Чтение онлайн

Я прополз к соседнему окну и снова выглянул.

Гракхи продолжали сортировать людей. При этом довольно жестко. Понаблюдав за ними, я понял, что в левую шеренгу они отставляли тех, кого собирались загнать в пирамиду, и таких набиралось едва ли один из десяти. Остальных рассортировывали по группам и уже начали загонять в ближайший дом.

Но небольшую группку двое типов в шипастых доспехах повели в сторону, за пределы освещенного кострами участка. Я покрутил колесико бинокля, приближая изображение. И невольно вздрогнул.

Едва доведя бедняг до места, чужаки начали убивать. Буднично, деловито, быстро – перерезая глотки или всаживая клинки куда-то в заднюю часть шеи. Жертвы одна за другой падали замертво, некоторые дергались в конвульсиях. Кто-то попытался бежать, но их быстро настигали ударами в спину. На все ушло секунд пятнадцать, не больше, и на земле валялось с десяток трупов.

От этого зрелища холодок пробежал по хребту. В основной толпе тоже многие увидели расправу. Толпа загудела, до меня долетали отдельные выкрики. Кто-то даже снова попытался оказать сопротивление. На этот раз целая группа мужчин, человек десять. Но даже двоих арранов хватило, чтобы раскидать их и жестоко подавить попытку бунта. Убивать, правда, никого не стали, только жестоко избили.

Я укрылся в простенке между окнами.

– Да что они творят-то, ублюдки…

– Вероятное всего, избавляются от порченых гелотов, – откликнулась Ама, восприняв это как вопрос. – Больных, слабых, страдающих заразными заболеваниями, способными передаться другим…

– Заткнись! – прошипел я.

Зажмурился, несколько раз глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. С трудом удалось заставить себя выглянуть снова.

Грань пирамиды, развернутая в мою сторону, снова ярко светилась – в ней образовался прямоугольный проем, в который вереницей загоняли людей. Относительно немного – человек двадцать. В основном женщины, дети.

Сердце вдруг ёкнуло, а потом заколотилось с удвоенной силой. Я закрутил колесико бинокля – как назло, фокусировка сбилась. Еле успел выхватить взглядом деталь, за которую зацепился.

Акула.

Тряпичная серая акула с белым брюхом, больше полуметра в длину. Дурацкая мягкая игрушка из Икеи, которая почему-то очень понравилась Лиске. Так понравилась, что она вот уже с полгода даже спит с такой в обнимку. Жориком называет.

Силуэт светловолосой девочки, крепко сжимающей акулу под мышкой, мелькнул всего на пару мгновений, быстро тая в прямоугольнике яркого света. Женщина, которая вела девочку за руку, исчезла внутри пирамиды и того раньше. Но девочка чуть задержалась, замедлила шаг, начала оборачиваться…

– Лиска! – хрипло выдохнул я.

И вдруг кто-то крепко схватил меня сзади за шею, зажимая рот ладонью в жесткой перчатке.

Отреагировал я на чистых рефлексах, даже в серый мир нырять не понадобилось. Дал нападавшему по голени пяткой, отработанным приемом вывернулся из захвата. Еще секунда – и уже я оказался за его спиной, выворачивая ему руку так, что он уткнулся лицом в пол, завывая от боли.

– Тихо! Тихо, бл…! – зашипели со всех сторон из темноты.

Я замер, быстро окидывая взглядом обстановку. Помимо подкравшегося ко мне мужика, линзы выхватили из темноты силуэты еще троих, рассеявшихся полукругом на некотором отдалении.

Люди. Обычные люди. Тот, что справа от меня – в камуфлированной форме и бронежилете, направил на меня ствол укороченного АК. И остальные вооружены, правда, только пистолетами. Тот, которого я скрутил – крепкий, белобрысый, тоже в бронике.

– Да отпусти, больно, блин… – прохрипел подо мной блондин. – Руку выломаешь!

– А ты не дергайся, – проворчал я, настороженно поглядывая на направленные на меня стволы. – И вы пушки опустите.

– Ян, ты, что ли?

Я обернулся на крайний слева силуэт и, приглядевшись, наконец, немного расслабился.

– Макс?

– Ты его знаешь? – переспросил вояка с автоматом.

– Да, это Ян Раевский! Мы в одном районе росли. Айкидо занимались вместе…Да кончайте уже быковать! Ян, отпусти Ромку!

Я разжал, наконец, хват, выпуская белобрысого. Тот, постанывая, принялся растирать заломленную руку.

– Возле окон не маячьте! – проворчал командир. – За мной!

Мы стянулись вглубь здания, укрывшись за толстой несущей стеной. Я последовал за группой неохотно, то и дело оборачиваясь в сторону окна.

Впрочем, что еще я там надеюсь увидеть?

В груди все просто горело огнем. Я чуть не бросился к пирамиде сразу же, как увидел там Лиску. Наверное, даже к лучшему, что эти четверо меня отвлекли. По жизни я всегда очень уравновешен, со стороны даже, наверное, выгляжу флегматиком. Но в такой ситуации любой взорвется. Наружу прут какие-то глубинные, звериные инстинкты. Защитить свою стаю, свое потомство, разорвать чужака, сунувшегося на твою территорию. Я поймал себя на том, что скалю зубы и сжимаю кулаки при одном воспоминании о жнецах.

Амальгама помогла быстро справиться с эмоциями – буквально за несколько секунд, пока я шел за Максом и его товарищами. Но нельзя сказать, что я успокоился. Скорее бурная, обжигающая ярость сменилась холодной. Мысли в голове затикали, будто шестерни часового механизма, перебирая варианты. Я даже не сразу услышал, что меня о чем-то спрашивают, пока Макс не потрепал меня по плечу. Я дернулся, с трудом удержавшись от того, чтобы и ему руку не заломить в удерживающем приеме.

– Ян! Ты как вообще, в порядке?

– А ты как думаешь? – огрызнулся я.

– Да не дергайся, чё ты, – обиделся Макс. – Тут все свои. То, что скрутить тебя попробовали – так думали, так лучше будет. Чтоб шуму не поднимать перед окнами. У этих сволочей слух собачий.

Я вздохнул, чуть расслабился.

– Да я понял. Извините, психанул. Там… Там, кажется, дочку мою в пирамиду затащили.

– Херово, – покачал головой Макс.

– Ты только не думай лезть туда, сломя голову, – хриплым усталым голосом проговорил тот, что с автоматом. – Только зря подставишься. Да и нас всех подставишь.