Чтение онлайн

— О, нет! — вырвалось у него так громко, что Карина даже вздрогнула. — Я совсем этого не хочу.

— А я не хочу, чтобы ты меня мучил, — гордо выпрямив спину, сказала она, глядя прямо перед собой, но ничего не видя. Сегодня она обнаружила в характере Форда новую черту. Чего еще можно ждать?

— Я и не предполагал, что мучаю тебя. Вряд ли пару поцелуев можно назвать мучением, Карина. Признайся честно, ведь они не были тебе противны. Скорее наоборот.

— Ну и что из этого? — Карина повернулась к нему. Глаза ее на раскрасневшемся лице сверкали. — Поцелуй — еще не согласие на брак.

— Предлагаешь забыть, что я сказал?

— Да.

— Черт возьми, Карина, я же не каменный, — сердито сказал он.

Она поджала губы.

— Тогда тебе лучше найти кого-то другого, — произнесла она, хотя ничего подобного не имела в виду. Но, с другой стороны, вступить в сексуальные отношения с Фордом она была не готова.

— Иногда, Карина, ты мне кажешься совершенно другой. — Форд покачал головой, испытующе глядя на нее прищуренными глазами.

— Возможно, я и правда другая. Выжив после такого несчастья, трудно остаться прежней. Если я тебе не нравлюсь такая, тогда...

— Не начинай все сначала, — резко оборвал ее Форд.

— Что не начинать? — сердито спросила она. — Думаю, тебе лучше уехать домой. Давай расстанемся на несколько дней, чтобы ты смог все обдумать.

— Мне не нужно ничего обдумывать, — огрызнулся он. — Я знаю, чего хочу.

— Наши желания не совпадают, — заметила Карина. — Я не желаю, чтобы ты меня торопил. Мы ведем бессмысленный разговор, Форд. Если тебя не устраивает теперешнее положение вещей, тогда не трудись больше сюда приходить.

— Ты этого хочешь? — В лицо ей смотрели темные, холодные, как зимняя вьюжная ночь, глаза. Их взгляд заставил Карину содрогнуться. Нет, она этого не хотела. Но так оно, может, и к лучшему.

Не верилось, что несколько поцелуев стали причиной их ссоры. Впервые после несчастного случая. Все это время Форд был на удивление терпеливым и снисходительным. И вдруг его как подменили — стал раздражительный, агрессивный и хочет от нее того, что она совершенно не готова ему дать.

Если бы он потерпел еще немного, может быть, это произошло бы само собой. А сейчас он только разрушил их дружбу, которая никогда уже не будет прежней.

Форд остановил машину у своего дома в Хэмпстеде, проклиная себя за глупость. Непостижимо, как он мог себе такое позволить. Что на него нашло?

Всему виной поцелуй. Он открыл дорогу эмоциям, которые Форд держал на замке так долго. Другой нашел бы утешение на стороне, но он внушил себе, что может подождать. И теперь все испортил.

Карина почти прогнала его. Он никогда не видел ее такой разозленной.

Форд сразу прошел в кабинет, где держал графин с виски, и налил себе щедрую порцию. Проклятье! Проклятье! Что с ним стряслось? Почему он не сумел сдержать свой порыв? Почему не промолчал?

Он выпил виски одним глотком и налил еще.

Вышагивая по комнате, он не переставал себя укорять. Ведь до поцелуя он держался безупречно. Гнев Карины ему был понятен, хотя объяснить ее реакцию он не мог. Он был абсолютно уверен, что его поцелуи доставляют ей удовольствие. Более того, что они пробудили в ней чувства, которым она по какой-то причине не дала выхода.

Почему? Чего она испугалась?

Какую боль он испытал, когда она сказала, что не любит его! А он-то надеялся, что поцелуй воскресит в ней прежние ощущения. Правда, он мог напомнить ей и об интрижке с Чарльзом Форестером.

Форд боялся, что она вспомнит подробности этой истории с Чарльзом, когда рассказывал об их ссоре. Но, слава Богу, этого не случилось. Сейчас его задача — заставить ее вновь полюбить его до того, как к ней полностью вернется память. Он должен начать все сначала — ухаживать, убеждать, заверять в своих чувствах.

К тому времени, как проснется ее память, она должна быть настолько влюблена в него (а еще лучше — уже быть за ним замужем), что о своем прежнем кавалере даже не вспомнит.

Он даст ей передохнуть несколько дней, как она и хотела, а потом приступит к осуществлению своего плана. Станет посылать ей цветы, просить о свиданиях и даже не будет пытаться ее поцеловать. А также перестанет без разрешения приходить в ее квартиру, уважая ее уединение.

Наметив план действий, Форд почувствовал себя намного лучше. На письменном столе скопилась куча бумаг, требующих его внимания, и он вскоре целиком погрузился в работу. И хотя он поручил управление своим компьютерным бизнесом Джеффри, опытному коммерческому директору и давнему другу, пора было брать бразды правления в свои руки.

Первые дни оказались очень трудными. Ему так хотелось поднять трубку и позвонить Карине. Или пойти навестить ее. И не только потому, что ему не терпелось приступить к осуществлению своего плана, но и потому, что нужно было знать, все ли у нее в порядке, как она справляется одна, нет ли у нее каких проблем. Ведь раньше он постоянно был рядом.

Как было трудно вначале, когда она стала заново всему учиться! Форд учил ее читать, писать, готовить еду. Это было радостное время. Он научил ее делать множество вещей, которые раньше были такими привычными. Например, завязывать на ботинках шнурки.

Однако временами ей приходилось обращаться к нему за советом. Позволит ли ей сейчас гордость делать это? Или она обратится к кому-то другому? Эта мысль не доставила ему удовольствия, и он поднял трубку. Но тут же положил обратно. Потом снова поднял и позвонил в цветочный магазин. Пора было приступать к своему плану. И начать с ее любимых желтых роз.

Форд впервые увидел ее в цветочном магазине, где она заказывала цветы. Она как раз выходила, когда он влетел в магазин и едва не сбил ее с ног. Протянул руки, чтобы не дать ей упасть, и уловил нежный аромат ее духов, ощутил гибкость ее изящного тела, бархатистость кожи. И понял, что хочет увидеть эту женщину снова — высокую, длинноногую, с роскошными черными блестящими волосами и чарующими, небесного цвета глазами.

Он уговорил продавца дать ему ее адрес, тут же заказал огромный букет желтых роз и велел доставить их с запиской, в которой снова извинялся за то, что налетел на нее.