Чтение онлайн

Жизнелюбие сестры порой становилось невыносимым. Особенно если та решала любой ценой добиться своего, а родственники ей в этом потакали.

— Обязательно приходи! — пресмыкалась Лусилла перед Джулианой. — Мы на славу повеселимся в Воксхолле!

Джулиана когда-то гуляла там с Сином во время шумной, неумолчной ярмарки. Ей ужасно понравились и музыка, и фейерверки, и поцелуи с Сином, пока никто их не видел.

— Не сомневаюсь. Но я бы предпочла сегодня остаться дома.

— Маман! — захныкала Лусилла, заставив всех дам содрогнуться. — Скажи, что она просто обязана пойти с нами!

По письменному столу Джулианы были разбросаны чистые листы бумаги. Когда мать с Корделией вышивали скатерти, Джулиана искала утешения в музыке. С плачевными, если не сказать хуже, результатами.

Корделия оторвалась от вышивки.

— Тебя, должно быть, взволновало письмо лорда Данкомба.

Через два дня после бала у Коллинджей посыльный принес им письмо от кузена. Тот выражал в своем письме сожаление, что так жестоко обошелся с Джулианой, и просил у семейства прощения. Маман швырнула письмо в камин и выпроводила посыльного.

— Не особенно, — признала Джулиана.

Лусилла подбежала к окну и выглянула на улицу.

— Кузену на нас наплевать. Он просто боится оказаться у Сина на мушке.

— Вынуждена согласиться, — сказала Корделия, копошась в корзине с нитками. — Лорд Данкомб написал это письмо лишь затем, чтобы умилостивить маркиза. Иначе прошли бы годы, прежде чем он смог бы вернуться в Лондон, не опасаясь мести лорда Синклера.

Джулиана представила это невероятное зрелище: Син гоняется за ее кузеном по лондонским улочкам с пистолетом в руке. Она прикусила губу, не зная, смеяться ей или плакать.

— Девочки, не пугайте сестру. — Маркиза воткнула иголку в ткань и вытянула уже с обратной стороны. — Джулиана, Синклер зарекомендовал себя отличным стрелком. Гомфри получил по заслугам и убедился, что с маркизом шутки плохи. Если Оливер не выжил из ума окончательно, то давно уже уехал в Айверс-холл.

— Лорд Фискен позже присоединится к нам в Воксхолле, — объявила Корделия. — Он выразил желание поближе познакомиться с моей семьей.

Чтобы не уступить сестре, Лусилла добавила:

— Мисс Пови будет сегодня петь соло. Сэр Чарльз слышал ее на благотворительном вечере и уверяет, что у нее божественный голос.

— Ох, лучше бы нам закрыть лица масками. — Корделия с притворным волнением вскинула брови, насмешив Лусиллу. — Тогда tonпримет нас за таинственных незнакомок.

Джулиана опустила голову, чтобы никто не заметил ее усмешки. Что поделаешь, сестер уже было поздно перевоспитывать.

— Поедем же с нами, доченька, — сказала маркиза, на самом деле уже приняв решение за нее. — Я буду волноваться, если тебя не будет с нами.

— Данкомб уехал из Лондона.

Алексиус поднял руки, чтобы камердинер мог отряхнуть ему рукава, и начал неспешно переваривать новость: мерзавец ускользнул!

— Ты в этом уверен?

Вейн сложил руки на груди, натягивая швы элегантного сюртука.

— Я нанял надежного сыщика с Боу-стрит. Ты, кажется, моего информатора знаешь.

Он нахмурился.

— Кого-кого? — Камердинер вытянул руки Алексиуса по швам и потянул за манжеты.

— Некоего мистера Степкинса.

Имя было ему знакомо.

— Того, что ухаживал за леди Лусиллой? — Что ж, неудивительно тогда, что он как сквозь землю провалился.

Вейн помотал головой, разминая затекшую шею.

— За несколько месяцев до того лорд Данкомбский нанял его, чтобы он следил за всей семьей. Похоже, маркиз сомневался, что вдова выполнит его приказ.

После визитов в дом Айверсов Алексиус понял, что мать семейства в упрямстве могла сравниться с младшей дочерью.

— А Степкинс знает, где находится Данкомб?

Вейн покачал головой.

— Нет. Степкинс разорвал с ним деловые отношения, когда Данкомб увез леди Джулиану к себе. Он боялся, что их могут обвинить в похищении.

— Довольно, — тихо попросил Алексиус, отходя от усердного камердинера, орудующего щеткой из свиной щетины.

— Степкинс по моему запросу проверил особняк Данкомба. Там никого не оказалось. Судя по всему, он собирался куда-то увезти леди Джулиану.

Значит, Данкомб таки оказался трусом, как Алексиус и подозревал. Он подошел к платяному шкафу и распахнул дверцы. Почему же он не радуется? Несмотря на провинность кузена, леди Данкомб не хотела, чтобы Алексиус всаживал в него пулю, и предупредила, что Джулиана этого тоже не одобрит.

Леди дала понять, что она вообще мало что в нем одобряет, а разговоры с его сестрой и Фростом только усилили ее неприязнь.

Алексиус открыл верхний ящик и достал оттуда несколько черных бархатных масок. Взяв у камердинера шляпу, он протянул одну маску другу.

— А куда мы идем? — спросил Вейн.

— Давай сначала заглянем в клуб и заберем всех наших, — сказал Алексиус и вышел, зная, что Вейн последует за ним из любопытства. — Что-то захотелось мне прогуляться по Воксхоллу.

Джулиана, облаченная в темно-синее вечернее платье, скрыла верхнюю половину лица маской. Черный бархат украшали золотые блестки, жемчужины и пушистые страусовые перья. Прогуливаясь по тропинкам Воксхолла с матерью и сестрами, она нервно поглаживала брошь Сина. Джулиана сама не понимала, зачем приколола ее на платье. Родня одобрила это решение, причем имя маркиза в кои-то веки не всплыло в разговоре.

— Ты его где-нибудь видишь? — спросила Корделия. Ей не нравилось быть в маске — прорези для глаз были слишком маленькие. — Он обещал присоединиться к нам.