Чтение онлайн

– Буду пай девочкой, - пообещала я. Впору было прижать руку к сердцу.

В ванной, размерами не уступающей футбольному полю, я перевязала волосы и провела рукой по наэлектризованному 'хвосту', спускающемуся мне до середины спины. Затем умылась кокосовым мылом и прополоскала рот. Когда я вновь вошла в гостиную, Эдуарда не было. Проходя мимо декоративного фикуса, я заметила арку. Арка вела в спальню; там, на широкой кровати сидел Эдуард и расстегивал рубашку. Пуговица за пуговицей. Под рубашкой был идеальный пресс. Я поспешила пройти мимо. Когда я подходила к 'ауди', мои щеки все еще пылали.

Глава 23

Стемнело. Кварталы оживали на глазах (если 'оживали' - подходящее слово). Снежить перестало, но тучи уже трудились над продолжением - наверно, где-то там, высоко, выстроили снежинки подобно гигантской армии, и произносили слова напутствия. Ближе к ночи похолодает, пойдет снег и засыплет то, что до сих пор не засыпал, выиграв тем самым у города еще один бой.

Я выбирала между офисом Кудрявцева, домом Деревского и конторой Морозова. Но, в конце концов, поняв, что ни один из маршрутов не получит должной аргументации, которая оправдала бы меня в своих же глазах после расхождения намеченного результата с реальным, выбрала альтернативу - ресторан 'Ананасы в шампанском'. Моя черепная коробка превратилась в лототрон, в котором, стуча о стенки, продолжали колотиться три мячика с маршрутами, ожидая, когда один из них будет выужен и объявлен.

Фотографии в конверте жгли карман. Я старалась не думать о них, что, впрочем, было сродни установке 'не думай о белой обезьяне'. Коротко зыркнув на сосредоточенного на дороге Макса, я настроила радио на волну Уна Бомбера.

– Запомните: ни одна молитва на ночь глядя не спасет вас от рака, который пробирается в вас с каждой затяжкой 'Суровым мыслителем'. Не обманывайте себя, это говорит вам ваш Уна. Ваш мыслительный процесс остается прежним, вам все так же не стать лауреатом престижной премии. Зато ваш кашель претерпевает изменения и становится - а в этом возлюбленные рекламодатели не обманули - воистину суровым. Куря так же сурово, как я, вы заметно продвинетесь в очереди на смерть. На случай, если у вас столь же много врагов, как у меня, везде носите с собой 'Суровый мыслитель'. Предложите своему врагу закурить. К тому времени, как он закончит перекур, вы уже будете друзьями.

Нет-нет, господин Бомбер, едва ли 'Суровый мыслитель' поможет мне решить мои проблемы.

'Ананасы в шампанском' открывается в восемь вечера и работает всю ночь напролет. Персонал трудился не покладая рук, столы постепенно обрастали посудой, столовыми приборами, цветочными композициями, на постаментах сверкали ледяные скульптуры. Глядя на интерьер зала, становилось понятно, почему ресторан на гребне волны. Бар под завязку загружен спиртным. На специально оборудованной сцене крутились музыканты, настраивая звук. Я могла только гадать, каким будет завтрашний, предновогодний вечер; сколько еще дорогостоящего, выпендрежного, но, следует признать, красивого барахла будет навезено в ресторан.

Когда отсутствовал Эдуард, Артур оставался в 'Ананасах' за главного. Он шел рядом со мной: волосы зачесаны назад и аккуратно уложены, перчатки сидят как влитые, словно являются продолжением его рук.

На Артуре был костюм с иголочки, вместо галстука - бабочка. Он тараторил что-то не совсем лестное о закупщике. Я делала вид, что внимательно слушаю. А тем временем лототрон в моей голове сделал выбор: выскочил мячик с маршрутом в берлогу Деревских, где бы эта берлога ни была, хоть в самой Преисподней. Не веря в рассказанную Львом Деревским перед камерами ахинею, я лелеяла мысль схватить обоих супругов за зад. После визита Богдана Громова я была готова поверить во что угодно, но не в помутнение Арины.

Я и не заметила, как оказалась в громадной ресторанной кухне. Пахло божественно, во рту тут же скопилась слюна. Когда я в последний раз ела? Вчера, во второй половине дня, пару раз укусила пиццу. Я хотела поделиться этим обстоятельством с Артуром, но этот вертлявый парень уже куда-то улизнул.

Вдруг что-то загрохотало. Я обернулась. Крепко сбитый мулат в белом поварском колпаке на обритой голове, с огромными ручищами и большими чувственными губами манил меня к себе. Шеф-повар, двух мнений не может быть на этот счет.

Я ткнула пальцем себе в грудь и одними губами спросила: 'Я?'

– Да-да, ты! Подойти сюда, и скажи, что думаешь об этом, - пробасил шеф-повар на великолепном русском.

В руке он держал ложку с чем-то дымящимся. Вообще, когда он окликнул меня, я подумала было, что он погонит меня взашей, дескать, мне не положено быть здесь и кто я вообще такая. Пришлось бы объясняться, а я это дело терпеть не могу.

– Что это?
– спросила я, беря ложку из его рук, пробуя.
– Супер! Очень вкусно.
– И, Бог свидетель, я не сорвала.

Шеф-повар кивнул и забрал у меня ложку.

– Ягоды в винном соусе. А вот это - утиная грудка в апельсиновом соусе. Хочешь попробовать?

– Спрашиваете!

Мулат скользнул мимо меня, взял тарелку и положил на нее то, что назвал утиной грудкой в апельсиновом соусе. Затем вложил в мою руку вилку и отвернулся к печи. Все это заняло у него меньше десяти секунд. И вот он уже мешает что-то длинной деревянной лопаткой.

Блюдо выглядело и пахло замечательно, а на вкус было и того лучше. Я решила не путаться под ногами носящихся, как буйнопомешанные, работников кухни, отошла в укромный уголок и съела все до последнего кусочка.

Я содрогнулась от внезапно рева и едва не выронила тарелку из рук.

– Ну как, вкусно?

Встретившись глазами с шеф-поваром, я улыбнулась, кивнула. Он поманил меня здоровенной рукой и указал на глубокую сковороду, в которой покрывались золотистой корочкой гигантские креветки. Он ловко мешал их своей деревянной лопаткой.

– Хочешь?

– Большое спасибо, но я наелась.

– Ну-ну, - он ухмыльнулся. Ухмылка сделала из него настоящего красавца. Он действительно был красив этакой мужественной, немного шероховатой красотой, на которую смотришь с восхищением и опасением одновременно. Он был на кухне большим боссом, и вряд ли ему надо было доказывать это - от него исходили вибрации власти.
– Тебе уж точно будет не во вред, если ты об этом.

– Правда наелась, спасибо.

К нам подошел Артур, держа в руках блокнот и на ходу делая какие-то пометки.

– Судя по всему, Пол, ты уже познакомился с Ритой. Рита, это Пол, шеф-повар 'Ананасов в шампанском'.

– Очень приятно, - я протянула руку для рукопожатия. Моя ладонь полностью утонула в его ладони цвета мокко.

Пол кивнул:

– Рита Палисси, тебе надо лучше питаться.

Польщенная тем, что он узнал меня, я улыбнулась: