Чтение онлайн

Он, не ответив, продолжал говорить о своем.

— Как ты могла так поступить со мной? Оставить какое-то жалкое письмо…

— Да, я так решила, Николас, — твердо сказала она.

— Заставить меня сходить с ума до тех пор, пока ты не родишь и не напишешь об этом? Таков был твой план?

— Я не хотела, чтобы ты чувствовал себя загнанным в ловушку обстоятельствами, над которыми не властен.

— Ты не оставила мне выбора. Решила оттолкнуть меня. По твоему, я не должен был помогать тебе во время беременности, не должен был находиться рядом, когда ты станешь рожать нашего ребенка. — Он развел руками. Весь его облик выражал ярость. — Как ты могла так поступить?

— Ты не хотел дать мне уехать, потому что я нужна тебе в постели, — продолжала она упрямо сопротивляться.

— Дать тебе уехать? Да ни за что на свете! И послушай, что я еще скажу, Глория, — мы женимся. И сделаем это так скоро, что Дороти с ног собьется, стараясь, чтобы все было готово к церемонии вовремя.

Она отшатнулась от него.

— Ты не можешь заставить меня выйти замуж.

— Назови хоть одну причину, которая мешает тебе согласиться. — В его глазах был вызов.

— Ты не должен жениться на мне из-за ребенка. Это не сработает, — почти прокричала она.

— Зато сработает брак по любви.

— Это лишь слова.

— Не говори за меня, пожалуйста.

— Ты сам признавался, что брак для тебя это ловушка.

— Теперь я говорю, что это как раз именно то, чего я хочу.

Его убежденность и искренность не оставили и следа от возведенных ею барьеров. Глория лишь по инерции продолжала сопротивляться.

— Если бы я не забеременела…

— Ты бы осталась в замке, заканчивала бы книгу здесь. И у меня было бы больше времени, чтобы доказать тебе, что ты мне нужна.

— Как я могу быть уверена в этом?

— Прислушайся к своему сердцу, — ответил он. — И оно подскажет, что я тот мужчина, который любит тебя.

— Любит… — Как эхо тихо повторила Глория. Ее голос дрожал от волнения.

Она уже сдалась, забыв о том, что решила бежать от него, чтобы родить их ребенка вдалеке отсюда. Но ведь от судьбы не скроешься. Николас приблизился к ней, большой, высокий, греховно красивый и неодолимо сексуальный. И признание в том, что она влюблена в него, отчетливо возникло в ее сознании.

Он положил ей руки на плечи и заглянул в глаза. Сказал спокойно и серьезно:

— Не сопротивляйся, Глория. Вспомни, что мы чувствовали друг к другу, когда зачали нашего ребенка, и как нам тогда было хорошо. И согласись стать моей женой, прошу тебя!

Не сказав ни слова, Глория крепко обняла его и нежно поцеловала в губы. Это и был ее ответ.

— Мама, а в самолетах водятся мыши? — спросил маленький Ричард у Глории.

— Ну что ты, малыш! Нет, конечно!

— А ты, папа, как думаешь?

— Мама права! — Николас усмехнулся и потрепал рыжие волосики на головке сына. Тот был удивительно похож на Глорию, только глаза напоминали отцовские.

— Никто из вас не угадал! — восторженно произнес мальчик и, чуть понизив голос, сообщил: — В самолетах водятся летучие мыши!

— О, это большая новость для всех пассажиров! Но не пора ли тебе перекусить, дружок? — Глория взяла поднос у подошедшей стюардессы и сунула трубочку в стакан с бульоном.

Малыш без капризов покончил со всем, что ему предложили на ужин, и вскоре задремал на руках у Николаса. Длительный перелет утомил ребенка. Первый раз он пересекал океан, чтобы оказаться на родине своего деда, во Флориде. Дороти сначала отговаривала их брать с собой мальчика, но затем, поразмыслив, сказала:

— Я бы и сама полетела с вами, но боюсь причинить лишнее беспокойство и пополнить небесную компанию Ричарда Прайса. Так что, когда пойдете навещать его, просто передайте ему от меня привет.

Прилетели они глубокой ночью, и когда такси повезло их по улице, по которой Глория когда-то водила экскурсию «Ночь чудес», то увидели, что ни магазина вуду, ни кафе Розалинды больше нет. А на их месте разбит детский парк со всевозможными аттракционами.