Чтение онлайн

Зан было очарован как её умом (на глупую он бы даже не посмотрел), так и красотой. Потому, что, может, Боги и любят крепеньких девиц, но для рыцаря без страха и упрека (а романтик Зайран в душе, наверняка, не раз видел себя в доспехах и на коне) идеалом была именно такая: тоненькая и хрупкая, как хрустальная статуэтка, девушка.

Нарина на несчастного парня внимания не обращала. Нет, она с ним здоровалась, разговаривала, но будто не замечала тоскующего печального взгляда, который зоркая Ната разглядела тут же. Бедный юноша был великолепным спорщиком, неподражаемым оратором… и совершенно не умел ухаживать за девушками. Все, что он мог — это густо покраснеть и убежать от предмета обожания куда подальше, дабы не опозориться перед ним.

Но Ната почему-то сразу записала Нарину в невесты брату, не смотря на застенчивость юноши. И для нее девушка автоматически стала младшей сестрой. А так, как о родственниках надо заботится, то подруга негласно учредила свое шефство над бедной Риной, не подозревающей какое «счастье» она огребла. И на первом месте стояло «возвращение к людям». В том смысле, что упертая Ната решила научить девушку смеяться и радоваться жизни, считая поведение Нарины ненормальным, и не желая понимать, что кто-то думает иначе. В чем-то она была права. Вечно молчащая, ни на что не реагирующая Рина казалась даже не неестественной, а мертвой.

Первый шаг заключался в том, что на практических занятиях Нарина сидела или с Заном или с Натой. Первое, кстати, было сделано еще для того, что молодой алхимик учился перебарывать свой страх перед женским полом, за счет отвлечения на любимое занятие. Как подруга добивалась подобного размещения, я не знала. У неё была какая-то своя информационная сеть, которая позволяла ей такие возможности как усаживание братца за один лабораторный стол вместе с его возлюбленной, даже если те этого не хотели (знать бы, как она уговорила на такое наставников).

Второе имело более тяжелые последствия. Ибо усидеть в компании Рины подруга спокойно не могла (так как меня не было рядом). Я ведь спасалась тем, что монотонно рассказывала то, что думала об очередной её шалости (при таком фоне хулиганить было довольно-таки сложно). Терпеливая Нарина была на это не способна.

И на этот раз Нате (как только додумалась?) приспичило пожонглировать клубнями Драконьего Цвета. Что это такое? Это такая «веселая» реагирующая Рина казалась даже не неестественной, а смеяться и радоваться жизни, считая поведение Нарины не нормальным, и не травка, клубни которой при сильном ударе мгновенно внутри вскипают и соответственно взрываются кипятком. Потому и Драконий. Обычно Драконий Цвет используют для настоек от обморожений, но подруга придумала его клубням новое назначение, решив, похоже, попробовать «полечить» названною сестрицу острыми ощущениями, а точнее напугать до холодного пота. Я (к моему глубокому сожалению) была сильно занята, так как смесь, изготовление которой нам задали, надо было после приготовления сразу снять с огня и о задумке Наты узнала только тогда, когда несчастная Рина тихим хриплым голосом попросила:

— Натарина… очень вас прошу… не надо, — в последних словах послышалось поскуливание и стук зубов.

Встревожено я подняла глаза от котла и, увидев, что происходит, тут же бросилась к подруге, чтобы остановить, пока никто не заметил. Но было поздно: «Новинку по использованию ценного растения» увидела знаменитая сплетница Эелера, известная так же своей необыкновенной трусостью.

Оглушительный визг разнесся по залу, заставив часть людей вздрогнуть и выронить ценные ингредиенты и колбы. Но это было не самое плохое. Под аккомпанемент бьющегося стекла подруга отвлеклась и выронила клубни… на стоявший рядом (к своему несчастью) шкаф с металлическими весами. Раздался оглушительный взрыв и звук падения тел: Ната сбила Рину с ног, спася от обвала (раскаленное железо это не шутка). Мигом позже прозвучал строгий голос мастера Виароны, которая до этого сидела в соседней комнате и проверяла сданные ранее письменные задания:

— Эт-то что еще такое?!!

Мы замерли. Наставница вошла в зал, бегло оглядела область поражения и, будто ничего не случилось, спокойно вынесла вердикт:

— Все, чье место работы не было затронуто, продолжают работать; те, чьи заготовки испорчены, могут быть свободны. Ученицы Шото и Гейринта подойдите ко мне за успокоительным. Натарина Летеш отправляется к мастеру Илазе за очищающими порошками и отдраит все, что осталось от весов, от пола и стен. Это все.

Отдав распоряжения, мастер еще раз оглядела залу и невозмутимо ушла обратно в кабинет. Железная женщина. У неё взрывом расплавило полсотни дорогих (ведь весы с практически идеальным равновесием стоят не дешево) приборов, а она даже голос не повысила.

Люди постепенно успокаивались. Эелера на негнущихся ногах и совершенно равнодушная Нарина (Нет! Это ненормально! Её минуту назад чуть не убили, а она даже ухом не повела!) ушли вслед за наставницей. Ната, скривив губы в бок, молча осматривала объем работы и почесывала затылок. Похоже, такого результата она никак не ожидала. Убить бы Лерку! Ну, зачем, скажите мне?! Зачем, в любой мало-мальски опасной ситуации визжать резаным поросенком! Как будто без этого проблем мало!

— Пойдешь со мной? — неожиданно спросила подруга, заставив меня вздрогнуть. Опять зарылась в себя. Эта вечная задумчивость — моя самая большая проблема в жизни. Скольких происшествий можно было бы избежать, если бы я не спала на ходу. Да только это, как часть личности. Эх! Как любил говорить мой сосед: «мне тоже с собой трудно, но ничего не могу поделать — я у себя один». У меня все точно так же!

— Не хочешь стать жертвой юмора мастера Илазе? — подруга так и не повернувшись в мою сторону молча кивнула. Упомянутый наставник был известен своим острым языком, что он ярко демонстрировал на устных допросах. От доски все ученики до единого уходили красные, как вареные раки. Даже «мертвая» Нарина после общения с ним напоминала спелый помидор. Обиды на него не держали: было видно, что мастер не стремился специально смущать или унижать человека. Просто привычка — вторая натура, особенно когда у тебя нестандартное мышление, выискивающее во всем что-нибудь смешное.

В любом случае один на один, к нему ходили только по большо-о-ой надобности. И вряд ли очищающие порошки стоят того, чтобы терпеть остроумие наставника.

— Хорошо, я составлю тебе, компанию, — «все равно, мысленно продолжила я, — зелье выкипело».

Подруга «ожила» и радостно улыбнулась. Да уж, мучиться вдвоем всегда лучше, чем в одиночестве.

И где-то на задворках разума пролетела мысль: «Хорошо, что Зан идет вперед учебного плана и поэтому на практиках работает отдельно в лаборатории мастера Элгерта. Иначе в корпусе состоялось бы первое сестроубийство, так как вряд ли бы он простил такое издевательство на любимой девушкой, даже со стороны своей сестры».

Мы молча шли по пустынному коридору (еще бы ему не быть пустынным, у нормальных учеников сейчас уроки). Стук нашей обуви эхом отдавался в помещении и летел вперед нас. Лучи солнца лились сквозь хрусталь окон, отражаясь в гладких стенах и пола. И тишина. Сейчас Замок казался заброшенным. А мы с Натой были, словно бы маленькими детьми, которые, несмотря на запрет родителей, пробрались в руины замка и теперь по-хозяйски ходят по нему, представляя себя великими воинами или волшебниками. Ветерок из открытой форточки донес запах сирени. Мой любимый запах. Только… Откуда сирень в конце дета?