Шрифт:
Пролог
Почему я голая?!
Где моя одежда?
Почему тут так холодно?
Ладно, вру. Мне тепло под пышным одеяльцем, но проблема в том, что оно какое-то большое… На ощупь мягче, чем мое, пахнет не цветочным кондиционером, который купила недавно Лидка, а чем-то мускусным. И кровать слишком просторная, ноги вытянуть можно.
Быстро открываю глаза и сажусь на кровати. Ай! Не стоило так резко вставать, моя головушка и без того ужасно болит. Медленно окидываю расплывшимся взглядом светлую комнату. Просторную, с панорамными занавешенными окнами. Хороший дизайн, кстати, как в пабликах Инстаграма.
Только здесь одна неточность.
Это не моя комната и не моя квартира. Даже плазма на стене мне не принадлежит. Я вообще телек не смотрю. Зачем, когда Ютьюб есть? Интересно, а где я вообще? Ой-ой-ой. Что-то мне страшно. А если это маньячелло какой-то? Я же ничего не помню со вчерашнего дня. Вот, я была в отчаянье, пошла в клуб к Лидке, затем два брата-акробата угостили меня пойлом и… Пусто.
Внезапно за дверью из светлого дерева раздаются шаги. Как в ужастике. Шаг-скрип-еще шаг-еще скрип. Мамочки! Эй! Спасите меня, слышите? Не хочу я погибать от рук этого… Маньяка? Джека-Потрошителя? Чикатило? Я скоро всех убийц вспомню, но… дверь внезапно открывается.
Слушайте, а он ничего. Ступни у него широкие, мужицкие такие, ноги скрыты под черными штанами, но я уверена, что они накачанные, со спортивными икрами, а дальше… Вау! Марио Касас нервно курит в сторонке. Такие банки доктор не поставит. Широкие плечи, четкие восемь кубиков, крепкая грудная клетка. С него наверняка лепили статую «Давида». Однако стоит нашим глазам встретиться, я сразу же вспоминаю вчерашний день. От начала до конца.
Только не это! Не могла же я так влипнуть!
— Доброе утро, Орлова, — серьезным тоном здоровается Феликс Владимирович, облокотившись о косяк.
— Здр-расте.
Нет, все-таки могла. Только я додумалась оказаться с утра после пьянки в постели своего преподавателя по английскому.
— Таблетки выпила?
— Какие таблетки? — смотрю в смеющиеся глаза цвета свежескошенной травы.
— Справа от тебя.
И правда. На тумбочке лежат две таблетки антипохмелина и стакан воды. А это точно антипохмелин, а не какая-то гадость?
— Пей смелее, хуже точно не станет.
Ага, прямо сейчас и выпью. У меня, между прочим, не так сильно голова болит, так, кружится слегка. А он еще ухмыляется, когда я неуверенно хватаю стакан и все же выпиваю лекарство. Черт с ним. Он же чертов педант, воспитанный, всегда следует правилам. Вряд ли хуже сделает. Если что, я на него и в суд подам за растление студенток. И вообще…
— Не смотрите на меня! Я голая!
— Ты в моей майке, — отвечает он устало.
Серьезно? А мне почему-то кажется, что… Действительно. Приподнимаю одеяло и вижу на себе белую хлопковую ткань. Странно, что я ее не почувствовала, когда проснулась.
— Почему она такая свободная? У вас длинных футболок нет?
— Ты сказала, что футболки похожи на удавки и они тебя душат.
Что? Я и правда так сказала? Черт! Как же стыдно! Что же я еще наговорила в пьяном угаре своему преподавателю? Вроде ничего особенного. И вообще, я не помню, как мы встретились. Я пила с ребятами, жаловалась на конфликт с куратором, с тем самым, который сейчас испепеляет меня взглядом. А потом вышла из VIP-зоны и наткнулась на широкую спину Феликса Владимировича и…
— Ну что, вспомнила?
Мужчина отрывается от косяка и надвигается на меня. Опасно так. И паркет, кстати, сейчас не скрипит — по-звериному ходит, смотрит, как хищник на добычу. Эй, перестаньте! Мне страшно!
— Фел-ликс Влади-ди-ди…
— Ты же хотела оказаться здесь? — спрашивает слегка охрипшим голосом. — Для этого поспорила на меня, да?
— Нет! Нет! — активно мотаю головой из стороны в сторону.
— Не ври.
Мужчина шагает в сторону кровати, хитро приподняв уголки тонких губ. Отползаю назад и судорожно натягиваю одеяло до подбородка. Он же не тронет меня, да? Не тронет?
— Я знаю твои мысли наперед.
Расстояние до кровати сокращается с ужасающей скоростью. Сердце от страха бьется где-то в горле, поджилки дрожат. Даже через одеяло заметно. Божечки! А где ваши правильные поступки, Феликс Владимирович?
— Твоя мечта сбылась, ты в моей кровати, — еще один шаг, я стараюсь вспомнить, когда это я о нем так сильно мечтала. Точнее о его кровати. Она мягкая, не спорю, но… — Одна, — с этим согласна, подушки и одеяло союзниками не посчитаешь. — Почти голая.
«Почти» смущает, а когда он садится на кровать, подтягиваю коленки к груди. Мамочки, почему его глаза так опасно смотрят? У меня прям мурашки на коже от его колдовского взгляда.
— Я могу сотворить с тобой что угодно, — мой преподаватель упирается руками о матрас по обе стороны от меня. — Ты очень плохая студентка, Орлова. Пропускаешь много моих пар, появляешься черти в чем. Тебя надо наказать.
С ужасом смотрю на Феликса Владимировича, пытаясь хоть на секунду представить, как он будет меня наказывать. Сглатываю. Ох черт! Все же он родственник известных маньяков.
Свежее мужское дыхание опускается на мою кожу. Пахнет хвоей. Свежестью. Поднимаю глаза на него. А он красивый такой, с естественным загаром, жгучими глазами, готовыми превратить меня в ничто, с тонкими, но четко очерченными губами, сомкнутыми в ниточку. С полностью набитыми рукавами. До запястий. Рисунки почти скрывают кожу рук.
Интересно, откуда они вообще у него взялись? Я почему-то считала, что этот зануда презирает подобное «украшение» тела. Даже под его костюмом не было видно рисунков. И вообще, он красивый, они ему идут. И глаза красивые, и небрежность на голове, с которой стекают капельки воды, и…
Так, соберись, Яна! Тебе должно быть страшно! До недавнего времени ты терпеть его не могла, а однажды даже сбежала!
— Ну что, поиграем, Орлова? Готова исполнить свою часть спора?
Матерь божья, я попала по самые колокольчики!
Глава 1
За полтора месяца до событий в прологе
— Подъем, Янка! Поднимай свою ленивую задницу, иначе проспишь занятия! — кричит на ухо… нет, не сестра, а будильник. Сложно мне поднимается с кровати после того, как Лида начала жить со своим парнем, а ее строгий голос, как у училки начальных классов очень даже бодрит. Чем не замена?