Чтение онлайн

— А теперь подбери юбку и сядь как я, — мягко приказал он, и девушка завозилась, бормоча что-то себе под нос и мертвой хваткой вцепляясь одной рукой в его запястье.

Неа со своей стороны хохотнул и чмокнул сидящего вперед него Изу в висок.

— А вот малыш молодец! — заметил он, сверкая в сторону обиженно поджавшей губы девушки беззлобной усмешкой.

Алана что-то сердито прошипела на русалочьем, явно ругательство или какое-то проклятие, но, как только лошадь тронулась с места, перепуганно заверещала, вцепившись в шею животного, и остервенело замотала головой, стоило Тики обеспокоенно коснуться её плеча. Ну не думал он, что Алана настолько испугается!

— Ну тише, это всего лишь лошадь, она не причинит тебе вреда, — принялся успокаивать он девушку, которая только сильнее вжалась в шею зверя, заставляя его встать на дыбы. — О дракон… — обреченно простонал Микк, пытаясь успокоить теперь не только сумасшедшую русалку, но и разволновавшуюся кобылу.

Неужели у морского народа нет никаких ездовых животных? Хотя, опять же, зачем они им под водой. Но они что, даже дельфинов для передвижения не используют? Тики отчего-то думал, что вот их в океане точно под езду запрягли, а тут оказалось, что, видимо, и правда русалки да тритоны все расстояния своими хвостами преодолевают.

И как им только не лень?

Алана шептала что-то, крепко зажмурившись, а кобыла в испуге пыталась их сбросить с себя, и Тики не нашёл ничего лучше, чем просто обнять девушку, прижать её к себе, и зашептать на ухо что-то успокаивающее, смысл чего даже до самого мужчины особо не доходил, потому что нес он явно всякую околесицу — лишь бы Алана пришла в себя и перестала пугать бедное животное.

Русалка испуганно вцепилась в его ладонь и крепко прижалась спиной к его груди, зажмурившись, втянув голову в плечи и даже не смея двинуться с места. Мужчина осторожно отпустил поводья взволнованной лошади и погладил животину, стремясь хоть немного угомонить ее и даже преуспевая, а потом чмокнул Алану и макушку и прижал одной рукой к себе, второй снова хватая поводья.

— Ну тише, радость моя, — успокаивающе забормотал он, потому что девушка ощущалась как пружинка — маленькая и очень тугая. — Она же сама тебя боится, ну… Ничего плохого не произойдет, слышишь? Все будет хорошо…

Девушка мелко закивала, но позы так и не изменила, испуганная и трогательно цепляющаяся за его руку как будто бы в поисках опоры. Тики еще раз поцеловал ее в макушку, на самом деле втайне даже немного наслаждаясь таким положением дел — потому что теперь, когда они будут останавливаться на ночлег на постоялых дворах, он уже не сможет вот так просто оставаться в ее комнате, как-то было на Марианне. Потому что Алана — девушка, и о них могут подумать что-нибудь не то.

Нет, Роджерс вот уже придумал себе, что русалка — невеста Микка из-за прически девушки, но быть невестой — это одно, а правила приличия — все-таки совершенно другое. Так что… Тики решил просто не замечать лукавых взглядов братьев и наслаждаться поездкой настолько, насколько это вообще в его силах.

С конюшни выехали спустя несколько минут, тепло попрощавшись с Роджерсом, и Алана удивленно заозиралась вокруг, словно бы совершенно забыв про то, что недавно верещала от страха как умалишенная. Правда, цеплялась за руку Тики она также крепко и спиной жалась также трогательно, будто совершенно беззащитная и хрустальная.

Поднебесная была в большинстве своём равнинной страной, и только ближе к северу плодородные низины высились горами, с которых живительные реки и стекали к океану, покрывая земли паутиной оросительной системы, благодаря которой земледелие Империи было известно далеко за границами.

До Восточной столицы было недалеко — всего неделя пути, и Тики подозревал, что это будет очень весёлая неделя, полная различных сюрпризов и умилительной реакции русалки-дикарки на все, что предстоит увидеть.

— Смотри и спрашивай, — добродушно хохотнул мужчина, не выдержав, и девушка вскинула голову, глядя на него снизу вверх и вызывая нестерпимое желание поцеловать ее. — Что?

— Почему тебя все так любят? — Алана улыбнулась и зажмурилась на секунду — на этот раз ей в глаза действительно светило солнце, и это… выражение на ее лице… Тики показалось, еще немного — и он просто не сдержится, ну потому что с самом деле, как можно быть такой потрясающей — и такой непосредственной? Неужели она не понимает, что… Тики мужчина, в конце концов! — Тебе, кажется, даже как будто дочку в жены отдать хотели… на пристани… — между тем, продолжила девушка, чуть смутившись и подавленно вздохнув.

Микк не сдержал улыбки в наблюдениях за ее потугами (сколького же она еще не знала!..) и отозвался, трогая поводья и пуская кобылу легкой рысью:

— Потому что я постоянно ношусь по Империи и докладываю старику жалобы населения. Разве Мана уже не успел расхвалить меня по этому поводу?

Девушка завела глаза и чуть царапнула ногтями его запястье словно бы в знак протеста, но все-таки ответила:

— Мне просто было интересно, что ты скажешь. Мана вот говорил, что ты очень многим людям помогаешь, — заметила она с легкой улыбкой и, тут же как будто смутившись своего интереса, указала на фруктовый сад, виднеющийся за одним из заборов: — А там что растет?

Тики подумал, что она слишком мила и по-детски наивна, раз надеется, что он поведётся на такую простую и явную уловку, и, чувствуя себя отчего-то в этот момент кем-то очень похожим на Мари, таким же спокойным и даже снисходительно взрослым, доброжелательно улыбнулся, осторожно подтягивая съезжающую с седла девушку.

— Бордовые ягоды — это вишня, — принялся рассказывать он, с греющим душу удовольствием наблюдая, как Алана закусывает нижнюю губу и внимает каждому его слову, — оранжевые фрукты — апельсины, а вот там твои любимые яблоки, кстати, — девушка радостно взвизгнула словно перезвон ручья, очень приятный и не раздражающий, какими обычно взвизги Тики и казались, и хлопнула в ладоши, вновь чуть ли не съехав с седла.

До постоялого двора в таком темпе они и доехали: русалка с восторгом осматривалась по сторонам и показывала пальцем на все, что привлечет её внимание, требуя объяснений и каких-нибудь рассказов, иногда делясь чем-нибудь из культуры своего народа, Изу частенько повторял за ней, тоже не видавший большинство растений Поднебесной, близнецы тихо переговаривались между собой, иногда хитро переглядываясь (хотелось в нос им дать каждому) или вклиниваясь в разговор, а Тики, о ветер, наслаждался тонкой спиной Аланы, её нежным голосом и лёгким ароматом морской воды, исходившим от её шеи и волос.