Зелёная чёлка

Помните, как вы читали Виктора Драгунского в детстве? Что вас увлекало в этих историях обычного мальчишки? Лично меня, видимо, впечатляла Денискина смелость проявляться, совершать ошибки, способность быть ребенком, да и вообще – быть живым. Сейчас, будучи детским психологом, думаю, почему же он мог себе это позволить? Думаю потому, что в рассказах Драгунского много вполне адекватных взрослых. Все они были очень похожи на тех, что окружали и нас в те времена, но у Драгунского при этом они были как будто настоящие взрослые: живые, ошибающиеся, неловкие, любящие, но взрослые. Я думаю, что возможность проявить самый большой дар, который дан любому ребенку: детскую непосредственность, умение видеть «голого короля» – и при этом его непредвзятое отношение к миру, еще не перегруженное оценками, суждениями, идеями, шаблонами, это большое счастье не только для самих детей, но и для окружающих взрослых. Именно детские вопросы и взгляд на мир заставляют нас пересмотреть привычное, думать о том, о чем мы совершенно отвыкли, видеть жизнь с другого ракурса, «протирать очки», запорошенные привычными ответами и представлениями. Истории Виктора Львовского о том же: не только о ребенке, способном взаимодействовать с миром и людьми с особой детской мудростью и непосредственным взглядом на все, что происходит, но и о взрослых, готовых иметь дело с этим детским миром, готовых смотреть на самих себя через призму неудобных детских вопросов, выходить из неловких положений, делать свое взрослое дело, и при этом видеть в детях детей, что отлично удается и самому автору, пишущему эти истории с юмором и любовью к детям, а также с надеждой и верой в возможность взрослых быть взрослыми, вовлеченными в жизнь и окружающее их детство. Эти рассказы, как и рассказы Виктора Драгунского, предназначены для всех – для подростков и для их родителей, которые они могут читать, как самостоятельно, так и вместе. Для взрослых читателей эти истории – возможность оживить свои детские воспоминания, пропуская их через ткань современности, а также возможность лучше понять мир собственных и окружающих детей. Мне кажется особенно важным, что все эти истории описывают не просто детские переживания, а через них – наше непростое время, где перед детьми и подростками, невольно вовлеченными в сложные социально-политические контексты и противоречия образовательной системы, встают задачи вырабатывать собственную систему ценностей и моральные ориентиры.

– Сегодня будем писать сочинение о семье, – сказала Мария Вячеславовна.

– А писать, кто в каком углу живет? – спросила Настя, потому что они всей семьей живут в одной комнате в большой коммунальной квартире.

– Нет, это не так, как мы писали сочинение по картинам Васнецова и Кустодиева про Кремль, это уже будет описание живых людей, которых вы хорошо знаете, самых близких ваших людей, – ответила Мария Вячеславовна.

Мне писать сочинение по картинам о Кремле очень понравилось, мы писали, что изображено на картине, что в каком углу расположено – телеги, сани, башни, пушки, а потом выходили на другой, как сказала Мария Вячеславовна, уровень и писали про то, что, как нам кажется, в Кремле происходит в наше время, что там делает Президент, когда руководит нашей страной.

Тут все очень воодушевились. Я написал, что Президент, наверное, вспоминает свое детство, когда планирует строительство новых школ и парков, а Петр – мой сосед по парте – написал, что у Президента есть собаки, и он ныряет глубоко и достает со дна сокровища – древние вазы и еще летает с журавлями в небе и даже собирается лететь в космос. Он сказал, что видел такое по телевизору.

Про семью, конечно, все гораздо скучнее получится, я уже заранее расстроился. И к тому же Мария Вячеславовна сказала, что Петино сочинение поедет на олимпиаду в Москву, а может, он сам поедет вместе с сочинением. Вот это повезло! Я тоже очень захотел на Олимпиаду.

– Ну, в каком углу – не главное, – еще раз подчеркнула Мария Вячеславовна для Насти. – Здесь не столько важно, в каком углу человек живет, как то, чем он занимается, чем дышит. Это сочинение о людях. Здесь же нет картины.

Петр, мой сосед-отличник, будущий призер московской олимпиады, сказал:

– Я понял, что писать. Про маму, как она делает ингаляцию, когда болеет; вот чем она дышит и получится.

