Закрой глаза скорее..
Шрифт:
Александра заняла оборону аккурат посреди дверного проёма — на случай если, я вздумал бы войти.
— Нелл я почти собралась, — сказала я.
Положа руку на сердце, с гордостью и сожалением сказал: Александра — сногсшибательная красавица, высокая, с узким точным лицом, копной мягких пепельных волос и сдержанными формами, которые, стоит их разглядеть, застят весь белый свет. В тот вечер она надела дороге роскошное чёрное платье, тонкие колготки и бабушкино бриллиантовое колье, как с отблеском звезды оно для особых случаев, — сам папа римский утер бы взмокший лоб пилеолсум. По части благовоспитанный до невозможности и я восхищённо спросил:
— Месье важное свидание?
– Сегодня вечером мы идём на ужин.
– Что” мы”? — Значит снова с Ингрид?
Александра слишком умна, её так просто вывести из себя нельзя:
— Его зовут Джин, и да, мы идём с ним.
– А ведь втроём неделю тебя выгуливает, верно? — я очень удивлён. — Ну-ка скажи, уж не готовился ли нынче Праздничный Вечер?
Александра повернулась к лестнице:
— Белл! Твой отец уже давно приехал!
Получив момент, я протянулся мимо в прихожую, и на меня повеяло” Шанель №5” — этими духами она пользовалась, сколько я её знаю.
— Папочка! — донеслось сверху. — Уже иду - иду - иду! Сейчас я только... И Бэлл что-то увлеченно залопотала, нимало не заботясь, слышно её или нет.
– Не торопись, дорогая! — крикнул я по пути в кухню.
Бэлл следовала за мной.
— Джин с минуты на минуту появиться здесь.
Я сейчас не понял, угрожает она или оправдывается.
— Что-то не нравится мне лицо этого парня. У него нет подбородка. Никогда не доверял мужчинам без подбородка.
Я распахнул дверцу холодильника и заглянул внутрь.
— Что-ж, к счастью, твой вкус на мужчин никого тут не волнует.
— Если у вас всё так серьёзно, он будет постоянно отираться рядом с Бэлл. Напомни, как его фамилия?
Однажды, когда дело у нас уже шло к разводу, Бэлл ударила дверцей холодильника мне прямо по голове. Видно было, что сейчас её так и тянуло повторить это. Я продолжал стоять, нагнувшись, чтобы ей было сподручней, но она сдержалась:
— Ну и зачем тебе?
– Сейчас пробью его по базе. — Я достал пакет апельсинового сока и взболтал: — Что это за дрянь? Когда ты перестала покупать нормальные продукты?
— Джексон, даже не смей пробивать Дижона ни по какой базе.
— А что у меня нет даже никакого выбора? — добро спросил я. — Вам же надо убедиться, что он ни какой-нибудь там педофил!
— Боже, Драил! Он не...
– Может, он и нет, — признался я. — Но скорее всего, он нормальный. Но, Львович, наверняка ты его даже не знаешь. Может лучше проверить, чем потом об этом жалеть?
Я открыл пачку с соком сделав большой глоток.
— Бэлл! — повысила голос Юлиана. — Пожалуйста, поторопись!
– Я не могу найти своего лошадку! — Сверху послышался топот детских босоножек.
– Вечно они подкатывают к тем матерям которые по сути одиночки с маленькими милыми детишками, — сказал я. — И убедительно то, что у большинства из них нет подбородка. Ты этого никогда не замечала?
– Представь себе Аранкою, не замечала. И не хочу, я чтобы ты пользовался моим служебным положением, чтобы запугивать меня...
– Да ты присмотрись, когда по телику очередного педофила показывают: всегда чёрный фургон и не видно никакого подбородка, это я тебе гарантирую. Что за тачку водит твой парень Юит?
– Бэлл!
Я отхлебнул ещё сока, вытер горлышко рукавом и сунул пакет обратно в холодильник:
— На вкус как кошачья моча. А если я алименты увеличу, сможешь на приличный сок мне раскошелиться?
– Ага, будто бы тебе это по карману — с нежным холодком сказала Юлия и посмотрела на часы. — Если устроишь, может, и хватит тебе на пакет в неделю.
Если долго дёргать кота за хвост, она выпустит свои острые когти.
Нас спасла пулей выскочившая из своей комнаты Бэлл.
— Папа - Папочка - Папуля! — чтобы было мочи вопила она.
Я подошёл к подножию лестницы как раз вовремя: Бэлл вертящейся петардой скатилась в мои объятия в облаке спутанных янтарно - рыжих волос и розовых искр, обвила меня ногами и стукнула по спине школьным рюкзаком и видавшей лучшие деньки пушистой пони по имени Форсуна.
— Здорово, малолеточка, — сказал я, чмокнув дочку в макушку лба. Бэлл была лёгкой, как сказочная фея. — У как у тебя, неделя прошла?