Чтение онлайн

— А мы попросим его! Не захочет, заставим! — вновь азартно брякнул нетерпеливый Текс. — Вон у нас Док какие штучки вытворяет… Он поднапряжется и заставит его помочь.

— Погодите, ребята, кончайте тарахтеть. Пусть дедушка нам расскажет все о своем мире. И о войне, и о Заповеднике, и о его Хозяине. Я чую, что этот Хозяин не так прост. Думаете, мы одни такие здесь побывали? Наверняка наши предшественники пытались домой вернуться. И коль они остались здесь, то Хозяина просто так и не попросишь и тем более не заставишь. Так что, отец, давай по порядку…

— Ладноть, давайте по порядку. Значит, про Заповедник… У нас он всегда был чем-то особенным. Никто и никогда его не выделял, не устанавливал границы, как в вашем мире, никто его не охранял…

— А ты, деда, откуда знаешь, КАК в нашем мире? Иль бывал у нас? — с невинным видом встрял Текс.

— А ты, сопляк, прости Хосподи, не лови меня на слове. Говорю ж — не вы первые приходите сюда, и у всех Заповедник возле города был, но только у нас он вроде и есть, и вроде его нет.

Просто когда люди годков триста назад пришли сюда с вашей Руси, здесь была тайга и скалы чудные. И уже тогда эта часть тайги, на правом берегу Реки, жила по своим законам. Если кто приходил в эти места добыть себе еду — он добывал и уносил. Если кто приходил убивать для наживы, то из тайги не уходил никогда. Просто умирал, и все. Или сразу же от зверя, или немного погодя. Заповедник всегда знал, с чем приходит человек. Заповедник вообще не любил, когда люди заходили к нему. Человек, отягощенный злом, плохой человек, всегда в Заповеднике чувствовал себя неуютно. У него шибко голова начинала болеть, немощь развивалась такая, что ноги подкашивались. Даже чистые и добрые люди чувствовали себя по первости не очень-то хорошо в Заповеднике, хотя они всегда могли выйти назад. Заповедник не любил и праздношатающихся. А когда у собравшихся в Заповедник появилось оружие, вход в него сразу же был закрыт таким людишкам…

Дед помолчал, а потом спросил:

— Вот у вас, в Замирье, люди ходят в Заповедник просто отдохнуть, по камням диковинным полазить, силушку потешить, костры пожечь, песни погорланить, так?

— Да, дедушка, так. И мы в Заповедник для этого же ходили…

— Ну вот! А в нашем мире по камням никто не лазил. В прежние года, бывало, как кто полезет — если сможет дойти до скал, конечно, — так тут же срывался наземь и убивался.

— Погоди, погоди, дедушка, — перебил его Текс, — как это: когда появилось оружие? А у тебя что, не карабин, что ли? А нам ты что, детский пугач дал, а не «ТТ»?

— Тьфу на тебя! Воистину, то, что разумный поймет с полуслова, то недотыкомка, вроде тебя, и за всю жизнь не осилит. — Дед хлопнул с досадой себя по ногам и, вскочив, в ажиотаже пробежался по поляне.

— Ладно, деда, прости его, глупого, — сказал Кэп и показал Тексу свой совсем не маленький кулак, — продолжай!

Дед постоял еще немного в отдалении и, подойдя, нахмурясь, заявил:

— Сбили вы меня с мысли, злыдни этакие! Я и так не мастак языком чесать, отвык в тайге-то, а тут ишшо ваши подковырки… — Дед пожевал губами и продолжил: — В общем, так: в том камне, который в вашем мире — в Замирье — называют Вторым, и живет Хозяин Заповедника.

— Прям так в камне и живет? — начал было Текс, но, получив чувствительный удар в бок крепким кулаком Кэпа, охнул и замолк.

— В опчем, хотите спытать судьбу — валяйте! Ступайте к Хозяину. Шагайте прям сейчас. Хозяин утром проснулся. А это нечасто бывает! Вот он, — и Дед показал пальцем на Дока, — почуял это. Так? — и испытующе глянул прямо в глаза Дока.

— Ну… я не понял, я почувствовал, что кто-то на меня посмотрел… Кто-то большой и сильный, и мне стало страшно, — подумав секундочку, честно признался Док. — Будто меня, голого, лучом света озарили…

— Верно, это Он и был. И поспешайте, други. Он не спит уже целый день, но иногда… В опчем, если не застанете его… Впрочем, что это я пустозвоню: не застанете… уснет! Вот старый дурень! Если Он вас пустит! Если Он захочет! Разговорился… Если Он захочет, то покажет вам путь домой. Но особо не надейтесь — отсюда еще никто не уходил. Он никому не то что не помогал, а никто его и не видел. Не смог увидеть.

— А ты, деда, его видел?

— Видел.

— А он вообще кто? Какой он? Он человек?

Дед помолчал, раздумывая. И уже совсем собрался что-то сказать, но потом махнул рукой и отвернулся:

— Ниче не буду говорить. Сами увидите… коль Он позволит. Хотя вы не увидите, потому и не говорю. Но вы ведь не отвяжетесь, настырные, знаю. Собирайтесь и топайте. Берите с собой самое необходимое — идти-то недалеко, пяток километров всего-то…

Потом дедушка немного помолчал и продолжил:

— Лет пятнадцать назад пришел ко мне из Серого Тумана человек вашего мира. Старичок уже, прохвессор какой-то. Травки все изучал разные да деревья. Как же он называл себя… банник… бортник…

— Ботаник, наверное? — подсказал Кэп.

— Во, во, ботаник.

— Погоди, погоди, деда… А как его звали? Ну — фамилию его не помнишь? — вдруг заинтересованно спросил Текс.

— Как не помнить, помню — столько лет прожили бок о бок! А фамилия его… не русская какая-то, из иудеев он, что ли, был…

— Не Марк ли, случайно, Соломонович? Исерсон? Так?

— Точно, паря! Марк! А ты-то откель знаешь? — и чуточку подумав, задумчиво произнес: — Вот вы давеча спрашивали, из-за чего началась война атомна? Так вот меня об этом все пытал и Марк… Только чичас вспомнил: Карибский кризис — так он назвал причину войны, и что в вашем Замирье он гладко прошел, а вот у нас… — и Дед развел руками.

— Да, — задумчиво протянул Док, — значит, нам повезло! А что там про Марка ты говорил? — спросил он у Текса.

— Ха! — И Текс в ажиотаже с силой хлопнул себя по ногам. — Мне бы да не знать! Мы ж его сколько по Заповеднику тогда искали. Все с поисковиками исходили. И здесь, на этой полянке, бывали… Знать бы тогда!

— Знать, знать! — передразнил его Кэп. — Ну и что бы произошло, заикнись ты о Замирье?

— Да на Курчатова, в психушку, упекли бы его, и всего делов-то! А там получше небось, чем здесь, — ехидно добавил Док.