Чтение онлайн

Как сказал Лоргус, по некоторым причинам оглашение данного факта было невыгодно обеим сторонам, но император был настроен решительно, поэтому нас и пригласили присоединиться к разговору. А хотел темный очень мало: наладить отношения с найденной дочерью и пригласить к себе, чтобы я поближе познакомилась со своей семьей.

— Благодарим, — ответил Лоргус за нас двоих. — Мы рассмотрим ваше приглашение после свадьбы.

— Я бы не спешил с этим, — скрипнул зубами император. — Как отец, считаю, что в свете новых обстоятельств моя дочь может рассчитывать и на лучшую партию.

— Не успев сообщить дочери о себе, вы хотите разбить ей сердце? — подал голос король.

— Нет, конечно. Но о помолвке только объявили, и я не вижу причин для спешного заключения брака. Лорианна еще так молода. Ей будет полезно проверить чувства и убедиться, что она не совершает ошибки.

Я не стала молчать.

— Вы только заявили о себе, не знаете меня, а уже рассуждаете, что будет полезно, а что нет. Я не желаю иметь ничего общего с человеком, по вине которого погибла моя мать, и к вам не поеду. Официально я не ваша дочь, и распоряжаться моей судьбой вы не вправе.

— Я могу признать тебя своей дочерью и объявить наследницей.

— Но не можете заставить признать вас своим отцом и принять наследство, — холодно парировала я.

Некоторое время мы прожигали взглядом друг друга, а потом темный расслабленно откинулся на спинку кресла и с превосходством посмотрел на меня:

— Что ж, я ожидал этого. Если не хочешь по-хорошему… Ты не имеешь права находиться здесь без моего разрешения.

— Что вы хотите этим сказать? — напрягся Лоргус.

— Границы всех государств закрыты на въезд для обладателей черного огня, из-за его разрушительности. При посещении других стран требуется специальное разрешение, где император берет на себя ответственность за таких магов и их действия. В ином случае они не имеют права покидать Темную империю.

В этом он был прав. Я много времени провела в библиотеке дворца и у эльфов, выискивая любую информацию о черном огне. Самом сильном и разрушительном, способном уничтожить города. Обычные огневики не способны обуздать такой огонь или перехватить нити силы.

— Лоран? — Мой муж вопросительно посмотрел на меня, а король потерял невозмутимый вид. Похоже, разговор пошел не по плану.

— Ты никому не сказала? — понимающе усмехнулся император.

— Я не ваша подданная, и вы не докажете, что я обладаю черным огнем.

— У меня есть свидетели.

— Они пристрастны. Один насильно пригласил меня в гости, а второй долгое время желал сделать своей игрушкой.

— Тогда проще простого доказать, что я не прав. Призови огонь.

— Я еще не владею силами в полной мере.

— Не лукавь. Я чувствую в тебе стихию огня — она проснулась. Ты можешь ею не владеть, но вот такой фокус сделает и ребенок.

Движением руки император зажег свечи в канделябре на столе и притянул на ладонь огонек. Тут он опять прав: если рядом есть активная стихия — бегущая вода для водника или сильный порыв ветра для воздушника — призвать ее в разы легче.

Взгляды присутствующих скрестились на мне, и повисла тяжелая пауза.

— Лоран, ты не обязана ничего доказывать. — Лоргус взял меня за руку, успешно скрывая беспокойство.

Я оценила, что муж не стал расспрашивать, почему я умолчала о проснувшемся огне, и внешне никак не показал, что он не в курсе.

— Вам всем стоит вспомнить, чем чреват черный огонь и какой опасности вы себя подвергаете. Иметь необученного огневика рядом — это как селиться у подножия проснувшегося вулкана, — с притворной заботливостью произнес император, нагнетая атмосферу. — Вам же известно, что лишь тьма способна его сдержать, и у вас нет таких ресурсов.

Я криво улыбнулась. Здесь темный немного лукавил. Не рождались сразу с темным огнем, и не было необученных магов, так что всезнающего он изображал зря. Огонь мог переродиться в экстремальных ситуациях. Когда огневик доходил до предела в ненависти или от горя потери — просыпалась древняя кровь, наполняя пламя черным цветом. Насколько успела узнать, у темных лишь императоры жили с таким огнем долго, а все остальные погибали при странных обстоятельствах. Я подозревала, что их попросту уничтожали. Черный огонь — страшная сила, и никто не желал иметь под боком такую угрозу своей власти.

Сжав руку Лоргусу, я поднялась и подошла к свечам. Замерев возле стола спиной к присутствующим, закрыла глаза, абстрагируясь от внешнего мира, как на медитации, и стараясь обрести покой в душе. Хвала магистру Рисаю и Тени с их тренировками.

Воскресила в памяти радость от встречи с Сандром, как светло мне на душе при общении с ним. Удерживая эти эмоции, потянулась внутренне к огню, зовя к себе. Когда почувствовала на открытой ладони тепло, распахнула глаза. На моей ладошке плясал красно-рыжий огонек. Сохраняя сосредоточенность, повернулась к остальным, демонстрируя.

Тишина. И лишь спустя несколько мгновений тихий выдох императора:

— Но как?!

Уж он-то точно знал, что черный огонь у меня есть.

При первых же звуках его голоса я сжала пальцы в кулак, втягивая в себя огонек, и победно посмотрела на императора. Пламя — это эмоции, и огневики подвержены им, как никто из стихийников. Темный просчитался, попросив просто показать ему огонь. Образно говоря, спровоцируй он меня нападением, и в ответ в него бы понесся черный сгусток. Это чисто гипотетически, ведь я не сумасшедшая — себя выдавать, и для защиты у меня есть и другие стихии. Во время своих экспериментов я просто заметила, что пламя меняет цвет в зависимости от эмоций. А какими им еще быть, если призывать стихию во время сражения?

— Как мы все видим, у Лоран обычный огонь, и у вас неверная информация, — с облегчением проговорил король, подводя черту.

— Лорианна, ты же понимаешь, что правда выйдет наружу? — обратился ко мне император, но я вызывающе молчала, и он нехотя отступил. — Хорошо, оставим пока это. Что скажете насчет остального?

— Лоран, сними перчатки, — попросил Лоргус.

Не спеша, я сначала стянула перчатку с руки, где не было браслета, и лишь потом с другой, где находился родовой артефакт. Подошла к креслу императора, демонстрируя ему брачную татуировку.