Чтение онлайн

— А вы что, разве не в курсе? — ответил вопросом на вопрос Джеральд. — В телевизионных новостях рассказали, что похитители кружевной скатерти оставили Джеку свою визитку с издевательским посланием.

— Вот это оперативность у местных репортеров! — сказал Джек. — Я просто ума не приложу, кому и как удалось пронюхать, что я буду проводить здесь свой медовый месяц. Мы разговаривали с посыльным в отеле, который доставлял в номер вещи этих Доу… — И он рассказал Джеральду о Джоне и Джейн Доу, о шуточной картинке, об их с Риган визите в спортзал «Будь здоров» и о списке имен участников голуэйского забега, упомянув тех, с кем Рори не был знаком лично.

— Этот Рори мне уже плешь проел. Все не оставляет надежды затащить меня к себе в спортзал.

— Он нам об этом уже поведал, — кивнула Риган.

— Не иначе придется как-нибудь попробовать. Хотя мы с Луизой и так регулярно ходим гулять на променад.

— Где это? — спросила Риган.

— Это отличный променад с видом на голуэйскую бухту. Непременно туда сходите. Расположен в западной части города, в районе Солтхилл. Примерно с милю длиной, великолепное место для прогулок и бега трусцой. Там множество ресторанов и баров, так что можно остановиться передохнуть, перекусить или промочить горло. Каждое утро там тусуется уйма приверженцев здорового образа жизни.

— Мы полагаем, что Джейн и Джон Доу как раз к ним относятся. Может, нам следует установить там наблюдение? — шутливо заметил Джек.

— Если я хоть чем-то смогу помочь вам, буду только рад, — заверил их Джеральд. — Не желаете ли быть гостями моей программы сегодня вечером? Поговорим об этом деле. Обратимся к радиослушателям с просьбой помочь в розыске двух отпетых мошенников. Джек, Риган, вы опытные сыщики. Стоит только объяснить моим радиослушателям, что именно им надо делать, чтобы помочь вам, и я уверен, они расстараются. Мы, ирландцы, как никто другой умеем делиться впечатлениями, так сказать, по секрету всему свету.

— Что скажешь, Джек? — спросила Риган.

Джек улыбнулся:

— Джейн и Джон Доу, вполне вероятно, покинули Ирландию, но, как мне кажется, вреда от этого не будет. Вся беда в том, что мы толком не можем их описать.

— Под лежачий камень вода не течет, — заметила Риган. — Думаю, нам стоит попробовать. Джеральд, тебе известно, что украденную из замка скатерть двести лет назад сплела женщина по имени Мэй Рейли? Говорят, ее призрак и по сей день бродит по замку Хеннесси.

— Кто же этого не знает, Риган, — отозвался Джеральд. — Мне доводилось несколько раз бывать в замке по делам. Честно говоря, я был поражен: эта скатерть — произведение искусства. Я даже провел небольшое исследование, хотел выяснить, не родня ли нам часом Мэй Рейли, но увы — нет. Люди в замке утверждают, что она время от времени напоминает о себе. Верим мы в привидения или нет, все мы любим слушать и рассказывать истории о них, разве не так?

— Уж один-то человек совершенно точно в них верит — горничная в замке Хеннесси. Именно она первая обнаружила, что скатерть Мэй Рейли украли, и очень из-за этого огорчилась. Управляющий отелем даже был вынужден отпустить ее домой, потому что она закатила самую настоящую истерику. Она все время повторяла, что Мэй Рейли будет просто в ярости и непременно вернется в замок, чтобы отомстить.

Джеральд понимающе кивнул:

— Мы, ирландцы, как были, так и остались суеверны. К примеру, наша прабабка ни разу в жизни не вдела нитку в иголку в воскресенье, поскольку считалось, что это дурная примета. Можешь себе представить?

Риган решила, что будет лучше до поры до времени умолчать о том, что она тоже собственными глазами видела привидение. Нет нужды давать кузену повод усомниться в ее здравом рассудке. Она улыбнулась и весело сказала:

— Ну, коль скоро Мэй Рейли не приходится нам родней, может, она родственница Джеку?

— Я предпочел бы иметь в родне более дружелюбное привидение.

— С чего ты взял, что Мэй Рейли недружелюбна? — удивилась Риган. — Ей должны были заплатить за работу, но так и не сделали этого; вот почему она не хочет оставить в покое замок Хеннесси. Она, если можно так выразиться, отстаивает свои права!

— Как бы там ни было, деньгами сейчас от нее уже вряд ли откупишься, — высказал свое мнение Джеральд. — И если она, как ты говоришь, дружелюбное привидение, не исключено, что она отстаивает права кого-нибудь из живых, кому тоже недоплатили. А теперь, если вы не возражаете, давайте посмотрим ваш список.

— У нас теперь новая миссия, Роберт! — с пафосом объявил Дермот своему многострадальному референту. — Ты ведь знаешь, как я люблю всевозможные проекты, верно, дружище? А этот просто обречен на успех!

Разговор происходил в его роскошной спальне, где в спешном порядке упаковывались чемоданы для поездки в Ирландию.

После беседы с Брайаном, взбудораженный мыслью об ожидающих его в Ирландии картинах, дважды разведенный Дермот облазил весь «Гугл» в поисках информации о закрытых женских монастырях в надежде отыскать загадочную художницу. Поглаживая свою любимицу, мальтийскую болонку, мирно посапывающую у него на коленях (единственное создание на свете, которое безусловно любило его, — испытание, нелегкое даже для собаки), он не без удивления прочитал о группе монахинь с острова Валос, которые бежали из своей обители и укрылись в одном из затерянных в Греции монастырей. Их вязальный бизнес потерпел крах, и теперь их долг составлял миллионы долларов. Никаких деталей более не сообщалось.

— Леди, вам бы следовало заняться живописью, — хихикая, пробормотал Дермот. — Это гораздо более прибыльное дело. — Он взглянул на свою питомицу: — Верно, Пучи?

Пучи подняла лохматую голову и, по всей вероятности, согласилась.

Сузив свои поиски до Ирландии, Дермот наткнулся на историю о кольцах Кладда, недавно обнаруженных в подвале, и о грядущем аукционе. Дермот почувствовал комок в горле. И отец его, и мать — оба носили кольца Кладда в качестве обручальных. После смерти родителей Дермот берег эти кольца как зеницу ока, храня их в отдельной шкатулочке у себя в сейфе. Но в прошлом году во время ограбления его дома они были похищены. Были также украдены тысячи долларов наличными и бесценное фамильное серебро. Однако по-настоящему его огорчила лишь пропажа колец.

Он собирался подарить кольца своим внукам-близнецам на их шестнадцатый день рождения. В наши дни этой дате почему-то придают особое значение — одна из тех непонятных современных тенденций, которые Дермот не понимал и не одобрял. Когда ему было шестнадцать, он после школы вкалывал на двух работах. На день рождения мама испекла его любимый шоколадный торт — и это был для него настоящий праздник. Дермот считал, что кольца будут напоминать Шону и Шинейду о том, как нелегко приходилось их дедам и прадедам зарабатывать хлеб насущный, закладывая основу будущего благополучия семьи. Разумеется, он догадывался, что близнецы рассчитывают и на чеки; что ж, зато кольца Кладда помогут этим зарвавшимся юнцам спуститься с небес на землю.