Заклятие
Шрифт:
Ее белокурые волосы растрепались и накрыли лицо так, что был виден лишь один нос. Я почувствовала, как с губ невольно срывается смешок.
– Не волнуйся! – я уже почти хохотала, – Несмотря на весь комизм ситуации… ты ему очень понравилась!
– Правда?! – протянула мама оживляясь. – Он так и сказал?
Я утвердительно кивнула и улыбнулась. Она прошла к холодильнику и вытащила оттуда пакет апельсинового сока.
Недолго думая, я выключила воду, вытерла руки о передник и вытащила из полки стакан.
– Вот, держи, – протянула я, ставя его на стол.
Мама налила себе сока, поставила пакет обратно в холодильник, а затем вновь подошла ко мне. Ее голубые глаза пристально заглянули в мои.
– Ты его любишь Амелия… – прошептала она, скорее констатируя факт, нежели спрашивая. – И, кажется, он тебя тоже.
– Я рада, что ты это заметила, – протянула я, скрещивая руки на груди.
– Знаешь, я никогда не видела ничего подобного, – сказала мама. – Когда ты встречалась с Эдуардом, то все было как-то просто, обыденно что-ли…
– Вполне возможно, что мы с Эдуардом просто никогда не любили друг друга по-настоящему, вот и все, – констатировала я, смотря прямо перед собой.
– Нет, вы любили, – слишком громко произнесла она и вновь впилась в меня взглядом. – Несомненно, что именно он был твоей первой любовью, но… у вас с Анджеем это выглядит как-то… по-другому. Иначе.
– «Иначе»? – переспросила я, изогнув бровь.
Мама вздохнула, а затем провела рукой по моим волосам.
– Да. Так, словно ваши чувства друг к другу это что-то… космологическое.
Я едва не рассмеялась.
– «Космологическое»?
– Да, – без какой-либо тени улыбки произнесла она. – Вы с ним… словно части одного целого. Словно ваша встреча была предопределена самой Вселенной…
Я почувствовала, как кожа на руках начинает покрываться мурашками. Опять. И когда это только мама начала выражаться подобными изречениями?
– Мам, по-моему ты перетрудилась… – протянула я, потрепав ее по щеке. – Никогда не слышала от тебя столько философствований за один раз!
Она резко встряхнула головой и, тупо посмотрев прямо перед собой, протянула:
– Наверное, ты права… Алкоголь пагубно на меня влияет! По-моему, мне пора в постельку!
На ее губах застыла мягкая улыбка.
– Спокойной ночи, мам! – протянула я, чмокая ее в щеку.
– И тебе, моя милая девочка… – пробормотала мама и, прямо на ходу попивая сок, потопала обратно в спальню.
Я стянула с себя фартук и удовлетворенно хмыкнула, поняв, что этот долгий день, кажется, наконец, завершился.
– Как же хорошо, что все ее беды позади, – донесся до меня тихий шепот родительницы, почти воедино слившийся со звуком захлопнувшейся двери.
Я улыбнулась и многозначительно покачала головой.
Каково же было мое облегчение, когда я поняла, что на мне снова одеты привычные шорты и майка, а мое тело находится в горизонтальном положении, «наслаждаясь» приятной мягкостью пухового матраца.
Просмотреть список заданий назавтра помешало сообщение, перекрывшее экран мобильного телефона. Анджей сообщал, что он дома.
«Мама спрашивала, понравилась ли она тебе»… – написала я, улыбнувшись.
«Что ж, в таком случае, она «украла» вопрос, который я собирался задать относительно себя» – пришло в ответ.
Я улыбнулась.
«Ты действительно беспокоился о том, что можешь ей не понравиться? Такое просто невозможно! Анджей Моретти нравится всем и всегда».
Прошло несколько минут, прежде чем телефон вновь издал тихий писк.
«Спи сладко, моя хорошая. Удачи с курсовой! Я люблю тебя».
«Я тоже люблю тебя. Будь осторожен»… – напечатала я, а затем еще несколько минут тупо пялилась на уже успевший потухнуть экран.
Поняв, что больше сообщений не будет. Я отложила телефон на тумбочку, а затем громко хлопнула в ладоши. Свет погас, а я, едва коснувшись головой подушки, мигом провалилась в сон.
Глава вторая. Приглашение
Месяц пролетел практически незаметно. За бесконечными контрольными, курсовыми и рефератами я совершенно не заметила, как с деревьев слетели последние листья, а воздух совсем промерз.
Анджей, Даниель, Марк, а также Лиза и Ксандр вели себя тише воды ниже травы.
После того злосчастного ужина с мамой, когда мне пришлось проводить выходные без Анджея в компании бесконечных книг и Интернета, они вернулись со своей непонятной «разведывательной вылазки» довольно подавленными.
Когда в понедельник в университете я попыталась узнать, в чем было дело, все их ответы оказались довольно уклончивыми.
Анджей постоянно твердил, что все хорошо, а мне совершенно не о чем беспокоиться. За Лизой и Марком наблюдать было сложнее, так как они учились на другом факультете, а перед зимней сессией у них было не меньше проблем, чем у нас на нашем. Ксандр стал заметно чаще пропускать занятия, а Даниеля и вовсе стала заменять наша деканша.
Сегодня была среда, а на душе было невероятно паршиво. До конца семинарской недели оставалось еще два дня, а настроения что-то учить не было никакого. Анджей еще вчера вечером предупредил меня о том, что сегодня его в университете ждать не стоит, а это означало, что день будет тянуться еще медленнее. Радовал лишь тот факт, что сегодня должно было быть всего два семинара и одна лекция, а мою курсовую работу все же утвердили два дня тому назад. Вечер обещал быть свободным.
Выйдя из метро, я плотнее запахнула полы своего черного шерстяного пальто и поправила уже успевшую почти полностью сползти с плеча кожаную сумку. Снова начинал накрапывать дождь, и я прибавила шагу.