Желание клиента – закон
Шрифт:
Я, признаюсь, пропустила несколько первых фраз Джорджа. То, что сказал обо мне только что Виктор, заставило мои щеки залиться краской. Чтобы мое смущение не стало очевидным для окружающих, я отвернулась к плите и поставила чайник. В холодильнике нашлись кое-какие продукты, даже колбаса и сыр. Я занялась приготовлением горячих бутербродов на скорую руку. Только спустя несколько минут я смогла изгнать из головы ненужные романтические бредни, навеянные проявленной, пусть и на словах, симпатией Виктора, и вслушалась в мужской разговор.
– Ты привез информацию по сенаторам?
– Да, все, что нашел в нашей базе, – ответил московский гость. – Я изучил те документы, которые ты используешь как личную страховку, и должен отметить – это бомба! Но она как хороша, так и опасна для тебя. Эти люди слишком могущественны, тягаться с ними обычному спецагенту не под силу. Ты вступаешь в опасную игру…
– Я уже вошел в эту воду, – перебил его Джордж с грустной усмешкой на губах. – Отступать мне некуда, да и не все так печально, я вижу в этом некий знак. Или, если хочешь, рубеж. Я должен выиграть эту партию, я чувствую, что дальше все будет совсем иначе…
– Ты на что-то намекаешь? – Виктор сощурил глаза, пытаясь угадать настроение брата.
– Скорее, предаюсь мечтам, – загадочно ответил мой подопечный. Я сразу поняла, что он думает о своей Олесе и о том счастье, которое ждет их впереди. Но я радужных надежд парня не разделяла. Пока что все улики указывали на причастность девушки к той охоте, которая велась, и, по моим наблюдениям, выступала красавица на стороне врага. Но я предпочла не встревать в разговор.
Виктор внимательно выслушал рассказ Джорджа обо всех покушениях и странных событиях, глухим голосом Бруклин поведал об исчезновении Олеси из дома и нашем посещении кладбища автомашин.
– Оставь это упадническое настроение! – неожиданно Виктор прервал поток жалоб, на которые стала похожа речь американца в тот момент, когда он принялся рассказывать о своей возлюбленной. – Сейчас не время убиваться по какой-то девице, уж извините меня, Евгения…
– Не стоит, я на вашей стороне, – улыбнулась я.
– Тем более! – он одобрительно подмигнул мне, а на брата взглянул с укоризной: – А тебе, парень, надо спасать свою шкуру, а уж потом разбираться с сердечными ранами. Если Олеся тебя не предавала, то после того, как мы ее освободим, поедешь с ней за океан и станешь счастливым, если же все обстоит совершенно иначе, тогда это просто надо пережить, опять-таки улететь за океан в одиночестве, а там уже присмотреть кого-то, достойного быть твоей спутницей жизни. – Виктор говорил о важных для брата вещах таким будничным тоном, словно никаких проблем в реализации поставленных задач не видел. Мне понравилась его позиция. Как ни странно, Джордж ее тоже оценил.
– Ты прав, я слишком раскис! – Бруклин хлопнул кулаком по столу. – Пора уже забыть эту хандру! – Он подмигнул мне. – Вот Евгении от меня досталось. Возится со мной, а я, как теленок, только и знаю, что мычу о своей любви!
– Ничего, я и не заметила, – решила я не добивать лежачего. Определенно, приезд Виктора положительно повлиял на брата. Удивляясь собственной хозяйственности, я поставила на стол тарелку с бутербродами и чашки.
– О, как кстати, – в унисон воскликнули мужчины.
– Я гнал двенадцать часов без отдыха, разве что на заправках останавливался, и только сейчас понял, насколько проголодался, – признался московский визитер и с жадностью ухватил кусок.
– Тогда нам бы сейчас не план военных действий разрабатывать, а к Евгении домой поехать… – начал было Джордж, но запнулся, так как Виктор с неожиданно, как мне показалось, ревнивыми нотками в голосе отозвался:
– А ты уже и там успел побывать?!
– Конечно, но исключительно из-за сложившихся обстоятельств…
– И только в целях обеспечения безопасности, – добавила я.
– Так, и что же так поразило тебя в доме телохранителя?
– Ее тетушка! – лукаво ухмыльнулся Бруклин.
– Какой кошмар, ты просто удивляешь меня обилием знакомств с представительницами противоположного пола за последнее время. А я-то там в Москве нервничаю, что брат находится под постоянной смертельной угрозой, что ему нужна моя помощь, что без меня он не справится, а получается, что ты тут прекрасно себя чувствуешь, да еще живешь в таком потрясающем цветнике, – он многозначительно кивнул в мою сторону, но тут же добавил с покаянной улыбкой: – Поверьте, Женя, я это в самом хорошем смысле!
– Я постараюсь удержать себя в руках! – пообещала я.
– Да, я помню про сравнение ваших профессиональных качеств с бойцовскими навыками парней с «Фермы». Так что там в итоге такого важного произошло?
– Кулинарный оргазм, уж простите мою прямолинейность! – неожиданно выдал Джордж.
– Ого! – присвистнул Виктор. – И когда вы только все успеваете? Неужели эти замечательные бутерброды – не предел ваших кухонных умений?
– Я тут совершенно ни при чем. Готовка – абсолютно не моя стихия! – уверила я, даже не пытаясь кокетничать. – Мне достаточно быть гуру на татами, а не со сковородкой в руках.
– У Жени тетушка просто волшебница. Я таких пирожков в жизни не ел. И блинчики, и котлеты просто чудесные! У нас в Америке давно уже все перебиваются кулинарными полуфабрикатами из супермаркетов, а школьники запивают гамбургеры на обед кока-колой. Русская кухня – это что-то феноменальное! – искренне, как мне показалось, восхищался парень.
– Что ж, поздравляю тебя, брат. Правду говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Ты хоть немного ожил и отвлекся от своих переживаний, вспомнив тот, насколько я понимаю, незабываемый ужин. Скажите, Евгения, а вы кормите только своих клиентов? Или у простых смертных тоже есть шанс попасть к вам в дом?
– Все зависит от ситуации, – уклончиво ответила я, прекрасно отдавая себе отчет в том, что в данный момент кокетничаю с Виктором.
– Ага, а допуск клиентов на личную территорию – это какой-то профессиональный прием? – В его глазах запрыгали искорки готового прорваться наружу смеха. – Я прав?
– Не могу раскрывать свои телохранительские тайны – а в связи с чем такой пристальный интерес? – улыбнулась я.
– Тоже хотел бы поесть как в лучшем русском ресторане, – произнес он и невинно похлопал ресницами. В другой раз и при иных обстоятельствах я бы непременно подхватила его игривый тон, но не сегодня. Я и так уже достаточно сильно отвлеклась, пора было оставить фамильярный тон.