Чтение онлайн

– Ты куда? – крикнула она вслед.

Не отвечая, Рик выключил в комнате свет и вышел за дверь. По холлу прогрохотали тяжелые шаги, потом послышалось клацанье коготков по полу – Бак последовал за хозяином, – скрипнула входная дверь и с шумом захлопнулась.

Энни непроизвольно вздрогнула.

Рик желает вести себя как ребенок? Что ж, прекрасно. Пусть сидит себе на веранде и дуется на нее, а она пойдет наверх, в свою чистенькую, беленькую комнатку. Ее ждет работа, которую уже давным-давно пора было закончить. Рик прав. Какое все это имеет значение? Все равно через несколько день она уезжает.

Но вместо того чтобы подняться к себе, Энни уселась на кровать и уткнулась носом в подушку Рика, вдыхая исходящий от нее запах. Наконец, устав от ожидания, от странной пустоты, разлившейся по телу, Энни надела футболку Рика и вышла на веранду. Рик сидел на своем обычном месте. Бак распластался у его ног. Рик молча смотрел, как Энни приближается к нему, переполненный гневом и уязвленной гордостью.

Ох уж эта его гордость...

– Иди спать, Рик, – тихо сказала Энни, кладя руку ему на плечо. – Уже поздно.

Рик начал было отстраняться и вдруг, к изумлению Энни, ласково провел по ее щеке пальцами.

– Нам еще предстоит разбираться с твоим отъездом, Энни. Тебе это известно?

– Известно, – прошептала Энни, хотя и не вполне поняла, что он подразумевает под словом «разбираться», а спросить не решилась.

«24 июля 1832 года.

Рок-Ривер

Разве не прекрасная штука жизнь? Особенно остро это осознаешь, когда тебя постоянно подстерегает опасность. Скоро мы встретимся с противником для последнего, решительного боя, так что этой злосчастной войне придет конец. Но не беспокойся за меня, милая Эмили, смерть меня не тронет, ведь я нахожусь под защитой нашей любви. Клянусь тебе, я не позволю ей это сделать. И тем не менее должен признать, что солдатская жизнь таит в себе множество опасностей, и если Господь распорядится так, что мы больше не встретимся, знай: я предстану перед Создателем с чистой совестью. Знай, что в последнюю минуту я буду думать о тебе. Знай, что даже смерть не уничтожит того, что мы сделали. Знай, что я буду ждать тебя, сколько бы ни пришлось. Знай, что я люблю тебя и всегда буду любить».

Из письма лейтенанта Льюиса Хадсона мисс Эмили Оглторп

Занимался очередной солнечный, жаркий день. Рик решил сначала сварить кофе, а потом уже разбудить Энни. Она спала на боку, укрывшись до пояса простыней, совсем голенькая, и Рик бросил жадный взгляд на ее обнаженные плечи и стройную спину. Лицо Энни было наполовину скрыто разметавшимися по подушке волосами. Как было бы хорошо, если бы можно было не будить ее. Пусть бы спала себе весь день напролет.

Склонившись над Энни, Рик ласково откинул ей с лица волосы и, поцеловав в плечо, прошептал:

– Пора вставать, детка.

Энни зевнула, потянулась, однако, к разочарованию Рика, простыню одной рукой придержала.

– Сделаем так, – проговорил Рик, протягивая Энни дымящуюся чашку. – После того как я закончу дойку и накормлю лошадей, я зайду за тобой, и мы поедем в Холлоу.

Энни взяла кружку и встретилась с Риком глазами.

– Ладно. А я тем временем немного попишу и, может быть, позвоню в мэрию Янгстауна и спрошу насчет перезахоронения.

Наклонившись, Рик потрепал Энни по щеке:

– Я вернусь через пару часов.

Зная, как Энни не терпится отправиться в Холлоу, Рик спешил как мог – хотя знал, что дойка не терпит спешки, – и к девяти утра уже вернулся домой. Переодевшись и умывшись, он позвал Энни, и она мигом слетела по лестнице.

– Ну что, едем?

– Да. Все взяла? Энни кивнула:

– Сумки с фотоаппаратурой у двери. Поехали. Короткое расстояние до Холлоу они проехали в молчании, в основном потому, что Рик никак не мог найти тему для разговора. Ему не каждый день приходилось откапывать чьи-либо останки. Но Энни нужна была его помощь, и хотя Рик от всей души желал, чтобы она никогда не нашла своего солдатика – или по крайней мере не нашла его как можно дольше, – отказать ей он не мог.

Наконец приехали. Энни начала вытаскивать из пикапа оборудование, а Рик – лопаты.

– Готова? – спросил он.

– На сто процентов. – Энни глубоко вздохнула. – Пошли искать Льюиса.

И они вдвоем направились к началу Холлоу, туда, где наклонная скала загибалась внутрь, образуя естественное укрытие площадью примерно около сорока восьми квадратных футов. Прекрасную песчаную почву, утрамбованную прошедшими за долгие годы дождями, сплошь покрывали сухие листья, ветки и камни.

– Если бы тебе нужно было спрятать тело, где бы ты его закопала? – спросил Рик.

Обойдя пещеру вокруг, Энни наконец остановилась и указала на самое укромное место, где скалистая стена была самой высокой и сильнее всего изгибалась:

– Вон там.

На секунду встретившись с ней взглядом, Рик сказал: Значит, там я и начну копать.

«Этого парня могли зарыть на какой угодно глубине», – подумал Рик. Не проронив больше ни слова, он примерился, воткнул лопату в землю и, наступив на нее ногой, чтобы поглубже вошла, поддел пласт мягкой земли и отбросил его в сторону.

Понаблюдав за ним несколько секунд, Энни взяла вторую лопату, пошла в противоположный конец пещеры и тоже начала копать.

Несмотря на ранний час и сень зеленой листвы, жара и духота вскоре стали нестерпимыми, и Рик, стянув с себя футболку, швырнул ее на землю. Легкая юбка Энни прилипла к ногам, футболка тоже вся намокла от пота. Рик хотел было предложить Энни посидеть и передохнуть, но передумал: вряд ли она его послушает.

– Как ты? – спросил он.

Не переставая копать, Энни бросила:

– Жарко.

Рик подождал, не скажет ли она еще чего-нибудь, но она так стремилась найти Хадсона, что даже не повернула головы, не улыбнулась – в общем, ничем не показала, что помнит о его, Рика, существовании. Отвернувшись, он продолжил рас»-копки с еще большим ожесточением, чем прежде.

Прошел почти час, однако ничего, кроме камней и старых корней деревьев, Рик не нашел. От жары и жажды у него уже начала кружиться голова, и он решил покопать еще пять – десять минут, а потом передохнуть до вечера, когда станет прохладнее.