Чтение онлайн

Последний раз взглянув на разбросанные по полу вещи, Верен пошел обратно помогать Хранителям. Я же, почувствовав неожиданный приступ голода, взяла курс на кухню. Травница загружала в печь зелья. На плите, конечно, получалось быстрее, но Веся утверждала, что травам нужен настоящий, природный жар, чтобы пробудить в них скрытые свойства.

Заметив меня, травница приветливо кивнула и поспешила вытереть слезы тыльной стороной ладони. Я не умела и не любила утешать, да и травница не отличалась страстью промачивать чужие жилетки, хоть и вызвать на ее глазах слезы не составляло труда. Не спросив, девушка налила две кружки горячего ароматного чая и достала с самой верхней полки припрятанную на черный день коробку конфет.

Веся рассказывала, как ей не хочется отпускать брата, ведь он единственный ее родственник. Рассказывала, что чувствует что-то нехорошее.

— Мне сон недавно снился. Только ты не смейся…

Я чуть не подавилась. Я совсем забыла о разговоре с Феофаном, и о том, что он обещал мне что-то рассказать. Кроме того, мне надо было поговорить с Софоном о моих картинках из прошлого. А еще и травница со своими снами. Я притягиваю к себе психов!

— Мне ты снилась. Будто идешь по какому-то городу, а к твоим ногам крысы здоровые такие бросаются. Ты их даже не сбрасываешь, вообще никак не реагируешь. А их все больше и больше. Потом заходишь к нам в дом, а на кухне, вот прям там, где ты сидишь, сидит Софон. Ты, ничего не говоря, подходишь к нему и в сердце клинком. А крысы по всей кухне разбегаются, посуду громят. Я знаю, что это все глупости, и Михей сто раз мне говорил, чтобы я выбросила все сонники и нормально отдыхала. Но ты же мне веришь?

По спине пробежал неприятный холодок. Конечно, я и сама знала, что все это глупости, но стало как-то не по себе.

— Ты наверно перепутала, и это был Сэт? — попробовала я разрядить обстановку. — Этого паршивца я бы с удовольствием прикончила. Хотя бы во сне.

— Аль, я серьезно! — возмутилась девушка, но все же заулыбалась. — Просто крысы — это враги…

— А я была с ними заодно? — закончила я за Весю.

— Я вовсе не совсем это хотела сказать. — испугалась она, что я обижусь.

— Я все понимаю. — сказала я, но на душе остался осадок. — Это просто сон. Я с вами. К тому же, на нашей стороне Феофан, а он самый Великий маг из всех великих магов. Он не даст нас в обиду.

Девушка задумчиво заулыбалась в ответ на мою приторную ложь.

— Вообще-то есть еще один Великий маг.

Я искренне удивилась, потому что мне в это время внушали, что Феофан единственный и неповторимый, самый могучий и опытный колдун в мире.

— Кто второй?

Веся немного помялась, но рассудив, что я все равно не оставлю ее в покое, рассказала, понизав голос до шепота.

— Мне Леокардиэ, моя эльфийская мама, говорила об этом. Вроде как сказка. Почти никто из нашего поколения об этом уже ничего не знает.

Я поняла ее намек и поспешила заверить, что никому не выдам этот секрет.

— Говорят, что во время раскола магию поделили на две части, и контролировать ее поставили двух магов, которых наделили небывалой силой. Двух абсолютно равных между собой. Одним был наш Феофан, который возглавил Хранителей, а второго, который встал на сторону Свободных, звали Ратмиром. Но он в один не очень прекрасный день решил, что Договор ему не писан, и захотел вернуть магию в мир, а самому стать Всеобщим Царем. Но Феофан ему не позволил. Об этом говориться в той легенде, помнишь, «и было клинком низвергнуто зло»? Говорят, что Феофан запер Ратмира в кинжале. Там целая битва была, чуть ли не круче Раскола.

— А почему об этом не принято рассказывать?

— Не знаю. — пожала плечами травница. — Феофан сделал все, чтобы упоминания об этом не дошли до нас.

