Заноза
Шрифт:
К ночи я решила, что успеть поесть – это явно не сегодня, так как мы едва успевали дойти до своего этажа, как вновь звонил телефон, и мы шли либо в приемник, либо в рентген-кабинет, либо в перевязочную. Около двенадцати привезли ножевое ранение в шею, мы спускались почти бегом по лестнице в операционную. Я встала возле стеночки, а Алексей вымыл руки и скользнул в голубой халат, подставленный медсестрой.
– Работаем! – коротко сказал анестезиолог, кивая ему и второму хирургу.
Кровотечение было остановлено не сразу. Оказалось, мужчину ранили длинным острым ножом, и врачам пришлось даже вскрывать грудину, чтобы добраться до самой раны в сосуде. Переводили пострадавшего в реанимацию, увозя на каталке, мы пошли следом, и Алексей Александрович долго писал историю болезни, протокол операции, а затем уже сказал:
– Ну если мы и теперь не поужинаем, я буду готов убивать!
Часы показывали почти два часа ночи.
Конечно, и плов, и картошка давно остыли, как и чай. Мы съели все, не разогревая, после чего мужчина завалился на диван и похлопал рядом с собой.
– Иди сюда, Лера-Валера, хоть ноги вытянешь. Знатное у тебя первое дежурство, сразу все увидела.
Я упрямо мотнула головой, мол, мне итак хорошо на кухонном диванчике. Но заведующего это не устроило.
– Надо уметь отдыхать! – заметил он, глядя на меня прищурено.
– Выключай свет и иди сюда. До утра еще могут вызвать, а завтра операционный день. Надо хоть подремать чуток.
Если до этого я чувствовала, что хочу спать, то сейчас сон как рукой сняло. Лечь с ним?
– Может, я в палату пойду свободную? – робко поинтересовалась у него.
Когда работала медсестрой, мы могли прилечь в палате на свободной койке, оставив на посту записку для пациентов, где искать сестру.
– Нет свободных, - зевнул он, прикрыв рот рукой. – Давай-давай, не ломайся. Если пообещаешь не приставать, конечно. А то знаю я вас, девчонок, чуть что, сразу лезете целоваться!
Я неожиданно хихикнула, после чего с сомнением взглянула на узкий диван. А где другие ординаторы отдыхают, интересно? Та же Маша? Или они тут так все в обнимку и спят?
Алексей повернулся на бок и выжидательно глянул на меня. С другой стороны, чего мне теперь ломаться? Все, что могло бы случиться, уже случилось. Синяк на груди вот недавно сошел, а засос на ключице еще «радовал» взгляд.
Я подошла к дивану, села, скинув тапки, после чего легла тоже на бок и тут же почувствовала, как меня притянули к жаркому мужскому телу сильной рукой, впечатывая ягодицами.
– Попалась?! – опалило мне шею дыхание.
Глава 6
Замерев на месте, я ощущаю, как пальцы Алексея ощупывают мои слишком выступающие ребра, смещаются на плечо, скользят вдоль ключицы. Обхватив рукой подбородок, мужчина поворачивает мою голову к себе и внезапно впивается жарким поцелуем в рот. От неожиданности я вздрагиваю, и в следующий момент чувствую, как мою нижнюю губу прикусывают.
Ощущения в теле похожи на растекающуюся лаву. Что это со мной? С мужем никогда такого не было. И это кажется стыдным и пугающим. Я дергаюсь и в следующий миг падаю на пол, больно ударяясь копчиком.
– Не надо! – вскакиваю, выставляю руку вперед и отступаю назад.
В разбавленной светом луны темноте, к которой привыкли глаза, я вижу взгляд Алексея, направленный на меня, и не могу понять, приятно это или нет. Еще сорока дней не прошло, как похоронила мужа, а уже прыгнула в койку к другому и сейчас… Где был мой мозг, когда я так доверчиво улеглась на этот чертов диван? Не иначе, в голове образовался вакуум после такого дежурства, что я так легко поддалась на уговоры и позволила себя завлечь этому пауку.
– Не тупи, Лера, иди обратно! – хрипловато говорит он.
– Нет! – мотаю головой и вдруг внезапно понимаю, что в ординаторской есть вполне себе симпатичный диван! – Я придумала, где можно отдохнуть! Приятных снов!
Вылетев за дверь дежурки, взбешенной молекулой я заскользила по коридору и почти бегом ворвалась в огромное помещение с панорамными окнами в пол. Там сейчас было тихо и сумрачно, далеко внизу виднелись тускло горящие фонари, темные вершины сосен, еще дальше пустая в этот час дорога.
Диван скрипнул, когда я уселась на него, а затем легла, пристраивая голову на подлокотнике. Уставшие ноги благодарно заныли, оказавшись без тапок. Паша мне обычно разминал ступни после дежурства, но сейчас я сделала это сама, после чего прикрыла глаза. Интересно, вызовут еще ночью или нет? Надо поспать хоть немного.
Мысли все возвращались к оставшемуся в дежурке Алексею, я представляла, что могло бы случиться, позволь я ему… Секс на рабочем месте в первый же день вообще не входил в мои планы! И странно, что в голове пульсирует мысль, что тело предало меня, а в животе болезненно ныло при воспоминании о горячей ладони и жарком поцелуе. Прошел только месяц со дня смерти Павла, а я уже веду себя как похотливое животное. Надо больше не оставаться с этим красавчиком на дежурство, иначе так недалеко и голову вместе с трусами потерять в очередной раз. Нет уж! Пришла работать, значит, надо работать.
Убеждая себя, что так будет правильно и логично, я нет-нет, да и возвращалась к собственным ощущениям в те несколько секунд. Жар и томление, вот это что! Видимо, сказывается отсутствие регулярных половых отношений, раз я так легко готова отдаться. И ведь раньше я такого вообще не замечала! С Пашей мы с детства вместе, и было логичным, что он стал моим первым и единственным мужчиной. Я не испытывала феерических оргазмов, как об этом пишут в книгах, и не помню, к стыду, получилось ли это с Алексеем. И думать вообще об этом не хочу! И никаких больше поползновений в мою сторону допускать не желаю!
С этими мыслями, сердито фыркнув, я подложила руки под щеку и закрыла глаза. Усталость брала свое, постепенно я начала погружаться в сон, подтянув колени к груди. Хотя днем еще было жарковато, ночами осень заявляла о себе промозглой стылостью, и в ординаторской царила прохлада. Надо будет принести с собой покрывало, и зубную щетку, и еще что-нибудь…
Перед глазами замелькали разноцветные круги, стало мягко-мягко, все завертелось, закружилось, я провалилась в сон со скачущими в ванильных облаках розовыми пони, похожими на мультяшных единорогов.