Чтение онлайн

— Хорошо, я найду интересующую вас информацию, если таковая имеется. Но деньги вы мне отдадите в любом случае! — стрельнула она глазами.

— Мы вам доверяем и заплатим, — успокоил ее Рустем.

— Как стемнеет… часов в девять приходите к калитке, через которую вошли, я выйду и все расскажу. Сегодня я здесь дежурная.

— Мы придем, — заверила ее Яна.

Лидия Михайловна встала, давая понять, что разговор закончен.

Дальше Яна провела самые длинные и самые нудные полдня в своей жизни. На Рустема накатил очередной приступ меланхолии. Не было ничего, к чему бы он не придрался. Вода в реке была слишком холодная и грязная, рыба могла быть пираньей.

— Бери больше! Здесь плавают акулы, — огрызалась Яна.

Температура на улице ему казалась то высокой, то низкой, и отовсюду шел сквозняк.

— Это не сквозняк, это буран или ураган, — уверяла его Яна.

Поужинать они зашли в местное и единственное кафе.

— Здесь нет кондиционера, — сразу же отметил Рустем.

— Здесь не знают такого слова, — сообщила Яна. — Как люди раньше жили на Руси?

— Я живу в двадцать первом веке.

— Я бы не назвала твое существование жизнью, — огрызнулась Яна.

— Так покажи мне полноту жизни, отдайся полностью моему излечению, то есть мне!

— Прекрати меня домогаться, переключись на что-нибудь другое.

— На что? Ты — лучшее, что здесь видит глаз. Не на этих же мух смотреть? Грязное кафе! Интересно, а лицензия-то у них есть на эту деятельность?

— Ага, может, повар болен сальмонеллезом? — вторила ему Яна, явно издеваясь.

— Чем? Чем? Ужасно звучит!

— Не важно, но понос и рвота будут изматывающими, — пообещала ему Яна.

— Это ужасно! — побледнел Рустем.

Они сидели за столиком на двоих на улице под деревянным навесом. Им открывался милый сельский вид на речку и зеленый уютный пригорок с молодыми деревьями.

Яна видела бабочек, бирюзовую гладь реки, солнечные игривые блики от мелкой ряби волн, слышала щебет радующихся птичек, а обоняние щекотал прекрасный аромат свежеиспеченного хлеба. Настроение у нее было выше всех похвал, если бы не кривое лицо Рустема напротив.

— Просто удивительно, у тебя же такое красивое просто идеальное лицо, а настолько оно сейчас неприятное, холодное и отталкивающее.

— А что здесь может быть приятного? Сидим в какой-то глуши, ждем, отравят нас или нет, — ответил он, — эти комары, мухи, песок с реки в твоей тарелке. Тебе что, нравится?

— Вполне! Идиллия с природой! Мы все родом оттуда.

— Я нет! — отшатнулся Рустем.

— Ага! Ты родом из мест, где унитазы золотые и все опутано компьютерными сетями.

— Не зли меня!

— И не думаю! Я говорю правду! И не говори мне, что многое перенес, что не по своей воле дошел до жизни такой!

— Я никогда об этом не говорю! Я не вспоминаю, вернее, не помню об этом.

— А знаешь, почему не помнишь? Потому что не хочешь! Я тебе точно говорю! Ты сам, вернее, твое подсознание, поставил заслонку от чего-то, о чем ты не хочешь знать!

— А почему я должен напрягаться и узнавать то, чего не хочу? Наверняка там нелицеприятные факты!

— А ты боишься? В прошлой жизни ты трусом не был!

— Не заводи меня! — Рустем не знал, что ответить, и залпом проглотил еще горсть таблеток.

К ним подошла симпатичная молодая женщина, которая при ближайшем рассмотрении оказалась много старше, чем можно было подумать на первый взгляд.

— Сейчас я меню…

— Не надо меню! — прервала ее Яна. — Что вы сами можете нам порекомендовать из вашей кухни?

Рустем пренебрежительно фыркнул, и Яна подавила в себе острое желание запустить в него пепельницей или солонкой вместе с сахарницей и перечницей. Она только заметила, какие старые руки у этой женщины — настоящие руки труженицы. Вздувшиеся вены, грубая кожа, короткие ногти, местами красная кожа и утолщения на пальцах, как мозоли. Такими руками взращивают хлеб от зернышка до румяного каравая на столе, участвуя во всех звеньях процесса.

— Могу посоветовать домашний борщ из свинины и сахарной косточки, жареный картофель с лесными грибами и жареным луком и яблочный пирог с чаем из настоящего самовара, — не без гордости огласила меню женщина. У Яны сразу же увеличилось слюноотделение.

— Вот и несите! — обрадовалась она.

— И молодому человеку? — покосилась на парня женщина.

— Нет, он не будет, ему дистиллированной воды, — ответила Яна.

— Поняла, — испуганно кивнула женщина и нагнулась к уху Яны: — К-какой в-вод-ды?

— Дистиллированной! Без микробов, с нормальным содержанием ионов калия, магния и прочего…

Объяснение Яны прибавило недоумения на лице женщины.

— С колодца, что ли?

— Кипяченой, — рявкнул Рустем.

— А… поняла! Проблемы с желудком? — теперь она нагнулась к нему. Видимо, правила этикета официанта здесь не преподавались. — Так, может, я это… самогоночки принесу, и все простерилизуется? Я так понос и лечу всем в семье. — Женщина продолжала радовать их своей непосредственностью.

— Мне принесите сто граммов, а ему воды, — развела руками Яна.

— Понимаю, — прошептала женщина, — в психушку приехали?

Яне потребовалось нечеловеческое усилие, чтобы сдержаться и не расхохотаться.

— Туда, — подтвердила она, давясь.

— Понимаю. Жалко, такой ведь красивый и молодой человек, — вздохнула женщина и поспешила в избу выполнять заказ Яны.

— Что ты себе позволяешь? Почему выставляешь меня идиотом? — спросил он, нервно тряся ногой.

— А ты не веди себя, как идиот! Женщина старается. Хочет нас вкусно накормить. Что тебе еще надо? Ты не проголодался? Мы весь день блуждаем на свежем воздухе, и у меня разыгрался зверский аппетит!