Чтение онлайн

Я сочувствовал этой женщине, одетой в яркое цветастое платье, как минимум на два размера меньше чем требовалось, чтобы скрыть аппетитные формы. Ярко накрашенные губы, такие же яркие голубые тени на пол лица и потекшую тушь…

– Он украл у вас что-нибудь?

– Что вы имеете ввиду? – она на мгновенье затихла, уставившись на меня покрасневшими глазами. Потом, словно очнувшись заверещала. – Конечно, он украл мое сердце!

– Я имею ввиду материальные ценности – деньги, драгоценности, технику… – стал терпеливо перечислять я.

– Да нет, у меня этого отродясь не было. – она задумалась. – Да и деньги все на месте… Но не о том же речь! Я требую объяснений! Начните его поиски. – она вновь зарыдала. – Я без него не могу… мне страшно и одиноко… мне не кому жарить котлетки… я буду заботиться о нем…

– Возможно вы придавили его своей любовью. – вклинился в разговор Артем, мой заместитель, которого мне прислали на практику после гибели моего друга и напарника Григория Одинцова. Он только что вошел в кабинет и услышал наш разговор.

– Да как вы смеете так говорить? – накинулась на него посетительница. – Я о нем заботилась. Я его любила. Я с него пылинки сдувала… Ну конечно, я хотела сделать из него настоящего мужчину – инженера, профессора, врача.

– А он оказался тунеядец? – сержант деланно поднял брови.

– Дальнобойщик. – поджала губы тетка. – Никакой романтики.

– Забудьте про него. У дальнобойщиков в каждом городе семья. – Забродин протянул ей платок, и женщина громко высморкалась. – А инженер, врач, опять же… скажу честно – та еще романтика, обсуждать больные органы и кирпичи…

– Может и правда – ну его? – спросила она с надеждой, и мы в унисон одобрительно кивнули. – Мне действительно нужен кто-то поинтереснее. А то, ни рыба, ни мясо. Да и девушка ко мне приходила ежедневно, готовила, убиралась… Жаль ее, пришлось отказаться от услуг, денег едва хватало, чтобы этого борова прокормить.

Артем тихонько приподнял нашу посетительницу за локоток, и с лучезарной улыбкой проводил ее до двери, пожелав на прощание найти поскорее принца на белом коне.

– Боюсь, что такие дамы как эта, никогда не найдут себе, не то что принца – простого работягу. – облегченно бросил я. – Ну, что там у нас?

Артем достал список пропавших без вести за последние несколько месяцев.

– Обзвонил все морги, соседние участки и даже города, вдруг наши дамы приехали из-далека. И ничего подходящего. – он сокрушенно причмокнул и развел руками.

– Но не с неба же они свалились. – начал закипать я. – Есть же хоть кто-то кто их знал.

– Похоже – они из сирот. Как версия.

– Тогда поезжай в детские дома.

– И что я спрошу? – законючил стажер. – Числились ли у вас лет десять назад девушки – блондинка и брюнетка? Хоть головы бы нашли – тогда и опознать можно.

– Были бы головы – и ты бы мне был не нужен! Иди с глаз моих. Толку от тебя – ноль.

Лицо сержанта покраснело, губы капризно сложились в тонкую линию.

– Ага, заплачь мне еще тут! Детский сад прямо. – я кивнул на дверь. – Проваливай. И включи мозги, если они у тебя есть.

Он козырнул, и выскочил из кабинета, тихонько прикрыв за собой дверь. А я заварил чай и стал еще раз перечитывать акты эксперта, ища хоть малейшую зацепку. Мне никак не давали слова Женьки о том, что и эксперты ошибаются. И в чем именно ошибся наш Голудян?

Вспомнив про племянника, я набрал домашний номер, чтобы свериться все ли у него в порядке. Женька ответил едва ворочая языком:

– Прости, дядя, исправлюсь!

– Ага, держи карман шире! Горбатого могила исправит!.. Может доктора вызвать?

– Не надо! Что, в первый раз что ли? Кстати решение твоих проблем у тебя под носом. Судьба тебе благоволит, а ты такой шанс упускаешь.

– Ну и где он ходит, мой шанс? – я пробежал глазами по кабинету. – Нетути, никакого шанса! Никакой подсказки!

– Ты просто плохо смотришь! Любой посетитель дается не просто так, языки почесать. В них твое решение. – голос племянника стал еле слышен. – Пересмотри протоколы и заявления – там твоя разгадка. – и он бросил трубку.

– И что я упустил, что не разглядел? – задумался я. – Туповатый истеричный Борисов и не менее туповатая, вульгарная Осиновская. Вот и все посетители.

Я еще раз перечитал протоколы опросов. Ну не Борисов же убийца? Кишка тонка. Да и кого он мог убить? – я с трудом мог себе представить его с ножом в руке, оттачивающим удар. Затем прочитал опрос Осиновской, с тем же результатом. Ну и что у них может быть общего.

Я набрал номер Женьки. Тот заикаясь и тяжело дыша что-то невнятно пробубнил в трубку, но я не отставал.

– Женя, приди в себя на пару минут! – взывал к нему я. – Иначе отправлю тебя в родной дом, к мамочке под крылышко!

– Ну что еще? – грубовато, но уже более осознанно бросил он.

– Я ничего не нашел в протоколах и опросах. Да и те ли это посетители, у которых отгадка на мои вопросы?

– Те. Только не в печатных строчках ищи, а вспоминай. Был бы ты более лоялен к людям, проявил бы сочувствие и жалость, может не пришлось бы теребить меня по пустякам. Вспоминай о чем говорилось не для протокола. – и трубка снова запиликала короткими гудками.

Я пошел в туалет, окатил голову холодной водой и глядя на себя в потускневшее зеркало, в сотый раз задавал себе вопрос: «Что я должен вспомнить?»

Вернувшись в кабинет, я все еще злился на Женьку, на себя, на весь мир.

Последнее, что сказал Борисов было: – «Еще и продавщица уволилась. Кто будет сидеть в пустом магазине?». Я даже подскочил на месте. Еще не вполне осознав его слова, я попытался вспомнить что говорила о своей жизни Осиновская. «Пришлось уволить девушку, на хахаля уходили все деньги».