Так, перешептываясь как два разведчика в тылу врага, мы не заметили, как ночь пошла на спад, уступая место уже готовым появиться первым лучикам солнца. Ребята ждали меня у нагруженных внедорожников, стоявших на выезде из общины. Благо ранний час и быстрота сборов оставили радушных жителей поселения спать в своих теплых постелях и под уютными кустиками в родном лесу. Так что обошлось без слезных прощаний и наставлений «юной неопытной Хранительнице». Разделившись на две группы, согласно приготовленному транспорту, мы забрались в машины. Заметно нервничавший Пахом пожелал всем «ни орна» и этим, на радость собравшихся, ограничился.

В салоне пахло хвойным ароматизатором и утренней прохладой. Едва мы выбрались из леса и помчались по асфальтированной дороге, я прильнула к окну. Мимо пролетали спящие деревеньки, густые леса, утопленные в предрассветном тумане поля. С каждой секундой мы были все дальше от общины. Что будет впереди, я не знала. Старалась не думать и не загадывать. Мелькающие перед глазами пейзажи убаюкивали и погружали в сладкую утреннюю дрему.

Я застегнула куртку и не спеша вышла из машины. Прохладный вечерний ветерок приятно трепал выбившиеся из косы волосы, обдавая свежестью, которой так не хватало в душном салоне мчавшегося через полстраны внедорожника. После более суток практически безостановочной езды пятая точка онемела, а ноги превратились в две гигантские шпикачки. Первые шаги по земле давались с трудом, но вскоре тело вспомнило, как надо ходить.

На стоянке пахло шашлыками и выхлопными газами. Водители массивных фур с нескрываемым интересом разглядывали нашу пеструю компанию. Предусмотрительно натянувший на голову зимнюю вязаную шапку Михей бодро прошел к одной из многочисленных придорожных кафешек и, обворожительно улыбаясь, попросил принести ему пару бутылок минеральной воды. Зардевшаяся молоденькая продавщица, успешно совмещавшая эту работу с должностью официантки и главного украшения здешних мест, заспешила выполнить просьбу, скрывшись где-то в непроглядной глубине заведения, не забывая от туда время от времени выглядывать. Другие продавщицы, не взирая на возраст, срочно вспомнили о неотложных делах, которые ждали их именно в этом кафе, с гордым и не очень видом проплывая мимо эльфа.

Ожидая возможности подкрепиться, Хранители разошлись по своим делам. Верен открыл капот машины и принялся копаться там, проверяя все ли детали в порядке. Закончив, он перешел ко второму внедорожнику, у которого стоял Пахом. Троллю пришлось натянуть на себя гигантских размеров черную кофту с капюшоном и длинными рукавами, скрывавшую его практически полностью. Хотя я и пыталась убедить ребят, что и среди людей встречаются тролли похлеще нашего, рисковать Хранители не стали. Мало ли кому могла не понравится внешность Пахома. К тому же в образе боксера — неформала он был куда менее приметным. А Хранители не любили привлекать к себе внимание. Говорить о том, что у них это получается не важно, я не стала.

— К чему весь этот маскарад? — раздраженно сказал тролль, и, указав глазами на собравшихся в кучку дальнобойщиков, угрожающе добавил. — Если хоть один прудер на меня еще раз так посмотрит, я за себя не отвечаю.

Верен дружески похлопал Пахома по плечу и, посмотрев на активно крутящуюся около Михея продавщицу, сказал:

— Они тут не по твою душу собрались. Обсуждают, какая кара постигнет нашего симпатягу, если он неожиданно вздумает покуситься на их собственность.

В подтверждение его словам самый, видимо, смелый дальнобойщик отделился от компании и уверенно зашагал в сторону Михея, скучающего около прилавка в ожидании, когда же эта богиня трассы соизволит вынести ему вожделенную воду. Следом за своим другом прогулочным шагом оправились еще два коренастых парня, в сопровождении внушительного вида монтировок. Они старались держаться поодаль, все своим видом выражая: «А что вы на нас так смотрите? Мы всегда так гуляем».