Чтение онлайн

Шерн не нуждался в дальнейших уговорах. Пародируя представление о том, как должен вести себя американский солдат с очаровательной девушкой, он взял свой стул и поставил его рядом со стулом мадемуазель Лефевр, оказавшись между ней и Гийо. Я поставил свой стул к другому концу столика.

– Вы здесь в отпуске? – спросил Гийо Шерна по-французски. – Или находитесь постоянно?

– Мой офис находится здесь, в Сайгоне, но настоящая работа – на фронте.

Сильный американский акцент Шерна вызвал легкую улыбку у мадемуазель Лефевр.

– Но у вас наверняка очень интересная служба, – сказала она, пытаясь разговорить Шерна.

Как девушку, так и Гийо, казалось, очень интересовала миссия американцев во Вьетнаме. Гийо даже рискнул спросить:

– Мы не смогли победить здесь, но вы, американцы, наверное, окажетесь удачливыми?

– Мы не воюем, Гийо, – быстро ответил Шерн. – Мы просто даем советы вьетнамцам, как лучше воевать. Это не американская война.

– Это американская война, – твердо заявил Гийо. И затем продолжал, искренне и с некоторой горечью: – Мы могли бы победить в 1954, а вместо этого потерпели поражение. Наши солдаты и генералы оказались не готовы к этой войне. Руководители нашей военной академии отказывались признать, что эта война отличается от тех, которым их научили. Они мало что знали о тактике партизанских действий и не имели понятия о складе мышления боевика из джунглей. Поэтому к моменту, когда мы были разгромлены и потеряли Дьен Бьен Фу, двести тысяч французов были убиты или ранены. Я воевал здесь, поэтому знаю.

Дениза протянула свою руку с золотистым загаром и накрыла ладонью ладонь Гийо.

– Анри, прошу тебя, не надо расстраиваться.

Она повернулась к Шерну и сказала:

– Семья Анри была из первых, которые приехали сюда жить. У них была одна из крупнейших каучуковых плантаций в стране, и Анри сумел получить с нее почти максимум того, что она могла дать. А теперь мы вынуждены все продавать вьетнамцам, как вам известно.

Шерн кивнул с сочувствием, но Анри все еще не мог отвлечься от своего монолога.

– Я сказал, что американцы могут победить. – Он иронически рассмеялся. – Да, но вы тоже совершаете те же ошибки. И вдобавок ко всему вы даже не можете контролировать воюющие подразделения. – Гийо подмигнул Шерну. – Эти ваши "прямые ноги", эти полковники и генералы тоже приведут вас к поражению.

На Шерна слова француза произвели сильное впечатление. По иронии судьбы он слышал сейчас буквально свои собственные мысли из уст человека, которого собирался убить.

– Я вижу, вы многое о нас знаете, Гийо, – французский язык Шерна вдруг зазвучал свободно и лишился акцента, так что я даже обеспокоился, что он выдаст себя. – Вам, оказывается, известно даже наименование солдат, которые не могут прыгать с парашютом.

– Я сам был парашютистом, – гордо произнес Гийо. – Мой батальон сделал одну из последних попыток освободить Дьен Бьен Фу, но было уже поздно. Наши старомодные парижские генералы уже успели проиграть войну, и опытные офицеры вроде меня испытывали отвращение к командованию, которое не дало возможности повлиять на ход событий людям, умеющим воевать в местных условиях.

Шерн, похоже, не на шутку углубился в дискуссию со смертельным врагом.

– Если "ноги" будут вести дело по-своему, они вообще выгонят спецназ из Вьетнама, – сказал он.

– Недоверие ко всему необычному, нестандартному, оригинальному всегда было присуще военному менталитету, – мрачно заметил Гийо.

Француз настоял на том, чтобы заплатить за следующую порцию напитков; они с Шерном, казалось, были на пути к полному взаимопониманию.

– Где находится ваша плантация? – спросил Шерн.

– Это большая каучуковая плантация в провинции Тай Нинь.

– Семья Анри владела во Вьетнаме многим, – сказала Дениза.

Гийо улыбнулся, с любовью посмотрев на девушку:

– Она приехала из Франции, чтобы жить здесь и выйти замуж. Ей так нравится эта страна и так нравятся владения моей семьи, что я иногда задаюсь вопросом, за кого она выходит замуж – за меня или за мое состояние.

Шерн и я заметили большой бриллиант, сверкающий на безымянном пальце девушки.

– Вьетнам прекрасен, – заметил я, – никогда не встречал в тропиках такого разнообразия пейзажа и климата.

– О, я мечтаю остаться здесь навсегда, – горячо подхватила Дениза, хотя радостное выражение на ее лице слегка затуманилось, когда она перехватила взгляд Гийо. – Мы останемся здесь, Анри? Навсегда, правда? И будем ездить во Францию каждый год?

Ее жених грустно усмехнулся:

– Конечно, моя радость. Я уверен, что вьеты дадут мне работу на одной из плантаций, когда приберут наконец к рукам всю нашу собственность. Мы всегда сможем с тобой работать вместе. Вьеты так чудовищно богатеют, воруя у американцев, что вполне смогут нанять себе слуг-французов.

Дениза покачала головой и откинулась в своем кресле. Гийо повернулся к Шерну.

– Ну хватит с вас наших проблем. Мне очень интересно, как американцы готовят вьетов к сражению в этой войне. По-моему, вы говорили, что тренируете вьетнамских рейнджеров?

– Я работаю в школе подготовки Дак Фанг, – объявил Шерн. – Мы выпустили несколько хороших классов. Я считаю, что мои рейнджеры при хорошем командовании победят лучшее подразделение, которое сможет выставить против них Вьетконг.

Гийо рассеянно протянул руку к своему бокалу.

– Вы когда-нибудь видели своих учеников в настоящем деле?

– Время от времени мы направляем выпускной класс на практику, когда вправе предполагать, что коммунистов будет меньше, чем наших. К несчастью, две недели назад мы понесли серьезные потери, причем убит был один американец, а еще один – ранен.

Акцент Шерна вернулся на свое место, и я с облегчением понял, что он вновь играет свою роль.

– Вы наткнулись на нечто большее, чем предполагали увидеть? – предположил Гийо.