Чтение онлайн

Примечания:

Лоа — деревья исполины на Кораллу

Гаито — стадные хищники. Ведут мигрирующий образ жизни, приходят всегда после Небесной Воды.

Ласотти — специализированные деревья. Для чего — узнаете позже.

Инан цвета — вождь, главный. Рин и Ксан — инаны.

Сперва настал день "Ч", а потом час "Х". Как водиться, и, как обычно, ничего не было готово. С самого утра ко мне нельзя было подходить ближе, чем на пять метров. Нервы натянулись до максимального передела, и их натужный звон был слышен далеко за пределами площадки, в центре которой красовалось гениальное и колоссальное с точки зрения доисторической инженерии сооружение — длинный помост в две третьих роста взрослого неандертальца.

Часть общего пространства была отгорожена занавесками из гигантских листьев и украшена цветами. Я в сотый раз проверяла на крепость установленные на помосте шесты, остервенело дергала легкий навес, имитирующий крышу, сообщая при этом окружающим, что я спокойна, предельно спокойна! А крик, визг и писк — это так, для создания творческого антуража. Между прочим, ни капли душой не покривила — она у меня с рождения извилистая, как грунтовая дорога в Российской глубинке.

Едва завидев мое лицо, перекошенное огромной любовью к ближним своим в "гримерке", модели вытягивались в струнку и выстраивались по росту, с закрытыми глазами оттарабанивая очередность выхода и показа одежды, стоило мне косо посмотреть на них. Истинно, ситуация демонстрировала полное превосходство современного разума над доисторическим. Или они решили, что с дураками связываться — себе дороже выйдет. Местные мастера под моим чутким рукоприкла… руководством переплетали космы мужчин и женщин, терпеливо переносящих не слишком приятную для них процедуру. У некоторых косички свалялись в дреды и ни за что не хотели расчесываться и принимать нужную форму.

Гребешки, сделанные из частых ребер очередного несчастного животного, постоянно ломались, не выдерживая нагрузки, и кучкой валялись у ног стилистов, безмолвным укором попранным заповедям незабвенного на Земле Мойдодыра.

Постепенно площадка заполнялась отори, разноцветные макушки мелькали тут и там, так и норовя, мимоходом, под видом обслуживающего персонала пролезть за занавес. Особо любопытные и нетерпеливые тут же получали по разноформенным длинным лицевым конечностям от моей элитной стражи, натасканной специально для предотвращения несанкционированного проникновения. Некоторым повезло наткнуться непосредственно на меня.

После ушата словесных помоев, которые выворачивали мировоззрение отори наизнанку и замыкали немногочисленные извилины (а вы попробуйте понять фразу "иди ты редким перелесочком к пайотовой бабушке за зелеными крокодильчиками, а то сейчас глаза на пятках моргать будут), и вопля "Рин убери отсюда этот убогий плод тесного горизонтального сотрудничества чихательного огурца и шинки, пока его омлет на своем месте находится, а не выступает в качестве китайских шариков для рук", осчастливленный синекожий покидал закулисье и удалялся переваривать услышанное.

Попадались и те, которые видели меня впервые и пробовали поставить на место, которое, по их сугубо личному мнению, находилось где-то очень низко и пахло там явно прескверно. Осадить этих мускулистых экземпляров помогал еще один прием. Стоило мне крикнуть: "Лу, наших бьют!", как неизвестный нарушитель общественного порядка оказывался в плотном кольце агрессивно настроенных синеньких. Признав свою ошибочность поступка, наличие слов, и самого факта своего рождения на свет, незнакомец, подгоняемый остриями копий в точку пониже спины, поспешно ретировался и занимал свое место среди гостей.

Точного количества приглашенных я не знала — этим занимались Рин и Ксан, но когда выглянула на площадку, то слегка обалдела. Отори заняли все свободное место на и дополнительно свешивались с низких веток лоа над головой. Если такая виноградинка грохнется на головы зрителей, то мало никому не покажется. Небольшая очередь толпилась возле шведского стола, организованного в последний момент, где хвостатый молодняк раздавал насаженную на острые палочки разнообразную живность. Слава Богу, продуктовое хранилище наполовину освободили: можно спокойно не заходить, не опасаясь, что не ты пообедаешь, а тобой подзакусят злобные от тесноты и духоты глазасто-шипастые продукты.

Фонтана с шампанским откровенно не хватало, но, увы, я ни разу за все время пребывания на курорте экстра класса Коралу не видела ни одного пьяного отори, а на месте слов алкоголь и спирт в словаре отори красовались досадные пропуски. Нет, вы не подумайте, я не алкоголик какой-нибудь, но иногда снять напряжение бывает просто необходимо. Ровно пятьдесят грамм хорошего коньячка, а потом чашечка горячего ароматного каппучино… Хватит мечтать, пора было начинать!

Подав условный сигнал Рину, по случаю праздника разрисованному черными полосочками и нацепившему массу украшений на волосы, руки, ноги и хвост, я начала ритмично хлопать в ладоши. Спрятанный за кулисами живой оркестр мгновенно сориентировался и подхватил гимн всех времен и народов "We will rock you", а на подиуме появилась первая модель…

Зрители молчали в начале, зрители молчали в конце. Неужели не нравится?! Позора я не переживу, сделаю себе ритуальное харакири. Буду долго и упорно тупым ножом перепиливать мышцы, пусть мне будет хуже! Несмотря на постигшее меня разочарование, я, сделав чудовищное моральное усилие, построила неандертальцев для финального выхода. Шоу маст го энд!

Одно время мне сильно нравился кичливый клип зарубежной исполнительницы Lady Gaga "Bad Romance", я даже слова выучила, а мелодия сама въелась под кожу. Вытащив ее из-за закромов памяти и задвинув подальше сине-зеленую в малиновую крапинку лень, я, скрепя сердце, решила ее исполнить.

Двадцать отори в последних показанных ими моделях стали выходить на помост аккомпанирую моим завываниям ладонями и ступнями. Четверо, недавно признанных равными, кора исполняли не сложные пластичные движения на шестах. На последнем куплете, чеканя шаг от бедра, вышла я. Тело полностью выкрашено в синий цвет стараниями лу, глаза зрительно увеличены за счет обильно нанесенной раскраски в стиле смоки айс, на ногах красуются десятиметровые шпильки. Платье — тонкие решешки кожи, перевивающие туловище, чуть пошире в самых интересных местах. В голове находилась только одна мысль — если каблук попадет не на дерево, а между ветками, то мне хана. Полная и бесповоротная! Но на губах улыбка во все тридцать два зуба, приклеенная к ушам, а голос был тверд и звонок. На последнем слове двое сильных хвостатых подняли меня на перекрестье рук…

Занавес. Зрители аплодируют, аплодируют… В мечтах! Молчат они и пяляться на сцену, заставляя сердце выпрыгивать из грудной клетки. Отори на подиуме настороженно оглядывались, ожидая какой-нибудь реакции. Ну, хвостатые, будьте людьми — скажите что-нибудь! Помидорами закидайте! Редкие чавкания в толпе не считаются. Найду потом этих обжор и мастер класс по этикету проведу. Они у меня ножом и вилкой воду есть научатся!

Через минуту я начала задаваться вопросом — а там живой кто-нибудь есть? Или их сердца не выдержали шоковой терапии культурной революции и остановились во цвете лет?! Помню, как в свое время старушки хватались за грудь при первых звуках Sexual revolution из распахнутого окна…