Чтение онлайн

Ленис побледнела от боли: сайм сильно нажал на ее латерали. Валлерой закричал. Он попытался отвлечь сайма своим полем, зная, что Клид делает то же самое, но обезумевший сайм нацелился своим ртом на рот Ленис…

Ускорившись, Клид схватил сайма и оторвал его от Ленис. Джанкт безжизненно повис в его руках.

Ленис упала — так же безжизненно, словно лишившись костей. Клид отбросил джанкта и склонился к Ленис. Их окружили другие путники. Снаружи этого кружка заняли позицию проводники, ожидая появления других изголодавшихся по селину саймов.

Клид держал Ленис в позе передачи… но не касался ее губ. Должно быть, с того момента, как злиннил убийство, он понял, что ничего сделать нельзя. Эмстед кричал:

— Помогите ей! Она защищала меня!

Проводник поднял голову.

— Бесполезно. Она мертва.

— Нет, — с трудом говорил Эмстед. — Зачем она это сделала? Зачем…

Тем временем Эдива разглядывала неровную поверхность снега. Но это лишь тонкий слой, а под ним… ткань… волосы…

Райза, злиннившая ближайшие здания, вернулась в центр круга.

— Он, должно быть, последний, — сказала она, наклоняясь к сайму. — Теперь и он мертв. Не злинню ни одного сайма, кроме тех, что на другом конце поселка. Так где же они все?

Эдива наклонилась и осторожно расчистила слой снега.

Показались два тела — два сцепившихся сайма, щупальца их переплелись в позе передачи сайм/сайм. Молчаливое повторение того, что они только что видели.

Еле слышным, напряженным голосом Эдива сказала:

— Во время бури у них кончились джены. И, конечно, они не могли охотиться — и обратились друг против друга.

Ее абсолютное спокойствие свидетельствовало о глубочайшем шоке. Теперь все поняли, что означают еле заметные очертания под снегом. Сотни таких очертаний.

Эдива посмотрела Эмстеду в глаза, тот побледнел, как мертвый сайм у его ног.

— Здесь, — сказала Эдива с жестокостью неоспоримого факта, — здесь Зелеродов Рок уже свершился.

Валлерой вслед за Эдивой пошел к другому возвышению под снегом. Эдива разбросала снег, и обнаружилась еще одна закованная в лед пара саймов, застывших в отвратительной смертной схватке.

Эдива распрямилась и, шатаясь, отошла. В потрясенной тишине Валлерой слышал свист ее дыхания, почти рыдания.

Он двинулся за ней, и, как будто это послужило сигналом, все направились на поиски выживших. Но Клид окликнул Валлероя:

— Нет, Хью. У тебя опять высокое поле.

Харрис Эмстед отправился от потрясения и пошел за Эдивой.

— Боже, — сказал он, — это не просто арифметика. Это происходит в действительности!

Мэдисон и Джессон стояли рядом с командиром и молча смотрели, как он пытается утешить женщину.

Эдива видела — и злиннила — жестокую реальность за своими вычислениями. Она была джанктом — четыре убийства, вспомнил Валлерой, до того как пришла в Дар, чтобы пройти разъединение. Она знала, что испытали эти люди, знала так, как не могут знать ни он, ни сам Клид. Ни слова не сказав Эмстеду, она прижалась к Клиду.

Райза и Серджи искали в снегу выживших, а люди Горных Колоколов пошли вперед, к домам и правительственным погонщикам. Райза, присоединившись к Клиду, одной рукой обняла Эдиву. Это хорошо. Райза тоже знает, каково быть джанктом. Может, она лучше Клида сумеет помочь Эдиве.

Кто-то крикнул:

— Есть живые! Сюда!

Проводник Горных Колоколов по шатающейся лестнице начал подниматься на верхний этаж дома. Райза и Серджи остались защищать Эдиву от нейгерического шока. Валлерой пошел за Клидом.

Он поднялся по трем лестницам, прежде чем понял, насколько они неустойчивы и как высоко он забрался. Пришлось остановиться и вцепиться в опору, тяжело дыша. В глазах у него помутилось. «Шен эту высоту!»

Наверху сайм за руки втащил его в тусклое помещение, вырубленное прямо в скале. Со стен свисали сосульки: костер давно погас.

Сзади по лестнице поднимались другие, поэтому Валлерою пришлось идти дальше, в еще более темное следующее помещение. Клид пальцами сжал ему плечо, вспыхнул факел.

Нашли два десятка детей. Младенцы плакали, им очень давно не меняли пеленки. Старшие дети тупо смотрели на стены, не замечая спасителей. Несколько свернулись в зародышевой позиции, даже не укрывшись одеялами.

Одна из женщин проводников Горных Колоколов наклонилась к неподвижной маленькой фигуре, откинула одеяло.

— Шидони! — выругалась она.

Все столпились вокруг. Валлерой увидел лицо трупа, то же ужасное выражение, что и у мертвецов снаружи, — смерть от убийства. Какой-то ренсайм вынужден был напасть на ребенка!

Труп убийцы они обнаружили под грудой детских тел: дети таким образом пытались уйти с холодного пола. Тот, кого приставили смотреть за детьми — наверно, тот, кого они больше других любили, — сам убил ребенка.

Валлерой бросился наружу: его вырвало. К нему подошел Клид и сильно встряхнул.

— Нужно позаботиться о живых. Разведите костер, растопите снег и поищите еду для детей. Я распоряжусь, чтобы принесли наши припасы.

Клид спустился по лестнице, послав людей за припасами, потом направился к правительственным погонщикам. Валлерой промыл рот снегом, наблюдая, как Клид отдаст распоряжения джанктам.

Все лихорадочно работали целый день: заботились о детях, собирали трупы и сносили их в один из домов, который стал городской братской могилой.

Затем мастер правительственного каравана потребовал детей. Они сироты, у них нет родственников, которые могли бы их забрать. По закону они принадлежат правительственным загонам.