Чтение онлайн

— Тогда я знаю, где мы будем в восемь утра, — ответил Лиам.

Еще одна вещь, с которой я была полностью согласна.

* * *

Мы с Лиамом оставили Таджи и Бёрка закрывать магазин и направились обратно на заправочную станцию, где совершили набег на тайник с шоколадом, который прислала Элеонора, и забрались на крышу здания с половиной бутылки вина и военным спальным мешком повышенной прочности.

Стряхнув дождевую воду с брезента, мы расстелили спальный мешок и сели.

В то время как Лиам откупоривал вино, я залезла пальцем под обертку с фольгой и словно перенеслась в детство, когда процесс доставания шоколада из обертки представлял из себя нечто волшебное. И вот шоколад с его идеальными квадратиками и выдавленными буквами был готов к поеданию.

Лиам не обеспокоился бокалами; на них просто уже не хватило рук. Я отломала кусочек шоколада и протянула ему. Он отпил вина из бутылки, а затем посмотрел на меня.

— Тебе, вероятно, лучше не пить, если у тебя сотрясение мозга.

— Не сотрясение мозга, — сказала я и указала на повязку на лбу, а затем потерла затылок. — Просто порез и ушиб шеи. Дай мне вино сам, или я его у тебя заберу.

Его глаза распахнулись, он с интересом посмотрел на меня.

— Серьезно?

— С помощью магии, — сухо произнесла я. — Даже прикасаться не нужно будет.

— Жаль, — сказал он и передал мне бутылку. — Вино на вкус как… — он причмокнул губами, пытаясь понять. — Как оно тебе?

Я сделала глоток и поморщилась

— Как будто тот, кто никогда не пробовал клубнику, пытался передать ее вкус.

— И добавил красного пластика.

— С нотками бензина, — сказала я и откусила кусочек шоколада, чтобы избавиться от послевкусия.

Шоколад был немного восковым и с белым налетом, а это означало, что он нагревался и остужался несколько раз по пути в Новый Орлеан. Но это все равно было восхитительно, и от простого напоминания о жизни до войны у меня едва не выступили слезы на глазах.

— Мы радуемся тому, что имеем, — сказал Лиам. — Даже мелочам. Таким, — он откинулся назад, скрестил лодыжки и указал вверх, — как это.

Я посмотрела вверх.

Небо было темным и ясным, звезды яркими. Одна из планет — может быть, Венера? — светилась сверкающей точкой так близко к полумесяцу, что казалось, она находится в его тени.

— Иди сюда, — произнес Лиам и откинул руку.

Я отложила шоколад и вино в сторону и растянулась рядом с ним, наблюдая, как над головой кружатся звезды.

Новый Орлеан никогда не смолкал, даже ночью. Каркали ночные птицы; животные шуршали в траве и листве. Но ни выстрелов, ни взрывов не было, по крайней мере, на данный момент.

В тишине Лиам начал петь. Его голос был мягким, а слова на каджунском французском, колыбельная, которую Элеонора пела им с Гэвином в детстве. Иногда он напевал ее, в такие моменты как этот, когда было легко представить, что он снова дома у залива с прозрачной черной водой и парящими пеликанами.

— Fais do do [16] , — тихо пел он в темноте, и я начала засыпать.

Не сказала бы, что следующим утром, пока мы ехали во Французский Квартал, я чувствовала себя оптимистичнее, но хороший сон и надежный партнер оказались не лишними. Да, мы находились в кризисной ситуации, но мы и раньше справлялись с ними. Мы выработали способ пережить их.

Да и не то, чтобы у нас был другой выбор.

Мы ехали в тишине, и нашим пунктом назначения значился не магазин, а совершенно новое место — по крайней мере, по стандартам Нового Орлеана — в штаб-квартиру Дельты. Я, Бёрк, Лиам, Малахи, Дарби и Гэвин являемся ее членами.

Дарби выбрала Фармацевтический музей Нового Орлеана, трехэтажное здание розово-лососевого цвета, в котором когда-то располагалась аптека XIX века. Немного жутковатый интерьер — дерево, камень и тысячи стеклянных бутылок с порошками и смесями — она оставила нетронутым и работала рядом со старинным аппаратом с газировкой и микшером.

Ночью шел дождь, и улицы Квартала были мокрыми и усеяны лужами. Густой и узнаваемый запах Нового Орлеана после дождя тяжело повис во влажном воздухе.

Музей находится в Шартре, всего в паре кварталов от магазина. Мы припарковались перед входом, где посреди улицы увидели Малахи с распростертыми крыльями. Когда мы выскочили из грузовика, он сделал взмах ими, и от силы его порыва у нас раздуло волосы, а в лицо полетели капли воды.

— Хм, — произнес Лиам, вытирая рукой лицо.

Малахи оглянулся, и выражение его лица стало необычайно смущенным.

— Извините, — сказал он, сложив и убрав крылья. — Я не знал, что вы там стоите.

— Уверен, что в этом есть что-то смешное, — сказала я и провела рукой по лицу, — Но я оставлю это Гэвину, пусть он это выясняет.

Позади нас кто-то начал посмеиваться. Мы оглянулись назад и обнаружили, что там стоит Гэвин, прислонившись к капоту грузовика.

— Как вы не догадались, что он собирается это сделать?

— Потому что методы ухода за собой представителей Консульства не входят в область наших знаний? — ответила я.

— Тем более жаль, — произнес он, подходя к музею, и открыл дверь. — Давайте посмотрим, чем там занимается наш дружелюбный ученый.

— Сделай мне одолжение, — сказал Лиам Малахи, уперев руки в бока и прищурившись, когда Гэвин направился внутрь.

— Что?

Лиам перевел взгляд на Гэвина.

— В следующий раз целься в него.

* * *

Я была в этом музее только пару раз. Дарби работает напрямую со Сдерживающими, а я, занимаясь обучением, работаю в саду и помогаю Таджи в магазине (и эта смена ролей нам только на пользу).