Жар мечты
Шрифт:
– Им, наверное, лучше остаться одним, – раздался голос преподобного Мартина, который и вывел Николасв из состояния потрясения. Что делают все эти люди в его доме? Что это за разговоры о какой-то школе?
– Вы правы, – поддержала священника Дора. – Мне тоже пора домой, а то Дэн будет беспокоиться. Саммер, несколько дней тебе стоит полежать. Не ходи пока в нашу… – она испуганное взглянула на Ника. – Тошнота скоро пройдет, и ты снова будешь как огурчик. Тогда и поговорим…
Улыбаясь, подруги направились к выходу, но Ник поймал Дору за руку.
– Подождите! Объясните мне, наконец, что здесь происходит?
Неуверенно улыбнувшись, Дора развела руками.
– Вы будете отцом. Поздра…
– Да я не об этом, вы сами знаете!
– Поговорите лучше с Саммер…
– Сдается мне, Саммер сейчас не в состоянии разговаривать.
– Ничего особенного не происходит, мистер Сейбр. Не волнуйтесь! Мы, несколько человек, решили вместе организовать школу, вот и все.
– Это все Саммер надумала? Дора кивнула.
– Не сердитесь на нее. Ей очень хочется помочь детям. Она очень одинока, и это занятие позволяет ей хоть как-то забывать о своих неприятностях…
– Но это опасно!
– Три месяца назад я бы согласилась с вами. Но мы с вами знаем, что последнее время Клан больше не досаждает нам. Похоже, фермеры стали понимать, что Тэннисон обманывает их. А что касается школы, то дом старого Йонкерса – место, конечно не очень вместительное, но для начала и этого хватит, надо только заделать крышу. Клара собирается быть там учительницей. Бен Биконсфильд – один из самых влиятельных людей на Южном острове, и, я думаю, даже Тэннисон сто раз задумается, прежде чем доставлять неприятности.
Улыбнувшись, Дора сочувственно положила Нику руку на плечо.
– Мне понятна и близка ваша забота о благе Саммер, но почему вы не показываете ей самой даже частицу той обеспокоенности, которую я вижу в ваших глазах? Девушка очень переживает, не видя с вашей стороны никаких знаков внимания…
Дора и Нан попрощались с Ником и пошли к своим повозкам. Немного помедлив, Клара повернулась к Нику. Она стояла на самой нижней ступеньке крыльца, и лицо ее было очень серьезным.
– Вы счастливы, что у вас будет ребенок, Николас? Он провел пятерней по волосам. Ребенок. Надо же, это случилось очень неожиданно… Может, ему стоило быть поосмотрительнее?
– Боже мой, вас это не радует? – воскликнула Клара дрожащим голосом. Похоже, она не верила своим глазам.
– Мне трудно описать, что я чувствую в настоящий момент, – честно ответил Ник.
– Ну да, понятно! Вы сейчас подсчитываете ущерб, который ребенок может принести вашей ферме: дел невпроворот, лишняя ответственность.
– Вы слишком обобщаете, – спокойно сказал он. – Я не говорил, что меня это не радует. Просто от неожиданности…
– Хотелось бы верить!
Клара так и оставила Сейбра с разведенными в стороны руками, а сама бросилась к кабриолету, где ее уже ждал преподобный Мартин.
Повернувшись к дому. Ник увидел Саммер, стоящую у окна. По ее лицу он сразу понял, что девушка слышала его разговор с Кларой от первого до последнего слова.
Ник поднялся по ступенькам и закрыл за собой дверь.
Фрэнк бродил по кухне весело насвистывая и гремя посудой.
– Объявляю, – громко сказал он, – что баранина готова. Клара вовремя ушла. Давайте скорее за стол, пока не остыло.
Ник вышел в гостиную. Саммер сидела на небольшом диванчике спиной к нему, сцепив маленькие ручки на коленях.
– Будешь ужинать? – спросил Ник. Она не пошевелилась.
– Думаю, тебе полегчает, если ты чего-нибудь поешь. Саммер резко повернула к нему голову.
– Так ты специалист по беременным женщинам? Скажите-ка, мистер Сейбр, вы уже сталкивались с подобным? Это ваш первый ребенок или по Англии уже бегает несколько маленьких черноволосых сейбрят?
Еле заметная улыбка тронула его губы. Сунув руки в карманы пиджака, он пожал плечами.
– Насколько я знаю, ни одного.
– Но все же ты не сбрасываешь со счетов такую вероятность?
Ник нахмурился. Иногда он и впрямь раздумывал, не оставил ли он где-нибудь после себя сына или дочь…
– Ну? – не отставала Саммер. – Выкладывай!
– У меня нет детей, – ответил он. Девушка с надеждой посмотрела на негр.
– Клянусь, – добавил он.
В дверях появился Фрэнк. Лицо его было очень оживленным, глаза блестели.
– Сколько можно звать, идите есть! Баранина остывает. Саммер встала с дивана, постояла несколько мгновений, будто прислушиваясь к чему-то, а затем своей обычной грациозной походкой двинулась мимо Николасв на кухню. Что-то заставило Ника удержать ее.
– Посмотри на меня.
Она подчинилась и подняла на него глаза полные боли.
– Дай мне немного времени привыкнуть к этой мысли. В конце концов, я только начал осознавать, что мне предстоит провести с тобой всю оставшуюся жизнь…
– Так ты не думал, что это когда-нибудь случится?
– Не-а, – Ник спохватился, но поздно. Саммер возмущенно смотрела на него. Своим ответом, он ранил ее в самое сердце. – Ну, я хотел сказать, что не ожидал этого так быстро…
Вздохнув, Саммер направилась в сторону Фрэнка, который нетерпеливо поджидал ее. Нежно взяв девушку за руку, он подвел ее к столу.
– Будь я проклят, если на своем веку мне приходилось слышать новость приятнее, чем эта. Саммер с трудом улыбнулась. Старик засуетился.
– Я и представить себе не мог, что тут будут бегать детишки, а мне так этого хотелось. Вот тебе, дорогая, стаканчик воды. А хлеба не хочешь? На, вот, тебе ребрышко… Запомни, теперь ты ешь за двоих! После ужина я подою корову, и ты выпьешь большую кружку парного молока. Кажется, женщины в положении должны пить много молока. Ник сел за стол и Фрэнк поставил перед ним клубящуюся паром миску с бараниной, после чего сел сам.