Чтение онлайн

После долгих размышлений я пришёл к единственно реальному в данных обстоятельствах решению. Посвящать соратников я не хотел, если попадусь – буду виновен сам, мне и отвечать. А решил я вот что: воспользоваться своим внезапно открывшимся даром, пройти в дом посадника, найти кладовую, забрать оттуда две гривны серебра, а на следующий день заплатить их в виде выкупа. Таким путём мы освободим Сергея, а гривны снова вернутся на место. По крайней мере, совесть моя будет чиста – я ничего не украду, всё вернётся на место, а мы с освобождённым Сергеем тронемся в обратный путь.

Придумать план легко, но как его выполнить? Мне кажется, только доверенные слуги знали, где в доме хранилище ценностей. Придётся пройти по всем комнатам, а, учитывая, что ночью все в доме, сделать это быстро и просто не получится. В конце концов, не получится за одну ночь, продолжу во вторую. Единственный минус – Сергей лишнее время будет сидеть в тюрьме. Может, после этого поумнеет и будет выдержанней?

Хлопцам я объяснил, что вечером иду по делу. Всё металлическое, кроме ножа, я оставил в комнате: не дай Бог, звякнет в неподходящий момент.

Стемнело. Я направился к дому посадника и по дороге поймал себя на мысли: уважаемый в прошлой, нет, в будущей жизни доктор идёт воровать, нет, брать взаймы серебро.

Низко же ты пал, Котлов! Меня успокаивало только то, что делал я это ради товарища. Если ничего не предпринимать, он так и сгинет в тюрьме, или посадят гребцом на галеры, тоже верная и мучительная смерть. Выручить балбеса надо, у него семья в Москве, он же кормилец. Я успокаивал себя, хотя на душе кошки скребли – иду на дело как вор-домушник.

Вот и дом посадника – стоит тёмной глыбой. Что меня радовало – дом выходил на площадь, сам двор с хозяйственными постройками был сзади. Это очень хорошо, во дворе наверняка собаки. Осмотрелся – никого не видно. Подошёл и с бьющимся сердцем вжался в стену, сие действие уже становилось привычным. Угодил в тёмную комнату, постоял, давая глазам привыкнуть. Фонарик бы сюда. Я чуть не засмеялся от пришедшей мысли, ага, ещё металлоискатель, чтобы искать быстрее было.

Пока стоял – решал, откуда начать.

Где обычно хранят ценности? Не бумажные, пусть и валюту, здешние не знают бумажных денег. Все ценности – в золоте или серебре, вес и объём большой; стало быть, надо искать сундук или шкаф, скорее всего, в отдельной комнате и, вероятнее всего, недалеко от опочивальни хозяина. А где спальня посадника? Да наверху. На первом этаже, обычно, трапезная, кухня, людская, оружейная, чтобы железо не таскать наверх.

Пройдя через дверь, вышел в тускло освещённый коридор, нашёл лестницу и тихо, чтобы не скрипнула ни одна ступенька, поднялся на второй этаж. В этом коридоре тоже мерцал масляный светильник, давая неровный, колеблющийся свет. Коридор был застелен коврами. Отлично, звуки глушить будет, летать-то я не могу.

Подойдя к ближней двери, я сунул через неё голову. Нет, не то: комнатенка маленькая, у посадника должна быть большая. Вторая дверь – в слабо освещённой комнате спят дети. Сладких вам снов, ребятки! Третья дверь – женщина на полатях, обстановка скромная, наверное, их няня. Следующая дверь – вот оно. Комната большая, два светильника на стене, огромная кровать, на ней посадник с женою, оба в ночных рубашках. Спите крепче, супруги.

Сунул голову в следующую дверь – темно, как у негра в ж… Вернулся к светильнику в коридоре, снял со стены, снова сунул голову и руку со светильником. Вот комната, что мне нужна! Окон нет, чуть не весь зал уставлен сундуками. Одно плохо – на всех сундуках пудовые замки. Как их открыть без ключей? Если сбивать, шума будет много, весь дом разбужу. А что я на ровном месте проблему увидел? Ключи-то рядом должны быть, у посадника.

Оставив горящий светильник в кладовой, я через боковую стену вошёл в опочивальню посадника. Пошарил по карманам одежды и почти сразу нашёл связку ключей. Матерь Божья! Вот это ключи! Ключ от сейфа в три раза меньше, каждый ключ чуть не полкило, а связка – килограмма два.

Прошёл к кладовую, попробовал один ключ, другой, замок щёлкнул, и дужка откинулась. Я поднял крышку; весь сундук был забит золотыми – турецкие, греческие, итальянские, французские монеты тускло поблескивали. Нет, мне их не надо. Я закрыл сундук, запер замок.

Открыл второй – то, что мне надо. Сундук был наполовину заполнен гривнами, вперемежку киевскими и новгородскими. Их я уже научился различать – киевские поменьше и кривые, новгородские почти в два раза больше и прямые, бруском. Так, какие же взять, наверное, киевские, мы же в Киеве. Я сунул в карман две гривны.

Запер сундук, прошёл в комнату посадника. Тот храпел так, что дребезжали слюдяные окна. Сунул ключи на прежнее место. Всё, можно уходить. И тут я чуть не влип. Не зря говорят – спешка до добра не доводит. Чтобы осмотреться, высунул голову в коридор и почти прямо перед собой увидел усатое лицо. От неожиданности человек выронил светильник и заорал. Как не вовремя он мне попался! Я убрал голову назад. Человек орал благим матом. Надо срочно прятаться – если посадник или его жена проснутся, мне каюк, никакого суда не будет: мне, как татю, пойманному на месте преступления, саблей снесут голову. Не думая долго, через стену прошёл к няньке, а от неё – в детскую. Надо быстро убираться из дома.

Я осторожно выглянул в коридор. Разбуженный посадник стоял возле мужика.

– Ты что блажишь, Никола? Весь дом перебудил, ночь на дворе.

– Здесь из стены голова вылезла, – мужик показал рукой на стену.

Посадник принюхался к слуге.

– Ты сколько сегодня выпил?

Мужик стушевался.

– Меру знать надобно, вот я тебя батогами на дворе да при девках поучу завтра! Спать не дал, стервец, а такой знатный сон был. Сгинь с глаз моих!

Мужик рванул по лестнице вниз, стал кому-то жаловаться.

Немного подождав, спустился по лестнице и я, и тут же просочился сквозь стену. Надо убираться отсюда подобру-поздорову.

Когда я пришёл на постоялый двор, темнота стала сереть, знать, рассвет близко. Только раздевшись, рухнул на полати. Хлопцы мои спали мёртвым сном, хоть выноси самих.

Утром меня разбудило покашливание. Сотоварищи мои стояли у полатей и смущённо переглядывались.

– Просыпаться пора, Юрий! Полдень уже.

– Я всю ночь делами занимался, хоть бы выспаться дали.