И наклонившись над столом, начал выводить буквы с твердым нажимом. Ему хорошо, он уже, считай, был в Москве, поэтому мог спокойно писать о том, чем дышит его мама.

Я задумался. Я всегда крепко задумываюсь, когда надо сказать что-то о моих родственниках, потому что у меня их много, и даже иногда путаюсь, кто кем мне приходится. Раньше, когда я был маленький, я не знал, как писать «тьетьа Галя» или «тетягаля», а она все-таки папина сестра. Каждый раз писал ей открытки на день рождения по-разному и всегда что-то не так… А еще есть мамина сестра тетя Оля, но она живет далеко, не в России, и в России она почему-то жить не хочет.

– Ты, Максим, что не пишешь? Начинай. Не бойся за ошибки, тут главное – литература. Пиши, как есть, а там разберемся. А кто напишет хорошее сочинение, тот поедет на олимпиаду, – это она как бы всем громко сказала, но почему-то стояла рядом со мной. Я сразу понял, что это информация для меня.

Пока я думал, Петька уже накатал с нажимом про маму, которая дышит ингалятором, полстраницы. У нее был хронический бронхит, и Петька с детства хорошо знал, чем она дышит. «Ифкалиптом», – написал Петя.

Настя тоже расписала, кто на какой кровати спит, где кровати стоят и даже кто храпит или не храпит по ночам. Мария Вячеславовна ее похвалила, но сказала, что в следующий раз не обязательно руководствоваться углами, а можно начинать с того родственника, который ближе всего душевно. И можно даже не описывать их физические недостатки, а начать с хорошего, и если хочется писать о чем-то, что вас беспокоит или тревожит, то можно вставить слово "к сожалению". Мария Вячеславовна подошла к доске и написала крупным красивым почерком «К СОЖАЛЕНИЮ». Если кто захочет воспользоваться, то списывайте внимательно и не забудьте написать слово в запятых.

– Вы можете также воспользоваться синонимами, чтобы ваш текст был стилистически разнообразным, например, вместо «папа» – написать «отец», а вместо «мама» – «мать». Слово «угол», который вам так понравился, тоже не обязательно использовать, это было нужно в сочинении по картине, а здесь – только если это действительно для вас важно.

Я про разнообразие не понял, но слова «отец», «угол» и «к сожалению» мне понравились. Я понял, как писать. У каждого же есть недостатки, и о них можно культурно сказать. Мама так часто говорит папе: «к сожалению, ты меня совсем не понимаешь». А он ей на это обычно: «к сожалению, ты бросила ходить в спортзал» и дальше что-то шепчет на ухо, и они оба смеются.

Я лизнул ручку, чтобы лучше писала, и начал. «Мой отец – самый близкий мне человек душевно, мы с ним вместе построили ракету, но он, к сожалению, пьет. Моя мать – очень хорошая и теплая, она часто ставит меня в угол, и, к сожалению, курит». Я один раз видел, как она курила. Но вообще про «курит» это я добавил для красного словца, так как папа говорит – «кто не курит и не пьет, тот здоровеньким помрет».

Потом написал про бабушку. «Моя бабушка мне близка в пространстве – мы живем в одной комнате, но она, к сожалению, все забывает. У нее склероз, это она сама говорит. Мой брат Костя недавно родился, я его очень люблю, и, к сожалению, хотел бы, чтобы его лучше вообще не было. Моя сестра Вера очень красивая, но, к сожалению, слишком много целуется. Всё»

Я написал это почти без ошибок, и про «тьетю Галю» и тетю Олю вообще не стал писать, так как времени не хватило. Я забыл написать про дедушку, и, когда уже Мария Вячеславовна собрала тетрадки, попросил у нее тетрадку дописать и на перемене уже завершил. «Мой дедушка Федя – прекрасный человек, но он ушел от бабушки к другой бабушке, потому что, к сожалению, не выдержал, что она громко орет. Он ее за это, к сожалению, бил». И тут я уже сдал сочинение, потому что перемена уже закончилась. Про «бил» – это я, конечно, придумал, чтобы было похудожественнее, к тому же я сам иногда бы хотел побить бабушку, когда она меня шлепает, я даже кулаки сжимаю, но мама говорит, что на взрослых нельзя поднимать руку. Руку можно поднимать только на уроках на Марию Вячеславовну, когда хочешь ответить урок.