал-лейтенант Шостак. Утром, наведя туалет, Султанов приоткрывал дверь на балкончик, наблюдая за штабным домом и площадью, и, как только появлялась черная коляска подполковника Ораз Сердара, тотчас надевал китель, еще раз смотрел в зеркало, закрывал на ключ номер и спешил к своему патрону. Так было вчера, с этого начался его деловой день и сегодня, с той лишь разницей, что вчера Султанов являл собой воплощение уверенности и спокойствия, а сегодня заметно нервничал.

Войдя в отдел, он поздоровался со штабными офицерами, перекинулся малозначительными фразами о здоровье, о самочувствии и попросил секретаршу доложить о нем господину подполковнику. Ему пришлось немного подождать, пока Ораз Сердар соизволит принять его, но вот на стене в приемной звякнул колокольчик. Секретарша кивнула Султанову. Он снял фуражку и вошел.

– Господин подполковник, честь имею.

– Ладно, хорошо. Садитесь.
– В глазах Ораз Сердара кипела обида, и губы как-то капризно кривились, словно Султан-бек нанес ему своим появлением оскорбление.

Султанов сел к столу и нетерпеливо забарабанил пальцами по зеленой суконной скатерти.

– У вас что, живот болит?
– грубо спросил Ораз Сердар, садясь за стол, в кресло.

– С чего вы взяли, господин подполковник?
– Султанов снял пенсне и начал протирать стеклышки платочком.

– С того взял, что ерзаете, как маймун. Совесть, видно, не чиста, вот и ерзаете.

– Господин подполковник, я не подозреваю за собой никакого греха, - Султанов разогнулся и откинулся на спинку кресла.
– А то, что немножко нервничаю, это оттого, что с утренним поездом из Бахара приехал мой человек. Он придет к открытию в книжный магазин Федорова за товаром. Я же перенес этот товар в свой гостиничный номер. Мне непременно надо ровно в десять быть у Федорова и встретить своего бахарского...

– Ладно, Султан-бек, не петляйте зайцем.
– Ораз Сердар махнул рукой.
– Вчера, сдавая свой отчет, божились мне, что в Бахарском уезде все благополучно, как в раю. Но вы не сказали ни слова о том, как поживает Теке-хан. Вы знаете, что это мой давний недруг, и намеренно скрыли кое-что. Вчера вечером мои люди сообщили мне о всяких грязных делишках. Во-первых.,.
– Ораз Сердар, распаляясь, встал из кресла.
– Вы, Султан-бек, не указали в графе о происшествиях смерть одного заключенного, которого укусила змея. Об этом весь Бахар знает, а вы сделали вид, что ничего не случилось.

– Господин подполковник, с этим все нормально, как полагается. Все справки налицо, все отправлено тюремному начальству. В отчете я просто забыл указать этот инцидент.
– Султанов с достоинством воздел на нос пенсне.

– Ага, значит, забыли!
– Ораз Сердар вышел из-за стола и приблизился вплотную к Султанову.
– Вы не только про это забыли, вы не указали, что Теке-хан без ведома генерал-лейтенанта Шостака, с помощью каких-то тайных сделок, заполучил арестованных. Об этом следовало и в отчете указать, и специально подать рапорт на имя командующего.