Чтение онлайн

У нас всем заправляли братья Огурцовы, два крепыша, немного старше меня по возрасту. Сейчас таких называют безбашенными – они держали в страхе весь двор. Меня они лупили просто нещадно. Мама, грустно вздыхая, вечером смазывала йодом ссадины и синяки на моем теле. Она все время рвалась заступиться за меня. Отец запрещал:

– Он должен сам разобраться.

Огурцовы казались мне почти что небожителями, сверхчеловеками, эдакими Колоссами Родосскими. Я одновременно восхищался ими и боялся их до смерти.

В один прекрасный день мое терпение лопнуло. Не знаю, откуда у меня взялись силы, но во время дворового футбольного матча после очередного незаслуженного и очень болезненного тычка я снес одного из них и изо всех сил засадил ему в нос. Хлынула кровь. Но не это меня удивило. И даже не собственная смелость. Огурцов, всемогущий Огурцов, зарыдал! Мир перевернулся. Сверхчеловек, оказалось, способен плакать от боли…

Вечером к моим родителям пришла объясняться мать Огурцова. Моя мама была готова извиниться за головореза-сына… Отец же сказал грозившей милицией Огурцовой-старшей:

– Они мужчины. Пусть сами разбираются…

Больше меня во дворе не обижали.

Настала весна. Берега Обводного тогда не были закованы в гранит. На песке у воды сидели компании. Слышались звуки гармошки. Пили водку. Дрались. Где вы, легендарные братья Огурцовы? Живы ли вы? Кем вы стали?..

Я шел по коридору к своему кабинету в районной поликлинике. Вначале мне показалось, что вдали маячит какое-то огромное черное облако. Когда я приблизился, облако приобрело очертания пяти толстых женщин в застиранных черных одеждах. Каждая из этих усатых теток крепко сжимала в руках кошелек. (Я вспомнил все леденящие душу рассказы о «подвигах» работников ОБХСС.) За спинами сих внушительного вида сопровождающих скрывались худенькие, черненькие, бледненькие – даже не юноша и девушка, а почти мальчик и девочка. Юная пара, сопровождаемая толпой родственниц, проследовала за мной в кабинет. Я сразу понял, что работать будет нелегко: ко мне пришли представители маленького горного народа, которые весьма плохо говорили по-русски.

Я начал задавать вопросы. Из путаных объяснений, сопровождаемых жестами типа опущенного вниз указательного пальца, согнутого крючком, я понял, что молодую пару сосватали, свадьбу справили, вся родня радовалась. И тут – на тебе: мальчик в первую брачную ночь показал свою полную мужскую несостоятельность. Что делать? Я так толком и не уяснил, как они вышли на меня…

Мальчик сдал все анализы – многочисленные проверки не выявили ни малейших отклонений в интимной области. В чем же причина импотенции? И это в восемнадцать-то лет!

Результаты анализов я огласил, естественно, в присутствии всех жаждущих информации дуэний. Говорю:

– Видимо, причина не физиологическая, – тыкаю пальцем вниз, – а психологическая, – указываю на голову.

Они – полусловами-полужестами: как же так, мол?! Как это так – он нездоров? Мы спрашиваем: может, тебе невеста не нравится? Нет, говорит, люблю ее. Мы стоим, смотрим, не мешаем ему. А у него ничего не получается…

– Что-о-о? Как смотрите?!

После этого вопроса я на несколько секунд потерял дар речи.

Как оказалось, согласно обычаю этого горного народа, первую брачную ночь молодые проводят под присмотром родственниц. Нет, до сих пор у многих народностей сохранился обычай после брачной ночи демонстрировать гостям окровавленную простыню. Но чтобы совершать первый в жизни половой акт под неусыпными взглядами почтенных тетушек!!!

Я пришел в себя и произнес строгим «врачебным» голосом:

– Больше за молодыми наблюдать не пытайтесь. Оставьте их наедине. Я требую этого как врач. Вы понимаете, что будет, если вам придется возвращать невесту в дом ее отца девушкой и вся деревня узнает, что ваш мальчик никогда не будет мужчиной?! Вы же не хотите, чтобы свадьба расстроилась! Или вы хотите, чтобы у них никогда не было детей, а у вас – внуков?! Через год, если молодой муж разрешит, я позволяю вам посмотреть, как у них все получается.

Мой тон был столь жесток, что дуэньи меня поняли и покорно закивали. Большая семья без дальнейших расспросов удалилась, оставив в кассе деньги за анализы и консультацию.

Чудесная вещь – цивилизация. Как, какими ветрами принесло ее в этот дикий горный аул, мужчин которого многие века не смущали строгие взгляды опытных родственниц? Почему мальчик, который до свадьбы ни разу не был в городе, почувствовал дуновение прогресса, а его родные – нет? А может, он от природы был тоньше устроен?

Эту историю мне трудно вспоминать без улыбки. Она подходит для раздела с названием типа «Дикие и отжившие обычаи прошлого». А вот другой случай. Тут уже мне совсем не до шуток.

Конечно, секс для человека может быть и радостью, и мучением. Половая жизнь иногда обращается в подлинную трагедию. Но я никогда не считал себя врачом, который сталкивается в своей практике с вопросами жизни и смерти. Не считал, пока ко мне не пришла эта большая цыганская семья.

Они привели с собой бледного, тощего, женоподобного юношу. Сначала я даже немного усмехнулся «в усы»: так напомнили мне шумные тетушки-сопровождающие давешних представительниц горного народа, которые хотели быть свидетельницами половой жизни молодой пары.

И опять передо мной трясли какими-то торбочками с золотом и кошельками, набитыми мятыми купюрами.

Родня восклицала:

– Доктор, вылечи его! Мы в долгу не останемся! Нам сказали, что ты можешь его спасти!

Как оказалось, у мальчика с ранних лет проявились странные наклонности: его не раз замечали с накрашенными губами. Неоднократно его ловили на улицах в женской одежде и жестоко избивали. Но побои дела не исправили, поэтому семья, принадлежащая к старинному баронскому цыганскому роду, решила не оставлять «больного» наедине с его проблемой, а обратиться к последнему средству – специалисту-сексологу.

Я долго беседовал с парнем. Боже, какой это был несчастный, замученный, задавленный человек! Выводы, к которым я пришел, оказались отнюдь не утешительными для семьи. Я понял, что передо мной так называемый ядерный транссексуал.

(Напомню в скобках, что транссексуал – это представитель одного пола, который чувствует свою принадлежность к полу противоположному. Неопытные доктора иногда путают мужчин-транссексуалов с пассивными гомосексуалистами, а женщин-транссексуалок – с активными лесбиянками. Главное отличие тут вот в чем: гомосексуалист, к примеру, ощущает себя мужчиной, но в другой роли. А транссексуал чувствует себя «засунутым» в чужое тело. Женщины-транссексуалы носят мужские джинсы и всячески скрывают грудь, а мужчины иногда даже приклеивают член пластырем к бедру!)