Чтение онлайн

– Интересная позиция, – заметил Тур, внимательно осматривая каминную решётку.

– К сожалению, малыш, – назидательным тоном начал Ворон, – методы вещь материальная, а идеи – понятие эфемерное. Люди помнят реальные дела, в то время как недостигнутые цели остаются фантомами… Тур, что ты делаешь?

Последнее прозвучало почти обескураженно, поскольку Всеволод Полозов, присев на корточки, приступил к тактильному изучению внутренностей камина.

– Пытаюсь вынуть призрака, – невозмутимо отозвался тот.

– Ки! – обрадовался Лис и интенсивно втянул носом воздух.

Знакомых запахов в пространстве не оказалось, зато отчётливо проступил дух запёкшейся крови, едкого табака и восковых свечей. От неожиданности Лис громко чихнул.

– Это не Ки, – Ворон отодвинул младшего брата к стене. – Тур, осторожно!

Из камина хлынул холодный нематериальный поток. Тур не успел подняться на ноги, и призрачная волна опрокинула его на ковёр. Глаза Ворона заволокло мутной пеленой, а у Лиса заложило оба уха. Полтергейст ринулся на занавешенное окно, и тяжёлые гардины дрогнули так, что заскрежетали кольца на карнизах. Табличка с описанием экспонатов съехала со столика на ковёр, а огромное кресло поползло по паркету к дверям, как бы отрезая путь к отступлению.

– Ваше Величество, мы не причиним вам вреда! – крикнул Лис в пустоту. – Мы всего лишь искали нашу подругу.

– Назови его по имени! – Тур крепко держался за каминные прутья, в то время как взбесившаяся информационная ипостась неуравновешенного правителя норовила толкнуть незваного гостя прямо на острое кружево, венчавшее решётку.

Лис замешкался. Легко сказать, назови по имени призрака императора. Не скажешь же: Павел Романов, прекратите безобразничать.

– Как его отчество? – прикрывая локтем лоб и глаза, громко спросил Ворон.

Подобного невежества от старшего брата студент не ожидал. Даже забыл на секунду о буйствующем духе.

– Петрович, – ответил он, кровно обиженный от лица всей отечественной истории.

– Павел Петрович, – Ворон не замедлил использовать подсказку, – успокойтесь, наконец. Вы рушите собственные апартаменты! Причём совершенно зазря: нас не напугаете, а до охраны не достучитесь.

По части охраны он не был уверен нисколько, но внешней решительности оказалось достаточно, чтобы призрак поубавил пыл.

– Ну всё, угомонились? – добавил он, когда воздушная мутность, напоминавшая поднятую ветром пыль, сгустилась посреди спальни.

– Поаккуратнее в выражениях, – предупредил Тур, подошедший сзади, – с императором разговариваем всё-таки.

– Ты думаешь, двухсотлетний призрак способен сохранить черты своего оригинала? – обернулся Ворон. – Да это же просто…

Лис дёрнул брата за рукав и показал вперёд.

Возле стола прямо напротив портрета Павла Первого стоял… император российский Павел Первый. Копия была настолько точна, что Ворон невольно сморгнул.

– Лис, твоя работа? – шепнул он.

– Иди ты, – огрызнулся юноша.

Из-под треуголки, сдвинутой на левый висок, сверкнули большие властные глаза, затмившие белый уродливый лик.

– Кто такие? Как посмели вторгнуться в мои покои?

Тур быстро определил, что от оторопевшего Лиса в ближайшие минуты толку не будет, а Ворон ещё не выбрал позицию в назревавших переговорах. Поэтому первый раунд он взял на себя.

– Павел Петрович, простите великодушно, – он выступил на полшага вперёд. – Мы искали не вас, а девочку, которая присутствовала неподалёку.

Обезображенное гневом лицо царя-призрака смягчилось.

– Девочку? – брови по-детски выгнулись, а властные глаза вдруг стали совершенно кроткими. – Ах, вы не ко мне? Странно. Весьма странно.

Большие губы разочарованно сомкнулись.

– Мы не хотели нарушить ваш покой, – уверил Тур. – Извините.

Призрак задумчиво прошёлся вдоль окна, от чего на гардинах образовалась большая стационарная тень, повторяющая контуры портрета.

– А не приходило ли вам в голову, господа, – он виртуозно повернулся на каблуках, – что девочку помогу найти я? – и покачал воздухе рукой, будто собирался преподнести гостям нечто изысканное. – Право же, нечасто ко мне приходят со столь… – он воздел взгляд к потолку в поисках подходящего слова. – Со столь человеколюбивым делом.

Довольный результатом, он живо переместился к креслу, уселся, игнорируя музейный шнурок и предупреждение не трогать экспонаты руками, и взмахом показал гостям на свободные стулья.

– Рассказывайте. Рассказывайте, рассказывайте, где и как потерялся ребёнок? Я с удовольствием дам вам ответ.

Тур замялся, но вступил Ворон.

– Павел Петрович, речь идёт не о ребёнке, а об информационном сгустке создания, которое погибло всего месяц назад.

Лис зажмурился, ибо ему показалось, что за этим откровением последует локальный Армагеддон, порождённый гневом обиженного духа. Однако услышанное призрака не смутило.

– Неужели? – выразительные, на удивление живые глаза наполнились любопытством. – Вы разыскиваете то же, чем являюсь я? Стоя по эту сторону мира?

Любопытство переросло в недоумение, а затем в нескрываемое изумление.

– Господа, верить ли мне своим глазам? Вы живёте там и называете другом то, что на иной стороне? – призрачные очи императора объяли присутствующих. – Вы живёте и там, и здесь? Как возможно? Или… со мной играют в шутки?!

Гневная маска возникла возле призрачного лица, как отдельный элемент фигуры, и медленно поплыла на отведённое ей место.

– Павел Петрович, – Лис решительно подошёл к императорскому духу и встал перед ним на вытяжку, как перед преподавателем на зачёте. – Это не шутка и не розыгрыш. Мы видим, слышим и чувствуем вас, потому что рождены дважды: на этой и на той стороне света. Так получилось. Хотя, – он оглянулся на братьев, – найти кого-либо на вашей стороне не всегда получается.

Маска пропала, не достигнув цели, а лик призрака вновь приобрёл оттенки добродушной заинтересованности.

– Дважды рождённые? Странно. Весьма странно. Но как мило! – чувственно прозвучало из царственных уст.