Шрифт:
– Отойди! Че встала посреди дороги?
Хулиганистого вида мальчишка с тощей спортивной сумкой на плече толкнул Нику, выбив из рук книгу карманного формата в мягкой обложке. Она поправила съехавшие на нос круглые очки, подняла книгу с пыльного, размякшего от летней жары, асфальта и отошла в сторону, чтобы не мешать другим детям грузиться в автобус. Те, кто понаглее, конечно же, займут лучшие места: задние ряды и у окошек. По крайней мере, во время школьных экскурсий именно за них одноклассники чуть ли не дрались. Но она предпочитала постоять в сторонке, дожидаясь окончания всей этой возни. Как, впрочем, и всегда.
– Нике нужно больше общаться со сверстниками, – улыбчивый мужчина, похожий на доктора Айболита из мультика, записывал что-то в толстом блокноте с бордовым кожаным переплетом. – И желательно с новыми людьми. Не из привычного круга. Подберите ей кружок или секцию вне школы. Или отправьте в детский лагерь.
После часовой беседы в уютном кабинете с мягким диванчиком, Нику попросили выйти в коридор и позвать маму. Выйти-то она вышла, но дверь прикрыла не до конца. И теперь аккуратно подсматривала в щелочку.
– Ох, не знаю, доктор! – с грустью вздохнула ее мама. – Не хочет она теперь ни с кем общаться. Из комнаты почти не выходит. Только в школу. Да и туда силой тащить приходится. Книжки, мультики, игры эти дурацкие на компьютере. Уже и зрение портиться стало. Она как будто пытается спрятаться от реальности. Потому к вам и обратились. Нам вас очень рекомендовали. Сказали, что вы в таких вопросах лучший специалист. Вот какой ей лагерь? Сбежит ещё.
– И всё-таки попробуйте, – детский психотерапевт захлопнул блокнот и снова улыбнулся. – Считайте это обязательной частью терапии. Есть у меня отличный лагерь на примете.
И вот Ника сидит в душном вонючем автобусе с толпой шумных вонючих сверстников и едет в какую-то глушь, именуемую летним лагерем для подростков "Шанс". Подростки, с которыми ей предстоит провести целую смену в двадцать один день орут, пинаются, шуршат фантиками, хрустят чипсами, слушают музыку без наушников и ржут, как табун лошадей. И когда только успели перезнакомиться и подружиться? Или они все уже давно знакомы и лишь она здесь чужая?
Ника нервно теребила длинную прядь темно-фиолетовых волос, глядя в мутное окно большими серыми глазами. Каким-то чудом одно место у окошка оказалось свободным, словно ждало именно ее.
Судя по навигатору, ехать им часа четыре. Главное, чтобы не укачало. Она специально ничего не ела с утра и с собой взяла только бутылку воды. Заодно устроит себе зазгрузочный день. Не то, чтобы Ника уделяла много внимания своей внешности, но ловить на себе заинтересованные взгляды мальчишек было приятно. Вон как пацаны в ожидании автобуса смотрели на ее стройные ноги и короткие шорты. И ничего, что бледная, как поганка и плоская, как доска. Не всем же в тринадцать лет выглядеть на все двадцать.
Ника достала из кармана наушники, сделала музыку погромче, открыла книгу в жанре так обожаемого ею мистического реализма и грустно вздохнула. Будь у нее хоть немного магических способностей, она бы все изменила. И ехала бы сейчас со всей семьей нырять с аквалангом на Красное море, а не в этот дурацкий лагерь. И кто вообще придумал такое тупое название?
Ника прильнула к иллюминатору. Чуть ли не носом в стекло уткнулась, любуясь пейзажем. Земля отсюда казалась совсем крохотной. Словно игрушечной. Яркий шарик в чернильной черноте космоса. Наполовину бело-голубой, наполовину – темный, с желтыми светлячками городов. А посередине разделительная полоса. Кажется, она называется “терминатор”. Как робот из старого фантастического фильма.
Она всем телом ощущала, как пол и стены мелко дрожат, вторя мерному гулу скрытых в нутре корабля машин. Приборы и системы тихо вели деловитую перекличку на электронном языке щелчков и писков. В полумраке светились мониторы и датчики на панеле управления.
– Как дела в лагере? – Никита восседал в кресле пилота, развернувшись к ней лицом. Ника видела его отражение в толстом стекле.
Брат с детского сада мечтал стать космонавтом. Неудивительно, что его комната в VR-чате выглядит как рубка звездолёта. Даже изображение Земли здесь настоящее – видео со спутника. Ника все никак не могла налюбоваться и даже не сразу услышала вопрос.
– Скучно! – она раздраженно пожала плечами. – Даже хулиганы скучные. За три дня ещё ничего не натворили. Больше грозились!
За прошедшие с начала смены три дня, и правда, ничего интересного не произошло. Приехали, разбились на отряды, расселились по корпусам, ознакомились с расписанием и набором доступных кружков, сходили на ужин. А потом началась рутина. Подъем по будильнику, зарядка, завтрак, строем на море, обед, тихий час, кружки, ужин, дискотека, отбой. Повторить двадцать один раз. Ника все ждала ночного вторжения хулиганов с зубной пастой, которым пугали всех девчонок в отряде, но его так и не случилось. Даже разочаровалась немного.
– Да уж, проблема, – брат улыбнулся. Несмотря на трехлетнюю разницу в возрасте, он всегда находил с Никой общий язык. И никогда не считал ее проблемы "детскими". Особенно они сблизились после той дурацкой аварии. По сути, сейчас Ник был ее единственным другом. – Хочешь домой?
– Не то чтобы… – замялась Ника. – Просто ждала чего-то поинтересней. Каких-нибудь приключений.
– Все ещё будет, – Никита хитро подмигнул и посмотрел на часы. – Иди-ка ты спать. У вас же отбой по расписанию.
– Эх, вот бы мне способность управлять временем! – мечтательно вздохнула Ника. – Чтобы щелк, – она щелкнула пальцами, – и у всех десять вечера, а у меня девять. И можно ещё с тобой поболтать. Я так соскучилась.
Утром их отряд проспал подъем. Точнее, проснулись-то они по будильнику (или как там называется эта штука, орущая по утрам на весь лагерь?), вот только для их отряда он прозвучал на час позже. И они опоздали на зарядку.
– Это что, я сделала?! – Ника заперлась в кабинке туалета, с ужасом рассматривая свои руки. Словно пальцы должны были вот прям щас засветиться зловещей магической энергией.