Заноза
Шрифт:
Впрочем, даже тест не помог мне отвлечься от мыслей о том, что я стала независимой личностью. Во мне будто кто-то поменял батарейки – было столько энергии, что казалось, будто могу горы свернуть и даже не запыхаться, чего давненько не случалось. Правда, моё настроение слегка дрогнуло, когда я увидела у ворот университета одинокую фигуру Марины: зачем её принесло?
Заметив меня в толпе выходящих студентов, она тут же кинулась ко мне.
– Мы можем поговорить?
Воспоминания вчерашнего дня накатили с новой силой, и я почувствовала запоздалую обиду.
– Что, ты наскучила Максу так быстро? Что ж, ничем не могу помочь.
– Вообще-то, Макс не собирается оставлять меня, – натянуто сообщила. – Я просто хотела попросить тебя…
Она замолчала посреди фразы, и я почувствовала, что начинаю терять терпение.
– Говори уже, что хотела, я на работу опаздываю.
– Пожалуйста, не говори ничего маме! – С неё слетело высокомерие, и я увидела неподдельное отчаяние во взгляде. – Если она узнает, что я сделала, мне конец!
– А меня это касается, потому что… Погоди-ка, меня это совершенно не касается. – Я продолжила свой путь к автобусной остановке, но Марина не собиралась отставать. – Раньше нужно было думать, когда тащила в койку чужого парня. Тебя хоть немножечко совесть гложет? Или ты до такой степени бессовестная?
– Макс говорил, что у вас с ним несерьёзно! – Она начала оправдываться. – Говорил, что ему со мной хорошо, а я влюбилась в него по уши, ещё когда вы только встречаться начали. Думала, что тебе и впрямь наплевать на него, раз ничего не замечаешь… Я же не думала…
– Что вы попадётесь? – клацнула зубами. – Ты ведь моя сестра, хоть и двоюродная! Ты-то как могла так со мной поступить?! Ладно он, предатель, не смог своё хозяйство подальше от чужой женской юбки держать, но у тебя-то должно было хватить мозгов сказать ему «нет»!
– Ну, чего ты от меня хочешь? – практически проскулила Марина. – Я всё, что скажешь, сделаю, только не рассказывай маме!
Мне был понятен её страх. Тётя Света по своей натуре очень мягкий человек, отзывчивый, скандалов на пустом месте никогда не раздувала и всегда в первую очередь старалась разрешить любой конфликт мирно. Но, как это обычно бывает, такие спокойные люди на критическую ситуацию реагируют острее, чем холерики, ибо, собирая всё в себе, они после взрываются, словно бомбы с часовым механизмом.
Особенно, если ситуация касается детей.
Если честно, мне не то что упомянуть об этом – хотелось просто набрать тётю Свету и специально ей всё рассказать, чтобы отплатить обидчице по счетам. Но, как все мы знаем, зло имеет свойство возвращаться к своему отправителю, а я планировала начать жизнь с чистого листа.
Но Марине об этом знать не обязательно.
Так ничего ей и не ответив, я юркнула в нутро подошедшего автобуса и на работу добралась с пересадками, потому что сесть пришлось не в свой транспорт – и всё ради того, чтобы отвязаться от Марины. Я рисовала пальцами узоры на запотевшем стекле, пока ехала в нужный район, и надеялась на то, что предательство Макса останется самой страшной вещью в моей жизни.
Из невесёлых мыслей меня выдернул завибрировавший в ладони телефон; номер в контакты не был внесён, но я узнала сочетание последних четырёх цифр, потому что там одни семёрки.
Хотел снова на меня наехать?
– Алло? – ответила, затыкая второе ухо пальцами, чтобы лучше слышать.
– Вы уже на месте? – сухо поинтересовался Гусь Андреевич.
Я перевела взгляд на красный сигнал светофора, на котором застряла, и устало вздохнула.
– Почти, – практически не соврала – разве что совсем чуть-чуть. И тут же напряглась: с чего это он интересуется? – Что-то случилось?
– Вы – вот что случилось… – проворчал в трубку. – Раз уж вы теперь работаете в большом доме, я должен быть уверен в том, что вы будете выполнять свою работу как надо.
Вскидываю брови: опять наезды?
– Не доверяете выбору своей бабушки? Я обязательно ей передам.
Прежде чем он успел что-то вставить, я положила трубку – не хотелось портить себе настроение.
Но барин не успокоился, потому что я получила от него сообщение.
«Советую вам не совершать ошибок.»
Я сохранила его номер только для того, чтобы закинуть в чёрный список.
Тоже мне, командир нашёлся!
До места работы я добралась без приключений, но так ушла в свои мысли, что пропустила нужную остановку – пришлось кричать водителю, чтобы остановился прямо на обочине. Почему-то воображение настырно подсовывало мне картинку того, как злорадствовал бы сейчас надо мной Баринов, если бы узнал, что я временами бываю рассеянной. Я бодренько добежала до остановки и свернула на нужную улицу, что сразу за ней, и вот уже знакомый забор замаячил перед глазами. В общем и целом вся дорога отняла у меня чуть больше часа, но это не моя вина: я не могла заставить автобус летать по воздуху.
Меня без вопросов впустили в дом, а услужливая Марина Викторовна даже забрала моё пальто, едва я переступила порог. Задав мне направление, женщина ушла, и я наконец-то получила возможность оценить обстановку, не сдерживая восхищённых возгласов. Будь рядом Леся – моя старшая сестра, – она бы наверняка закатила глаза и сказала, что я веду себя как дикарка, вышедшая из леса. Воспоминание о сестре заставило меня почувствовать грусть, потому что с тех пор, как мы виделись последний раз, прошёл почти год. Леська получила образование в сфере археологии, но, несмотря на это, не смогла пойти работать по специальности. К счастью, она удачно вышла замуж, и Артур спонсировал все её разъезды по миру, благодаря чему сестра уже почти весь его посмотрела. Порою меня её выбор стран ставил в тупик, но она говорила, что её тянет туда внутренний археолог, пылающий страстью к «загадкам без ответов».
Наверно, мне её никогда не понять.
Валентина Игнатьевна нашлась на террасе в задней части дома; помещение было открытым, с огромными панорамными окнами по всему периметру, но плетёная мебель в виде диванчиков, кресел и столиков и большие напольные кадки с растениями создавали уютную атмосферу. Хозяйка сидела в одном из кресел и смотрела на сад, размышляя о чём-то своём, и не заметила моего появления. Мне не хотелось её беспокоить, поэтому я просто опустилась в соседнее и зажмурилась от яркого солнечного луча, на мгновение блеснувшего из-за туч. Задняя часть двора потрясала своими размерами – при желании можно было ещё один дом построить, – и вместе с тем вызывала восхищение: здесь наверняка ещё красивее летом. Сидеть в такой умиротворённой тишине долго не получилось, потому что танцующая в воздухе пыль попала в нос, заставив меня громко чихнуть.