Земляки
Шрифт:
– Нужно вытащить одним движением, ты готов?
Я не был готов, но хотел покончить с этим делом поскорее. Внутри Дерева в позе зародыша нас ждал Георгий Васильевич собственной персоной. Короткая стрижка его не портила. В отличие от остальных, он был покрыт чем-то липким. Наверное, смолой… Его череп был цел. Практически как новый.
На этот раз Костя приехал ко мне в офис. Ко мне – это в «Объединенные системы». Фактически я уже закончил то, ради чего меня нанимали, и пусть платили здесь хорошо и с учредителями я теперь был знаком более чем близко, но… хорошо то, что кончается. И дело не в том, что я не оценил перехода из состояния «Где взять деньги?» в состояние «Куда девать эти бабки?». Просто я впечатлительный, и иногда мне кажется, что если еще пару недель я посижу на этом стуле, за этим столом, на этом этаже… То в один прекрасный день обнаружу, что стал всего лишь отростком большого кактуса в золотой кадке. К тому же у меня было предчувствие…
Константин уже минут пять стоял ожидая, когда я перестану делать вид, что не способен заметить этого мастера топора. Еще минут пять до этого он пытался меня найти. Когда вокруг несколько десятков человек что-то прикручивают, прилаживают, тянут бесконечные провода и время от времени роняют что-то дорогое и бьющееся… пять минут – это быстро.
– Марк?
Рано. Пусть еще потопчется.
– Не мешает?
– Что не мешает?
– Камень за пазухой не давит на внутренние органы?
– Давит. – Камень давил, и его давление не могла унять даже такая приятная мелочь, как неожиданный размер моего счета в банке.
– Костя, мне казалось, что «не местный» – это несколько более приземленно…
Константин вздохнул. Вздох его, вероятно, обладал мощным распугивающим действием. Внезапно этаж опустел, словно каждый сотрудник почувствовал крайнюю необходимость именно сейчас покурить, отлить, срочно попасть на прием к начальству – что угодно, только чтобы оказаться не здесь.
– Ты все видел. Тебе все сказали. Просто иногда нужно понимать буквально. Не местные мы. Поезда туда не ходят, и на самолете не долететь. Материнское дерево – это и есть Материнское дерево. Оно позаботится – о ранах, быть может на первый взгляд смертельных или о ранах душевных… Но это лишь дерево. А у каждого дерева должен быть садовник…
– А у садовника должен быть топор… Угадать, Костя, зачем ты сюда пришел?
– Угадывать – не надо. Останешься?
– Прости, Костя, – ухожу.
Нет ни одной настоящей причины, почему я уходил. Но у меня действительно было предчувствие.
Оборудование, заказанное мною: несколько сотен камер, микрофонов и тысяч соединений, – устанавливали почти неделю. Еще неделя ушла на всевозможные отладки. А еще через месяц проблема кадров в «Объединенных системах» была решена. Не то чтобы мне удалось решить вопрос текучки… Просто теперь текучка не казалась чем-то угрожающим. По количеству кандидатов на место мы проигрывали ВГИКу, но обгоняли МГУ.
Вероятно, из-за острого приступа жадности Костя выплатил мне еще одну премию – в обмен на отказ от авторских прав на проект. Проект, напрочь лишивший компанию кадровых проблем, я назвал простенько и со вкусом – «Командный дух». Не верю, что вы не видели: «Каждый день на канале СТВ – единственное реалити-шоу про жизнь офиса». Рейтинги зашкаливают. Этажи без стен для телевидения – лучше не придумаешь. Думаю, если Хана снова решит кого-то убить, она сможет объявить конкурс среди желающих стать жертвой звезды.
Чувство счастья от того, что будильник не нужен и что все равно – суббота или понедельник… еще не успело притупиться, когда почтовый ящик начал наполняться предложениями от потенциальных клиентов. Борьба с угрозой нашествия денежных знаков шла с переменным успехом. Лень и жадность с трудом пытались выявить сильнейшего, а поле битвы утешало себя спиртным, и вдруг мое предчувствие обрело плоть…
Молния, прорезавшая воздух моего двора, обошлась без грома. Зато теперь между соседскими автомобилями висела огромная маслянистая капля. В последний раз я ее видел, когда Элли бросила меня, в знак прощания сделав круг над домом.
Я не дождался звонка, стука в дверь или вежливого покашливания. Элли просто материализовалась у меня на коленях, как будто никуда не улетала.
– Соскучился?
Через несколько минут она снова улетит, но на этот раз в экипаже космической яхты найдется место для специалиста по информации. Я действительно соскучился.
Сегодня она не маскировалась, зачем? Несмотря на лиловый оттенок кожи, довольно сильно выпирающие клыки, остроконечные уши с кисточками а-ля рысь, она была мне милее любой женщины этой планеты. И дело даже не в том, что мы земляки.