Чтение онлайн

— Да, объяснил. И вот еще что, Иоганн... Прошу простить, что я вспылил. Я знаю, вы пытаетесь помочь. Люди, за которыми мы охотимся, зовутся «Нахрихтендинст», верно? Ведь именно это вы выяснили в Лондоне?

После недолгого молчания голос на том конце произнес:

— Откуда вам известно?

— Они оставили визитную карточку. Я хочу добраться до этих подонков.

— Мы тоже.

— Спасибо. Позвоните мне, как только что-нибудь узнаете. — Ноэль повесил трубку и обратился к Кесслеру: — Больше никогда так не делайте.

— Прошу прощения. Я думал, что поступаю правильно. Как вы, я полагаю, чувствовали себя правым, наблюдая за мной у отеля «Д'Аккор».

— Гнусная штука жизнь, вот что я понял в последнее время, — проронил Ноэль, снова берясь за трубку.

— Что вы собираетесь делать?

— Поговорить с одним человеком, который живет на Кюрасао. Возможно, ему что-то известно.

— Ах да... Инженер, передававший ваши сообщения.

— Я перед ним в долгу.

Ноэль соединился с телефонисткой международной связи, дал ей номер телефона на Кюрасао и спросил, не вешать ли ему трубку или та перезвонит.

— В этот час линия не слишком перегружена, сэр, — ответила телефонистка.

— Тогда я подожду. — Он уселся с трубкой в руке на кровати.

Минуты через полторы в трубке раздался гудок телефона Буоновентуры. Ответил мужской голос — но это был не Сэм:

—Да?

— Сэма Буоновентуру, будьте добры.

— Кто говорит?

— Его близкий друг. Я звоню из Европы.

— Ему никак не подойти, мистер. Он больше на звонки не отвечает, так-то...

— Что вы хотите сказать?

— Его песенка спета, мистер. Какой-то сукин негритос из местных перерезал ему глотку проволокой. Мы обыскиваем все заросли и берег, чтобы поймать этого стервеца.

Холкрофт уронил голову, зажмурился и задохнулся. Его след вывел их к Сэму — и тот дорого заплатил за помощь, которую ему оказывал. Буоновентура был его информцентром, и его неизбежно должны были убрать, чтобы оставить Холкрофта без связи. Люди из «Нахрихтендинст» стремились изолировать его. Он был в долгу перед Сэмом, и вот долг этот оказался оплачен смертью. Все, к чему он ни прикасался, настигала смерть. Он был ее носителем. Едва отдавая себе отчет в своих словах, Ноэль проговорил в трубку:

— Не надо обыскивать заросли... Его убил я.

— Ваш сын когда-либо упоминал фамилию Теннисон? — спросил Бен Гадиз.

— Нет.

— Черт подери! Когда вы в последний раз с ним говорили?

— После гибели мужа. Он тогда был в Париже. Это было то, что он хотел услышать. Яков скрестил руки на груди и продолжал расспросы:

— Это был ваш первый с ним разговор после смерти мужа?

— После убийства, — поправила Альтина. — Хотя тогда я этого не знала.

— Ответьте на мой вопрос. Это был первый ваш разговор после смерти мужа?

—Да.

— Стало быть, беседа была невеселой?

— Очевидно. Мне пришлось сказать ему...

— Хорошо. В такие моменты рассудок затуманен. Говорятся вещи, которые потом редко удается восстановить. Тогда-тоон и упомянул фамилию Теннисон. Он сказал вам, что собирается в Женеву — на встречу, кажется, с человеком по имени Теннисон. Можете вы изложить это фон Тибольту?

— Конечно. Но поверит ли он?

— У него нет выбора. Вы нужны ему.

— А он мне.

— Звоните. И не забывайте: вы близки к истерике. Женщина в панике неуправляема. Выбейте его из равновесия. Кричите, шепчите, заговаривайтесь. Скажите ему, что вы должны были связаться со своим знакомым летчиком с базы гидросамолетов — но там произошло убийство. База кишит полицией. Вы напуганы до смерти. Сумеете?

— Слушайте и убедитесь, — отозвалась Альтина, берясь за телефон.

Телефонистка отеля соединила ее с номером почетного гостя «Д'Аккор» господина Джона Теннисона. Яков слушал, как играет заданную роль Альтина, и проникался все большим восхищением.

— Вы должны взять себя в руки, миссис Холкрофт, — говорил незнакомец на том конце провода.

— Так вы действительно тот самый Теннисон, о котором говорил сын?

— Да, я его друг. Мы познакомились в Париже.

— Ради Бога, вы можете мне помочь?!

— Конечно. С готовностью.

— Где Ноэль?

— Боюсь, мне это неизвестно... Он в Женеве по делу, к которому я отношения не имею.

— Не имеете?

— К сожалению, не имею. Вчера мы с ним пообедали, и он отправился на встречу со своими партнерами.

— Он сказал куда?

— Боюсь, что нет. Видите ли, я здесь проездом в Милан... Будучи в Париже, я обещал остановиться с ним по приезде в Женеву в одном отеле и показать город. Он ведь здесь никогда не бывал.

— Мистер Теннисон, вы не могли бы встретиться со мной?

— Да, разумеется. Где вы находитесь?

— Нам нужно вести себя осмотрительно. Я не могу допустить, чтобы вы рисковали собой...

— Мне ничто не угрожает, миссис Холкрофт. Я передвигаюсь по Женеве совершенно свободно.

— А я нет. Это ужасное происшествие в Медоке...

— Ну же, вы просто перенервничали. Что бы там ни произошло — я уверен, это не имеет к вам отношения. Где вы? Где мы можем увидеться?

— На вокзале. В зале ожидания у северного входа. Через сорок пять минут. Благослови вас Бог! — Она резко повесила трубку.

Яков Бен Гадиз одобрительно улыбнулся и произнес:

— Он будет вести себя очень осторожно. Примет защитные меры — и это даст нам больше времени. Я отправляюсь в «Д'Аккор». У меня каждая минута на счету.