Чтение онлайн

Любопытство пересилило; и она сдалась.

Доски скрипели под ногами. При каждой сильной волне домик ходил ходуном и то становился выше, то уходил частично под воду. Пахло рыбой и гнилью.

Джордж с усилием открыл тяжелую, покосившуюся дверь, и они вошли внутрь. Он все еще держал Рену за руку.

Почти сгнившие и разбитые лодки раскачивались, когда вода с шумом врывалась в домик, а затем быстро уходила обратно. Дальний угол, обычно имеющий выход в гавань, теперь был заслонен так, чтобы новые лодки не могли заплыть сюда. Через огромную дырку в крыше пробивался свет. Деревянные лестницы, большинство из которых было сломано, вели наверх, к складу. Запах гниющей рыбы и плесени стал сильнее.

— Пойдем отсюда. От этого места бросает в дрожь, — прошептала Рена. — Что ты собирался мне показать?

— Там, — прошептал Джордж и потянул ее за собой по качающимся под ногами деревянным доскам. Дойдя до того места, где доски кончались и начиналась вода, парень сказал: — Смотри туда. — И показал вниз.

Там, запрятанное в лодке, виднелось гнездышко дроздов, аккуратно сложенное из веток и коры. Из гнезда выглядывали птенцы, задрав головки и широко раскрыв рты. Они пронзительно пищали, ожидая мать, которая, скорей всего, полетела искать корм.

— Какая прелесть, — произнесла Рена. — Ты был прав. Это действительно подняло мне настроение. Они такие очаровательные…

Джордж расплылся в улыбке и стиснул ее руку.

«Не такой уж он и плохой парень, — подумала Рена. — Я была к нему несправедлива».

— Присядь на минуту, — попросил Джордж, плюхаясь на пол и свешивая вниз ноги.

Вода постепенно прибывала. Она почти доходила до ботинок Джорджа.

— Нам не нужно здесь оставаться, — тревожно ответила Рена. Но она все-таки села рядом с ним. — Так мило с твоей стороны показать мне этих птенцов.

— Я хотел показать тебе много всего, — с тоской произнес Джордж, уставившись на воду.

— Я… я сожалею, что ничего не получилось, — извинилась девушка.

— У меня редко что получается, — ответил с необычной горестью в голосе Джордж. — Это, кажется, уже становится нормой моей жизни.

Рене пришло в голову, что она совершенно ничего не знает о нем. В ту ночь Джордж сказал только о своей бедности. Это было все, что она про него знала.

— У меня никогда не было счастливой жизни, — продолжал парень, будто читая ее мысли. — В действительности со мной произошло много неприятных вещей. Тот, кого я сильно любил, был убит. Это изменило меня. С того момента все стало другим.

— Извини, — сказала Рена. Она вдруг почувствовала себя глупой. Какая-то ненормальная реакция. А что, с другой стороны, она могла еще сказать?

Зачем он все это ей говорит?

Через несколько часов ее уже здесь не будет, она будет далеко от лагеря, далеко от него. Возможно, она никогда его больше и не увидит.

Джордж поднял ноги. Вода уже доходила до уровня пола.

— Джордж, пойдем, — взмолилась Рена.

Он выглядел обиженным:

— Пожалуйста! Я знаю, что сегодня ты уезжаешь домой. Побудь со мной еще чуть-чуть. Смотри-ка!

Он указал на гнездо. Мать вернулась к птенцам. Во рту она держала извивающегося дождевого червя. Птенцы запищали громче, пытаясь схватить червя своими крошечными, острыми ключиками.

— Я хочу выбраться отсюда, — сказала Рена, вставая. — Пошли, вода поднимается.

Она заметила большую черную крысу, перепрыгивающую из лодки в лодку. Суденышки раскачивались все сильнее, ударяясь друг о друга. Крыса испуганно перебиралась из лодки в лодку. Рена увидела еще одну крысу, большую по размеру. Она прыгала вслед за первой.

— Пойдем скорее, пора выбираться отсюда! — повторила с тревогой Рена.

— Ладно, ладно, — ответил Джордж, не скрывая разочарования. — Я просто думал, что мы посидим, поболтаем немного. Вот и все. Ты почему-то постоянно нервничаешь, да?

Она не ответила. Как она должна была ответить на этот вопрос? Да он и не был, на самом-то деле, заинтересован в ответе.

Со страхом наблюдая за крысами, Рена шла за Джорджем к выходу. Он повернул железную ручку и толкнул дверь.

Потом еще раз, немного сильнее.

Он попытался снова, поворачивая ручку и нажимая на деревянную дверь плечом. Ничего не получалось.

Когда он обернулся и посмотрел на Рену, лицо его выражало крайнее беспокойство.

— Дверь заперта, — сказал он. — Кто-то запер нас снаружи!

— Джордж, это совсем не смешно! — крикнула Рена.

Ее кеды уже полностью промокли. Вода прибывала все быстрее. Весь домик содрогался и сильно ударялся о пристань.

Но выражение лица Джорджа убедило Рену, что он не шутил. В его глазах был дикий страх.

Парень неистово крутил ручку двери, пытаясь повернуть ее в разные стороны. Вдруг, напрягшись, он навалился всем телом на дверь. И, пошатнувшись, растянулся на дощатом полу:

— Становится скользко, — сказал он, вставая и возобновляя свои усилия.

— Нам немедленно надо отсюда выбраться! — закричала Рена. — Ты не можешь сломать дверь?

— Нет. Дерево очень толстое. Возможно, я найду слабое место в стене. Но ужасно сложно уцепиться за что-нибудь.

Холодная вода ползла все выше. Девушка оглянулась в поисках места повыше, но ничего такого не увидела.

— Что это за щелчки? — спросила Рена, стараясь придавать голосу хоть немного храбрости.

Она посмотрела вокруг и сама нашла ответ на свой вопрос. Эти звуки издавали крысы. По меньшей мере, двенадцать больших черных крыс резво перепрыгивали из одной лодки в другую в то время, как вода все прибывала и прибывала.

— Джордж, крысы!..

— Не обращай на них внимания, — посоветовал он. — Тогда, может, и они не тронут нас. А вот прилив…