Чтение онлайн

По невозмутимому лицу Агнеты прокалилась блеснувшая в лучах восходящего Рутезона слеза.

— Не знаю, — продолжил бородач, — ради чего вы подписались на подобное, но советую одуматься и бросить эти идеи.

— Просто открой ворота, — ответил я, терпеливо выслушав нравоучения.

— Нет.

А вот это уже интересно.

— Не расслышал. Повтори, — положил я руку на навершие меча.

— Я сказал «нет», — повторил бородач с ярко выраженной артикуляцией и тоже не преминул взяться за древко топора.

Ситуация накалилась. Бородач с Бьёрном готовились дать бой. Волдо, казалось, только этого и ждал чтобы покрасоваться перед эталонной самочкой. И только Глюту, похоже, было наплевать. Он стоял, скрестив руки на груди, и самонадеянно ухмылялся.

— Прошу вас остановиться, — разрезал вдруг плотную атмосферу ненависти зычный и прекрасный голос. — Я так решила. Если вы помешаете этим людям сопровождать меня, я пойду одна.

Слова Агнеты звучали не как пустая угроза, а как догмат, непререкаемый и единственно истинный. Мне в голову закралась мысль, что если бы я женился и стал подкаблучником, то именно её каблук был бы идеальным во всех отношениях. Почти захотелось почувствовать его на своих яйцах.

— Образумься, дитя, — предпринял бородач последнюю попытку.

— Таково моё решение, — отрезала рыжая богиня.

Бьёрн с бородачом обречённо переглянулись, но ставить под сомнение волю высшего существа не посмели.

— Я пойду с вами! — встрепенулся горячий юнец.

— Нет! — остановил его старший товарищ.

— Но…

— Я запрещаю покидать пост.

— Уверен, они не уйдут далеко…

— Вернись на вышку, живо. Это приказ!

Бьёрн нехотя подчинился и, одарив нас троих испепеляющим взглядом, полез в своё безопасное гнёздышко.

— Видят духи, я пытался, — выдохнул бородач и отворил ворота.

Стук водружаемого засова не заставил себя ждать, как только мы сделали шаг вне очерченной стеной территории. И одновременно с этим самообладание будто бы покинуло Агнету:

— Теперь будьте на чеку, — произнесла она тихо и вкрадчиво.

— Оставьте сомнения, — включился в беседу источающий любвеобилие Волдо. — Поверьте, если бы вы знали, что знаю я, то ни на миг не переживали бы о своей безопасности. Да, я немного слукавил, говоря о собственных усилиях. Эти двое способны дать бой целой армии, не говоря уж о каком-то звере.

— Наш юный товарищ частично прав, — взял я слово. — Мы не торговцы, коими представились, и даже не наёмники, продающие свой меч. Мы колдуны.

Грудь Агнеты всколыхнулась, но ничем более эта храбрая дева не выдала своего волнения.

— Нам не понадобится оружие, — продолжил я. — Всё решит магия. У вас нет возражений?

— Ни малейших, — прошептала она, и я почуял тепло её дыхания.

— Чудесно. В таком случае, надеюсь, вы не станете возражать и против знакомства с нашими не представленными компаньонами.

— Компаньонами? — озарила она меня светом своих прекрасных очей.

— Отойдём чуть глубже.

Мы углубились в лес, я свистнул, и самые страшные кошмары обворожительной Агнеты стали явью.

Она не завизжала, не забилась в истерике, даже не ойкнула. Когда несущий Хельгу Красавчик вышел из леса, Агнета просто оцепенела. Она будто обратилась камнем, и только глаза продолжали двигаться вслед за мертвецом верхом на «демоне». Было видно, что к такому Агнету жизнь не готовила. Одно дело старый-добрый вервольф, но вот такая срань — это за пределами культурного кода.

— Снизу Красавчик, сверху Хельга, — представил я коллег и перевёл указующую длань в сторону Агнеты: — Агнета. Поможет нам в охоте на оборотня. Да, я вам ещё не говорил, но здешние леса страдают от проказничающего в них инвазивного вида, который нам следует истребить, дабы вернуть эту великолепную природу в состояние баланса. Красавчик, есть что сказать?

— Крупная сука, — вырвалось из зубастой пасти клокочущим баритоном.

— Да, хороша.

— Зверь.

— А… Ты видел вервольфа?

— Следы.

— Уверен, что сука?

Вместо ответа грязный кобель лишь втянул ноздрями воздух и похотливо осклабился.

— В какой стороне искать?

На сей раз ответ за Красавчика дала Хельга, махнув костлявой рукой к западу от деревни. И мы пошли.

Изрезанный оврагами лес утопал в утреннем тумане, сокращающем видимость до пары десятков метров. Но покуда нос Красавчика не улавливал сучьи феромоны, глаза в поиске вервольфа нам были без надобности.

— Какова ваша магия? — нарушила вдруг молчание Агнета, обратившись ко мне.

— Кровь, — ответил я. — Могу ею управлять. Замедлять или ускорять по желанию.

— Это хорошо. У вервольфа определённо есть кровь, — одобрила огнегривая богиня. — А ваши товарищи?

— Глют — пиромант. Обратит в пепел любого, на кого падёт его взгляд. Даже если я не справлюсь, этот доходяга завершит начатое.

— Рада слышать. А что до Волдо?

— У пацана нет магических способностей, но он башковитый, к тому же недурно фехтует. До этого не дойдёт, — заверил я Агнету, подметив участившийся пульс. — Мы убьём зверя, не сомневайтесь. Убивали и пострашнее.

— На меньшее я и не рассчитываю.

— Хочу кое-что уточнить. Не сочтите за дерзость, понимаю, вопрос болезненный, но… Что ваши отец с сестрой делали вдвоём посреди леса, осознавая, насколько это опасно? Тот тип на воротах сказал, что ваш отец был одним из лучших поединщиков — наталкивает на определённые мысли.

— Намекаете, что отец собирался сразить зверя и использовал мою сестру, как вы сейчас используете меня?

— Не слышу удивления в вашем чарующем голосе.

— Его нет. Ваша догадка полностью созвучна сплетням, наполнившим деревню сразу после гибели моих родных. Да, отец был честолюбивым человеком, не чуждым гордыни. Но так он никогда бы не поступил. Он любил нас больше жизни, обеих.