Чтение онлайн

Покушений на него больше не было. Дважды ему нанесла визит Унарре, один раз – Панасов, худой лысеющий мужчина респектабельного вида, совсем не похожий на портрет злодея в холле у Эша. Боссы держались корректно, не угрожали, соблазняли его должностью главнокомандующего вооруженными силами Эгтемеоса (нянчиться с борешанистами?.. Ну, спасибо!).

Эш по-прежнему жил у себя на двадцатом этаже, отказавшись перебраться в каюту бронекара. У него часто собирались борешанисты, и Мартин скоро уловил, что они играют в какую-то особую игру, старательно законспирированную, о которой ни в коем случае не должны проведать посторонние. Так как Мартин умел восстанавливать целое по отдельным разрозненным деталям, для него их игра не была тайной, но он не подавал виду, что понимает, в чем дело, когда кто-нибудь, заговорщицки подмигивая Эшу, говорил: «Привет Борешану!» или «Врагам нашего Габри сегодня досталось!».

Суть игры заключалась в том, что Габри Борешан воскрес, и Эш будто бы способен вступать с ним в контакт как доверенное лицо, чтобы передавать ему приветы от преданных последователей, а последователям – излагать его идеи. Для контакта Эш якобы пользовался пентаграммой, нарисованной в его комнате на полу. Обезображенные портреты в холле – это портреты врагов Борешана, которые виноваты в его смерти. О том, что реального Габри Борешана растерзали на Икраде полуразумные амфибии, никто здесь не вспоминал. Впрочем, Борешан ведь давным-давно превратился в мифологического персонажа, документально зафиксированные подробности его биографии фанатов мало интересовали. Всяк развлекается по-своему… Мартин понимал, что для борешанистов игра – это жизнь, и чем больше в ней таинственного, необычайного, тем лучше. Не понимал он другого: зачем все это понадобилось Эшу? Сам Эш борешанистом не был.

Наконец Мартин закончил сборку передатчика. Осталось уладить еще одно дело – и можно вызывать корабль.

Пришлось подождать, когда ребята уйдут. Мартин сидел в углу холла на деревянном ящике, накрытом циновкой, и из-под полуприкрытых век наблюдал за окружающими. Борешанисты успели к нему привыкнуть: этот большой чужак, связанный с Эшем какими-то скучными делами, добродушный, хотя и неразговорчивый, определенно ничего не смыслил в их играх, но зато и не мешал. Раз Эш терпел его присутствие – терпели и они.

Сейчас Вениамин что-то воодушевленно объяснял обступившей его молодежи. Другая группка, рассевшись на ступенях винтовой лестницы, травила анекдоты. Специфические анекдоты: чтобы уловить их юмор, надо быть борешанистом. Еще трое упражнялись в меткости, кидая сухие колючие шарики – плоды какого-то местного растения – в портреты всеобщих врагов.

– Я попала ему в нос! – засмеялась девушка с веселыми раскосыми глазами. – Четыре раза подряд!

Смотрела она на Мартина, словно приглашая порадоваться вместе, и он спросил:

– Зачем?

– Это же зло… – она пожала плечами. – Так ему и надо!

– Откуда вы знаете, что зло?

– Тут написано, – пришел на помощь подружке невысокий серьезный юноша.

– А вы всегда верите тому, что написано на табличках?

«Не лезь в дискуссию, дурак, – осадил себя Мартин. – Ты пришел сюда не за этим».

– Это же убийцы-обыватели! – усмехнулся юноша.

Спорить дальше Мартин не стал. Наконец все ушли, в холле остались только он и Вениамин.

– Эш, у вас есть выбор, – сообщил Мартин, поднимаясь с ящика.

– Какой выбор? – повернулся к нему Эш.

После разговора с борешанистами он был в приподнятом настроении, лицо разрумянилось, глаза светились энергией.

– Или вы скажете мне, где находится Мадина Милаус…

– Или?.. – Вениамин насторожился.

– Или я введу вам дозу веритола. – Мартин достал из кармана инъектор в стерильном футляре. – И тогда вы все равно скажете мне, где находится Мадина Милаус.

– Паад, вы… Вы ни в коем случае не должны ее тревожить, – упавшим голосом произнес Эш. – Не делайте из меня предателя! Мадина нашла, как говорится, свое простое женское счастье… У них там очень строгие традиции! Если туда нагрянете вы, никто не станет разбираться, кем вы ей приходитесь, она будет опозорена…

– Я все учел. – Мартин успокаивающе поднял руку. – Я проникну в деревню таким образом, что никто меня не увидит, и побеседую с Мадиной тет-а-тет. Как спасатель, я не имею права бросить ее на Кадме, не убедившись, что она действительно хочет остаться.

– Вы мне не верите? – глядя ему в глаза, спросил Эш.

– Отчего же нет? – он пожал плечами. – Просто надо соблюсти кое-какие формальности. Мадина должна в письменном виде засвидетельствовать, что она остается на Кадме по собственной воле.

– Ради бюрократических формальностей вы готовы разрушить ее жизнь! Поймите, Паад, я не могу вам сказать…

– Тогда закатайте рукав и не дергайтесь. – Мартин сделал вид, что открывает футляр.

– Не надо! – Побледнев, Эш попятился. – Вы что, сумасшедший? Это же незаконно, вы разве не знаете?

– Так ведь свидетелей нет, – ухмыльнулся Мартин.

– Дайте мне хотя бы подумать. Пятнадцать минут, пожалуйста! Для меня это очень серьезная нравственная дилемма, раз я обещал Мадине, что буду молчать… Я должен побыть один в своей комнате, я не могу сразу принять настолько важное решение…

– Ладно, – разрешил Мартин. – Пятнадцать минут.

Эш не сбежит. Побывав здесь еще пару раз в его отсутствие, Мартин убедился, что другого выхода из этого коридора нет.

Вениамин ушел, нетвердо ступая. В ожидании Мартин прохаживался взад-вперед по холлу, прислушиваясь к невнятному голосу Эша, – антропоэтнолог не то разговаривал сам с собой, не то ругался в отчаянии. Наконец он появился, как будто немного успокоившийся.

– Я скажу вам, где Мадина, – он сглотнул. – Она живет в цибенской деревне Раюсаны, это довольно далеко отсюда. Давайте покажу на карте… – Он начал дрожащими руками разворачивать карту, которую принес с собой.

– Хорошо. Поедем туда вместе.

– Да, я так и хотел предложить, – торопливо закивал Эш. – Вместе. Эту деревню трудно найти, я там уже был, а вы еще не были… Вот здесь она, смотрите. – Он ткнул пальцем.

– Ага. Собирайтесь.

В комнате Эш вытряхнул на пол из сумки скомканную одежду, запихнул обратно, потом начал складывать туда же давно не мытую пластмассовую посуду.

– Бросьте, у меня есть посуда, – остановил его Мартин.

– А? – Эш поднял голову. – Ладно, оставлю тут, пусть ребята пользуются. Они присмотрят за комнатой в мое отсутствие. Паад, я на всякий случай возьму с собой деньги. Они спрятаны на другом этаже, подождите меня внизу.