Чтение онлайн

Первоначальный порыв - забрать ребенка и уехать куда-нибудь в деревню «Дальние хрени», подальше от этого дурдома на выезде, пришлось задавить на корню. Увы, работу никто не отменял, да и бегать от проблем - не значит их решать.

Снова распахнув глаза, я осмотрела обстановку на кухне на предмет ружейно-скалочного побоища. Ладно родители, у них всю жизнь была эта идея фикс - сначала замуж, потом в кровать, но Волков-то куда? Ответ был только один - его наверняка заставили!

Тем не менее, следов борьбы на кухне не виднелось. Скалка мирно лежала на подоконнике, на столе стоял лучший папин коньяк для особых случаев, а в духовке аппетитно шкварчала утка. В общем и целом - мирная семейная картина, на которой мне, тем не менее, места категорически не было.

– Может, скажешь что-нибудь?
– наконец нарушил возникшую тишину Волков, глядя на меня выжидательно.

И я сказала:

– Олег, признайся, тебя били?

Он усмехнулся, демонстративно потерев макушку, потом сказал:

– Нет, обошлось без этого.

– Непохоже, - ответила ему с сомнением.
– В противном случае не понимаю, как…

– Дочь, ты тут не выпендривайся!
– вмешался отец.
– Я вас благословляю!

Ну спасибо, папочка, без этого я бы прямо не прожила! Решив оказывать сопротивление этой рабовладельческой системе, я открыла было рот, чтобы заявить о своих правах, но тут на кухню подоспела мама.

– Я обзвонила всех родственников!
– возбужденно сообщила она.
– Всем рассказала, что моя доченька выходит замуж! И на свадьбу позвала! Ох, счастье-то какое!
– промокнула она глаза фартуком.

Я с трудом подавила тяжелый вздох. Дурные родственники - горе семьи! Кажется, иного выхода, кроме как согласиться, у меня не было. Во всяком случае… для вида. Да! Это лучшее, что можно было сделать в нынешней ситуации. В противном случае мне никогда не избавиться от этого прессинга, сбеги я хоть в те самые «Дальние хрени», хоть на Луну.

– Олег, давай пройдем ко мне, на пару слов. А ты, Матвей, останься с бабушкой и дедушкой, - наконец выдавила я, решительно выходя из квартиры родителей. Вслед мне неслись радостные мамины причитания «конечно, конечно, идите, мои хорошие!».

– Так ты… согласна?
– уточнил Волков, когда мы снова оказались на кухне, только теперь уже - моей собственной.

– Ты же несерьезно вот это все?
– ответила ему, пристально вглядываясь в эти уже хорошо знакомые черты.

– Абсолютно серьезно, - заявил Волков.
– А почему нет? У нас общий ребенок и мы могли бы стать настоящей семьей.

– Всю жизнь мечтала о таком романтичном предложении руки и сердца, - фыркнула я.
– Впрочем, мне видимо на роду написано, чтобы в моей жизни все происходило через одно место. И вообще не так, как мне того хотелось бы.

Он поморщился, как от зубной боли, ясно уловив мой намек на то, что случилось в прошлом, и снова попытался что-то сказать:

– Ди...

– Не продолжай, умоляю, - прервала я его.
– Я еще после твоего, так сказать, предложения, не обсохла. Ты ведь умеешь заставить женщину течь!

Волков растерянно провел по вьющимся волосам рукой, после чего сказал:

– Мы так ни до чего не договоримся.

– Ошибаешься, - возразила я.
– Ты, кажется, хотел заслужить прощения, Волков?

Олег взглянул на меня с опаской, но все же кивнул:

– Именно это я и пытаюсь сделать.

– Вот и прекрасно, - сложила я на груди руки.
– Я дам тебе такой шанс. И для этого не нужно жениться на мне из раскаяния и прочей благотворительности.

– Дело не только в этом, - мгновенно отреагировал Волков.
– Ты что, действительно думаешь, что меня можно заставить жениться, если я сам того не хочу?

– Я ничего не думаю. Но я не собираюсь идти в загс, как овца, отправленная на заклание! Поэтому, Олег, все, что от тебя требуется - делать вид, что мы собираемся пожениться. Пусть эти двое, - я махнула рукой в сторону двери, - успокоятся и отстанут от нас обоих. Хотя бы на время.

– То есть ты хочешь… чтобы мы притворялись?

– Именно этого я и хочу. Не больше.

– А потом?

– А что потом?

– Твоя мать уже обзвонила всех родственников. Они будут думать…

– Пусть думают, - подернула я плечами.
– Как говорится: ваши ожидания - ваши проблемы.

– По-моему, обманывать всех - это жестоко, Ди.

Я вздернула одну бровь:

– Неужели? Ну так я скажу тебе, Волков, что действительно жестоко! Жестоко - это лезть в мою жизнь и пытаться ею управлять, не спрашивая моего мнения и наплевав на мои желания! И больше я этого не потерплю. Ни от кого и никогда. Ясно?

– Ясно, - кивнул Олег и, вдруг в пару шагов оказавшись рядом со мной, добавил:

– Будь по-твоему, Ди. Но имей в виду… - его взгляд проскользил по моему лицу, как физическая ласка, отчего я испытала какое-то странное, непривычное, но весьма будоражащее чувство, - что от своего настоящего предложения я не отказываюсь. И отступать вовсе не собираюсь.

Следующую встречу с Алиной было решено провести тет-а-тет. Мы встретились в небольшом кафе и то, по моему настоянию. В таких местах я чувствовал себя максимально расслабленно.

И Алина, хоть и попыталась возразить поначалу, в итоге сдалась.

– Ну, Олег, по вам можно судить, что все стало гораздо лучше, - сказала она с неизменными улыбкой на губах и блокнотом, который положила перед собой.

– Если вы о простуде, то да.

– Нет, я не о простуде. Рассказывайте.

Мне нравилось это ее «рассказывайте», хотя поначалу я впадал от подобного в ступор. Алина предлагала мне озвучить все, что было у меня на душе, и это являлось сейчас потребностью, а не частью терапии.

Я рассказал психологине обо всем. О нашей псевдо-свадьбе, о том, какие чувства это у меня вызывало. О своем отношении к психам-родителям Дианы, которых я очень (взаправду, очень!) старался воспринимать как неотъемлемую часть жизни Ди. И моей жизни, раз уж я желал связать ее с женщиной, родившей мне сына.