Чтение онлайн

– Ты думаешь, это должно помочь?

– Есть одна идея. Раздевайся.

– Так. И ты туда же. И не подумаю. – Я сердито отвернулась.

– А ты подумай. – Жестко сказал Тим. – Нам отсюда иначе не выбраться. Делай, что говорю. Или дожидайся, когда они вернутся и займутся тобой всерьез.

От такой перспективы у меня холодок пробежал вдоль позвоночника. Но я упрямо нахмурилась и потребовала:

– Объясни, что задумал или я и пальцем не пошевелю!

Он покачал головой, но все же объяснил:

– Нам нужно заманить их сюда. Ты отвлечешь внимание, а дальше я сам разберусь. Ты будешь раскачивать кровать, чтобы они подумали, будто мы… ну, сама понимаешь…

– А раздеваться зачем?

– Для большего эффекта. – Я заметила, что голос Тима звучал уже не так уверенно как раньше и категорически заявила:

– Кровать раскачивать – пожалуйста, а раздеваться – ни за что.

– Ладно. Ложись и начинай раскачиваться. – Скомандовал Тим. – Постарайся, чтобы все выглядело натурально. Я имею в виду звуки.

Он встал, потом нагнулся, подобрал с пола толстую доску, взвесил ее на руке, выключил свет и встал возле двери. Потом он кивнул мне.

Я принялась усердно раскачивать кровать, ржавые пружины жалобно заскрипели. Но моего веса было маловато, чтобы произвести достаточно шума – в другой комнате по-прежнему громко переговаривались, не обращая внимания на мои тщетные попытки привлечь их внимание.

Тогда я решила проявить инициативу. Встав во весь рост, я начала подпрыгивать, как делала это когда-то в пионерском лагере. Пружины заскрипели веселее. Я добавила огонька, старательно и громко изображая стоны. На мой взгляд они гораздо больше походили на мяуканье голодной кошки, но ребята в соседней комнате поняли все как надо. Разговоры стихли. Я услышала, как отодвинули ящик и подкрались к двери. Фигушки, так вы ничего не увидите. злорадно подумала я и издала очередной стон, вложив в него все свое мастерство.

Это сработало. Дверь начала медленно открываться.

– Что это… – Начал было парень, увидев мои акробатические упражнения, но Тим не дал ему договорить, со всего маху оглушив доской. Слабо охнув, парень ввалился в комнату. Пистолет упал на пол и отлетел к ногам Тима.

Дальше все произошло мгновенно. Тим стремительно нагнулся, схватил пистолет и выстрелил во второго охранника, не дав ему опомниться. За секунду до этого я кубарем скатилась с кровати и отскочила в самый дальний угол. Все было кончено еще до того, как я успела по-настоящему испугаться.

Тим подошел ко мне.

– Молодец. – Похвалил он. Я довольно улыбнулась и услышала его язвительный голос:– Правда стонала ты так отвратительно, что я до последнего боялся, поймут ли они в чем дело.

– Подумаешь, эксперт выискался. – Огрызнулась я, кутаясь в халат. – Как умела, так и стонала. Что дальше-то делать?

Тим оглянулся на два бесчувственных тела и сказал:

– Выходи на улицу. Там должна быть еще одна машина.

– А ты?

– Я сейчас.

Я вышла на крыльцо, зябко поджимая ноги. На дворе был уже сентябрь и я в легком халатике, на котором не осталось ни одной пуговицы, промерзла до костей. Босые ноги были изранены и сильно болели. В стороне я заметила темный силуэт автомобиля. Тщательно выбирая, куда наступить, я заковыляла по направлению к нему. На полдороге меня догнал Тим. Он был в кожаной куртке одного из бандитов и надвинутой на самые глаза бейсболке.

– Мог бы и для меня что-нибудь прихватить. – С обидой сказала я. – Мне холодно.

– Потерпи. Недолго осталось.

– А куда мы направляемся?

– Навестим одного хорошего человека. – Неопределенно сказал Тим.

Ко многочисленным талантам моего спутника можно было причислить еще один: он классно угонял автомобили. Я и глазом моргнуть не успела. а он уже отключил сигнализацию на новеньком БМВ и, перегнувшись через сиденье, распахнул мне дверцу. Я юркнула внутрь. Здесь было гораздо теплее, и я поудобнее устроилась на мягком сиденье.

– Готова? – спросил Тим.

Прежде чем я успела ответить, он включил скорость и отпустил педаль сцепления. Машина рванулась вперед. Мы помчались с захватывающей дух быстротой. Тим старался объезжать рытвины и ухабы, но их было столько, что я то и дело подпрыгивала на сиденье до потолка кабины.

Когда Тим говорил про хорошего человека, он имел в виду совсем другое. Когда я увидела коттедж, возле которого мы остановились, то поняла, что хороший человек в таком доме жить не может. Так оно и оказалось. Мы заявились прямиком в логово нашего главного врага – Психа. Тим сообщил мне об этом за две минуты до того, как машина, взвизгнув тормозами, остановилась возле будки охранника.

Парень был настолько пьян, что едва ли узнал бы даже собственную маму. Увидев знакомую машину, он, пошатываясь, приблизился вплотную, тяжело облокотился на дверцу и заглянул внутрь, обдав нас запахом перегара. Он посмотрел на меня мутными глазами и, осклабившись, спросил у Тима:

– Поймали птичку?

Тим кивнул, собираясь тронуться с места, но охранник остановил его. Я вжалась в кресло.

– Подожди-ка. – Он долго рылся в кармане куртки и наконец извлек кусочек плотного картона, посмотрел на него, изо всех сил стараясь сфокусировать взгляд, потом – на меня и покачал головой:

– Надо же, совсем не похожа.

Я взглянула на фотографию, увидела собственную физиономию крупным планом, запечатленную на фоне моего собственного подъезда и посоветовала:

– А вы попробуйте ее помять. – Имея в виду собственный вид, изрядно потрепанный после всех испытаний.

– Не понял. – Пробормотал парень.

– И не надо. – Сказал Тим и тронул машину. Парень потерял равновесие и отпустил дверцу, провожая нас изумленным взглядом.

– Помолчать не могла? – Поинтересовался Тим. Вопрос был чисто риторический и я не стала отвечать.

Возле крыльца Тим припарковал БМВ, вылез и, очень натурально вытолкал меня из машины. Мы беспрепятственно миновали входную дверь и поднялись по лестнице на второй этаж. Тим прекрасно ориентировался в этом доме. Видимо – бывал здесь не раз.

Он толкнул дверь одной из комнат и мы оказались в огромной спальне, застланной густым персидским ковром. Кроме ковра здесь имелась кровать и большущее зеркало во всю стену. Из комнаты вела еще одна дверь, скорее всего – в ванную. На кровати возлежал отвратительно толстый тип в распахнутом халате. Блестящую лысину маскировал жиденький «переплюйчик». Черты лица были почти неразличимы, так как половину его занимали огромные щеки.