Чтение онлайн

— Но если мы не закрепим его за Империей, здесь снова могут объявиться жрецы Карса! — Дагар резко обернулся. — Значит, решение принято: Рипус будет под нашим контролем.

Ярослав молчал.

— Завтра я объявлю Рипус владением Империи. — Дагар снова повернулся лицом к городу.

— И еще один вопрос, Игорь Петрович! Нужно достойно похоронить офицеров барона Хьюэра, — сказал Ярослав, скрестив руки на груди. — Это были настоящие воины. Они сражались до конца, пусть и на стороне мятежников.

— Я не возражаю! — ответил граф, не оборачиваясь. — Почти все из них когда-то сражались под моим знаменем.

— Похоронить их я предлагаю на городской площади, со всеми воинскими почестями. Пусть бойцы видят, что мы уважаем павших.

Дагар задумчиво потер подбородок, затем покачал головой.

— Это будет перебор, Ярослав! Хоронить мятежников с почестями — значит давать повод для новых восстаний. Но и бросать их в общую могилу с одержимыми тоже нельзя. Давай-ка захороним офицеров в саду у королевского дворца. Тихо, без лишних глаз. Займись этим сам!

Ярослав нахмурился, но спорить не стал.

Церемония прошла скромно. Никаких речей, никаких приспущенных знамен, никаких скорбящих. Лишь два десятка ветеранов из Особой сотни Тукеро, вырывших братскую могилу под сенью старых дубов. Воины вызвались участвовать в похоронах добровольно — они хорошо знали павших офицеров, успели повоевать под их командованием. Потрошитель долго стоял над телами товарищей, затем достал из-за пояса топор — тот самый, что когда-то принадлежал Железному Пауку.

— Возвращаю, старина, — пробормотал он и положил оружие на грудь Паука. — Может, в следующей жизни пригодится.

Сторми похоронили отдельно, возле увядшего розового куста. Ярослав опустился на одно колено, достал из-за лацкана куртки серебряную фляжку с коньяком и вылил почти всё содержимое на могильный холмик.

— Прости, красавица! — прошептал он, прикладываясь к горлышку. Он вспомнил ее хрипловатый смех, запах ее разгоряченного тела. Вспомнил, как она прищуривалась, когда лгала.

— Ты заслужила большего, но судьба распорядилась иначе. Надеюсь, что ты снова переродишься в юном соблазнительном теле!

Когда все было закончено, ветераны разошлись. Только Тукеро остался, стоя у могилы, будто ждал, что мертвые что-то скажут.

Ярослав подошел к нему.

— Пошли.

— Да, сейчас пойдем… — не шелохнувшись, сказал Тукеро.

Они стояли так еще долго, пока не угас последний свет солнца, и мертвые не остались одни в темноте.

На следующее утро граф Гор Дагар собрал совещание офицеров корпуса Пограничной стражи.

— Нам нужно знать, что творится за границами Рипуса, — сказал Дагар, разглядывая карту. — Королевства Дарн и Валта. В Дарне, по словам Яра, стоял гарнизон одержимых численностью около трехсот чело… В смысле — триста боевых единиц. Командовал ими прославленный полковник — Берг-Поджигатель. Я его уже лет пятнадцать знаю — умный тактик, осторожный и тщательно продумывающий каждый ход. Если он жив, то может быть полезен. Отправьте туда разведчиков!

— Я лично поведу в Дарн свою сотню! — вызвался Тукеро. — Мало ли, что там происходит — может одержимые не пали вместе с Карсом. Расстояние-то до этой дыры приличное!

— Не стоит, Тукеро, ты и твоя сотня нужны здесь! — мотнул головой граф. — Поедут парни из разведотряда. Теперь, что касается королевства Валта… Там дела обстоят иначе. Одержимые до них так и не добрались. И за это местные жители должны благодарить лорда Калгара, племянника старого короля. Он организовал оборону на горных перевалах и сумел отбить несколько атак армии Хьюэра. Что вдвойне удивительно — барон Хьюэр — признанный гений военного дела, а Калгар до недавнего времени славился лишь, как пьяница и гуляка, завсегдатай кабаков и борделей. Как он вдруг в одночасье консолидировал общество против вторжения, подавил внутреннюю смуту, и стал отличным полководцем? К нему надо послать не разведку, а гонцов с предложением о переговорах.

Через два дня в резиденцию Дагара вернулся вестовой от разведгруппы, отправленной в Дарн.

— Ваша светлость, в Дарне мы нашли полковника Берга. Он жив! — доложил боец, снимая запыленный шлем. — А все одержимые сдохли. Там осталось довольно много мирных жителей, они уже похоронили мертвецов.

— И как же он уцелел? — Дагар удивленно поднял брови.

— Говорит, что никогда не доверял этим уродам, — усмехнулся гонец. — При первых признаках мятежа заперся в ратуше с двумя сотниками и тремя десятниками. Отбивались три дня, пока одержимые вдруг не попадали на землю. После чего Берг организовал местных на уборку города от трупов. Теперь полковник просит указаний: что ему делать с Дарном?

— Пусть пока там посидит, за порядком проследит. А то я слышал про буйный нрав дарнийцев — как бы они под шумок не начали драку между собой. Ступай, боец! Отдохни и скачи обратно! — велел разведчику Дагар.

Тем временем вторая группа вернулась из Валты с новостью: лорд Калгар, узнав от имперцев, что угроза вторжения армии одержимых миновала, собрался прислать в Рипус посольство.

Пока велась разведка, граф пытался восстановить порядок в оккупированном королевстве. Город лежал в руинах, но мертвая тишина постепенно сменялась осторожными признаками жизни. Пограничники убрали с улиц тела мирных жителей и похоронили на городском кладбище. Трупы одержимых сожгли за пределами городских стен. Потери среди жителей были катастрофические. Из пяти тысяч жителей уцелело от силы три сотни. В основном те, кто успел спрятаться в подвалах или бежал в окрестные деревни. С продовольствием было лучше — склады уцелели — Хьюэр их берег для своих воинов, а Карс вообще к ним не притронулся. После «уборки» корпус Пограничной стражи вышел из Рипуса и встал лагерем в предгорьях. В городе оставили гарнизон — две сотни пограничников. Они патрулировали пустые улицы, чтобы не допустить мародерства. Особая сотня ветеранов Тукеро держала оборону у дворца и особняка премьер-министра, где квартировал граф Дагар. Имперцы назначили гражданскую администрацию — бургомистром выбрали старого аптекаря, который спрятал в своем подвале десяток детей, когда одержимые рыскали по городу.

В один из дней граф вызвал Ярослава и сказал ему, задумчиво постукивая пальцами по столу:

— Мой агент в Аннаполисе только что доложил по рации: Рон Турвиль вернулся в свой особняк.

Краснов резко выпрямился.

— Этот ублюдок жив?!

— Не только жив, но и вроде бы здоров! И с компанией — десяток охранников, однорукий Боров, и пять худых, очень загорелых мужчин. Они привезли три телеги какого-то хлама — так выразился агент.

Ярослав стиснул зубы.

— «Хлам» — это обломки «Жезла жизни». А те пятеро — жрецы Карса. Игорь Петрович, прикажите своим агентам — срочно грохнуть эту прыщавую тварь. Ну, или, как минимум, арестовать за участие в мятеже!