Чтение онлайн

Река становилась все шире, в некоторых местах даже не видно было берегов, она поглощала мели, затапливала густые кустарники, превращала в грязевые болотца маленькие дворики домов, которые встречались на пути “Санта-Лауры” приблизительно раз в три часа. Река несла все больше мусора – водорослей, травы, сучьев и даже молодых деревьев. Но становясь шире, она набирала и силу – встречное течение теперь еще больше замедляло ход яхты.

Впрочем, никто по-прежнему не следил за временем.

Нейта вежливо освободили от обязанностей капитана после того, как “Санта-Лаура” врезалась в невесть откуда появившийся ствол дерева, которого он не заметил. Повреждения судно, к счастью, не получило, но от удара Жеви и Уэлли мигом проснулись и опрометью бросились в рубку. Нейт же вернулся на свою уютную маленькую палубу с гамаком и провел там все утро, то читая, то наблюдая за жизнью дикой природы.

Спустя некоторое время Жеви присоединился к Нейту, чтобы вместе выпить кофе.

– Ну, что вы думаете о Пантанале? – спросил он.

Они сидели рядом на скамейке, просунув руки под перила и спустив босые ноги за борт.

– Волшебное место.

– Вы бывали в Колорадо?

– Да, доводилось.

– В сезон дождей реки в Пантанале разливаются, и территория, залитая водой, равна по площади штату Колорадо.

– А ты бывал в Колорадо?

– Да. У меня там живет двоюродный брат.

– А где еще ты бывал?

– Три года назад мы с кузеном на большом автобусе фирмы “Грейхаунд” пересекли всю страну, посетили все штаты, кроме шести.

Жеви был бедным двадцатичетырехлетним бразильским парнем. Нейт – вдвое старше, и большую часть жизни он имел много денег. Тем не менее Жеви повидал в Соединенных Штатах гораздо больше, чем Нейт.

Впрочем, когда средства позволяли, Нейт всегда ездил в Европу. Его любимые рестораны находились в Риме и Париже.

– Когда дожди заканчиваются, наступает сухой сезон, и тогда в Пантанале больше заливных лугов, заводей, лагун и болот, чем можно себе представить. Здешняя природа удивительна. Тут шестьсот пятьдесят разновидностей птиц – больше, чем в Канаде и США, вместе взятых. Как минимум двести шестьдесят видов рыб. В воде живут змеи, кайманы, аллигаторы, даже гигантские выдры.

Как по заказу на опушке небольшой рощи появился зверь.

– Смотрите, олень! – сказал Жеви, указывая на него рукой. – Их здесь полно. А еще есть ягуары, гигантские муравьеды, тапиры и макаки. Пантанал кишит дикими животными.

– Ты здесь родился?

– Я сделал свой первый вздох в больнице в Корумбе, но всегда много времени проводил на этих реках. Это мой дом.

– Ты говорил, что твой отец был лоцманом?

– Да. Я начал плавать с малолетства, отец брал меня с собой и разрешал держать штурвал. К десяти годам на десяти основных реках я чувствовал себя как рыба в воде.

– Он погиб на реке?

– Да, на Такуири, это к востоку отсюда. Он вел судно с немецкими туристами, когда налетел шторм. Выжил всего один матрос.

– Когда это было?

– Пять лет назад.

Оставаясь судебным адвокатом, Нейт хотел задать еще с дюжину вопросов об этом происшествии. Ему нужны были подробности. В суде ведь всегда побеждают подробности. Но он лишь сказал:

– Прости. – И замолчал.

– Они хотят погубить Пантанал, – вновь заговорил Жеви.

– Кто?

– Многие. Например, большие компании, которые владеют крупными фермами. Они расчищают сейчас огромные территории к востоку и северу от Пантанала, чтобы и там устраивать свои фермы. Главная их культура – соя, вы называете ее бобами. Они хотят ее экспортировать. Чем больше лесов вырубают, тем больше отходов скапливается в Пантанале. Уровень вредных примесей в речной воде возрастает с каждым годом. Почва на фермах бедная, поэтому компании используют множество опылителей и удобрений. Многие большие хозяйства перегораживают дамбами реки, чтобы устраивать новые пастбища. Это нарушает цикл разлива рек. А ртуть убивает рыбу.

– Ртуть-то как сюда попадает?

– Из шахт. На севере разрабатывают золотоносные жилы. При этом сбрасывают в реки ртуть. Наша рыба глотает ртуть и дохнет. Гробят в Пантанале все. Гуиаба – город с миллионным населением на востоке. Там крупные горные разработки. Догадайтесь, куда идут сточные воды.

– А куда же смотрит правительство?

Жеви горько рассмеялся:

– Вы слышали про Гидровиа?

– Нет.

– Это гигантский канал, который должен быть прорыт через Пантанал. Предполагается, что он соединит Бразилию, Боливию, Парагвай, Аргентину и Уругвай и спасет Южную Америку. Но он высушит Пантанал. А наше правительство поддерживает проект.

Нейт чуть было не разразился гневной филиппикой насчет ответственности за экологический ущерб, но вовремя вспомнил, что на каждого соотечественника Жеви приходится самое низкое в мире количество электроэнергии, и сказал лишь:

– Но он все еще красив.

– Да, красив. – Жеви допил свой кофе. – Иногда мне кажется, что Пантанал все же слишком велик, чтобы его можно было погубить.

В этот момент они оказались в месте, где в Парагвай впадала еще одна маленькая речка. Несколько оленей бродили в воде, пощипывая листья вьющихся по деревьям растений и не обращая никакого внимания на доносившийся с реки Шум. Семь великолепных животных, два из которых были пятнистыми однолетками.

– Поблизости есть небольшая фактория, – сообщил Жеви, вставая. – Мы должны доплыть туда еще засветло.

– А что нам нужно купить?

– Вообще-то ничего. Но хозяин фактории, Фернандо, в курсе всего, что происходит на реке. Может, он знает что-нибудь и о миссионерах. – Жеви выплеснул кофейную гущу в реку и потянулся. – Иногда у него продается и пиво.

Нейт молча уставился на реку.

– Думаю, нам не стоит его покупать, – закончил Жеви и удалился.

“Я тоже так думаю”, – мысленно согласился с ним Нейт и осушил до дна свою чашку, набрав в рот гущу и крупинки нерастворившегося сахара.