Чтение онлайн

— Вам здесь оставаться опасно. То, что провернул Сафонов…

— А ему?

Скалится.

— Ему не привыкать. Как и мне.

От этих слов становится чуть легче. Значит, живой.

— Мы договаривались, что я за всем тут пригляжу, пока все не уляжется. Вам ни к чему лишние проблемы.

Хватаю Мурата за руку. Сильно сжимаю пальцы и уверенным голосом проговариваю:

— Что с ним?

Тот прикрывает веки и наконец сдается.

— Была клиническая смерть пока везли в больницу. Он доигрался. Пулевое ранение в плечо. Потерял слишком много крови.

— А сейчас? — губы едва шевелятся.

Мурат пожимает плечами.

— Без сознания. По крайней мере я не получал новой информации от врачей.

Я понимаю, что Мурат скорей всего щадит мои уши.

Ноги как-то сами по себе перестают держать и я пошатываюсь, вытягиваю руку и опираюсь на стену. Мурат встает с другой стороны, смотрит на меня разом с удивлением и сожалением.

— Губернатор погиб, — говорит вкрадчиво, — тебе лучше не иметь к этому отношения. Ни тебе, ни мальчикам. Сафонов предвидел, что может начаться травля… пока еще был на ногах.

— Зачем? — я решаюсь произнести только эту фразу.

Мурат какое-то время молчит, смотрит в небо.

— Он привык защищать тех, кто ему дорог. Он так устроен. Я ему говорил, не дотянешь. Говорил!

Кулак моего собеседника ударяется в стену.

— Могу увидеть его до отлета?

Мурат какое-то время разглядывает меня с головы до ног.

Потом кивает.

Вечером действительно начинается возня. Нас всех готовят к санэвакуации. Никогда еще такого не видела и надеялась, что такого со мной никогда и не будет.

Теперь же приходится принимать все как данность. Впервые лечу за границу без какого-либо багажа, с двумя детьми, один из которых вовсе и не мой. Он — сын моего нового мужа, брак с которым я вообще поначалу посчитала ничем иным как шуткой.

Сейчас на меня обрушилось столько всего, что мне кажется, даже падение метеорита меня не испугает.

Нас всех готовят к отъезду в аэропорт, но между делом я еще раз напоминаю Мурату мою просьбу.

Хочу увидеть Валерия и хоть как-то поблагодарить за то, что сражался за нас.

По пути мы действительно делаем небольшую остановку. Я покидаю автомобиль скорой со смешанными чувствами — разве я имею право моего сына оставлять? И ради кого? Ради какого-то случайного мужчины?

Закидываю сумку на плечо, поправляю прилипшую к спине кофту — в салоне было жарко.

Нет, я иду не к случайному мужчине, а к человеку, которому очень многим обязана.

И я впервые так боюсь.

С бедой, которая случилась с сыном, как мне кажется, я смирилась давно. А здесь что-то другое.

Я потеряла до того, как успела найти.

А я очень хотела бы узнать его настоящего.

Но, как мне кажется, может быть поздно.

Нас провожает молчаливая женщина старшего возраста.

В палате слишком светло, стерильно и как-то по-неживому холодно.

Рядом со мной Мурат. Видимо, на тот случай, если мне станет плохо. Но, признаться честно, я уже слишком привыкла к потерям, к тому, что мир жесток со мной.

Она отодвигает занавеску.

— Не приходил в сознание? — эхом звучит голос моего спутника.

Женщина поджимает губы, отрицательно качает головой.

“И не придет”, - какой-то страшной истиной сквозит в ее взгляде.

Тогда я делаю шаг вперед и что есть сил сжимаю его руку, вкладывая в этот жест все то, что не могу сказать: “Пожалуйста, возвращайся. Для нас всех, не для меня одной. Хочу камин. Хочу кота. Хочу узнать тебя как человека. Хочу быть твоей женой. Будь моим, пожалуйста”

И на мгновение мне кажется, что Валерий отвечает на мое движение. Веки у него чуть дрожат.

Сафонов Валерий

Пищание прикроватного монитора еле-еле пробивается в сознание. Я слишком слаб, но все-таки чувствую.

Кто-то нежно касается моих пальцев, приподнимает руку.

А я даже не могу раскрыть глаза. Ее прикосновения такие нежные и очень важные.

Теплые. Я помню ее запах, но не имя.

Я силюсь что-то сказать и не понимаю, почему меня предало мое тело. Все оно как бесполезный кусок мяса, как мертвое, когда мне так надо…

От ее рук сердце начинает биться чаще.

Мне надо об этом сказать: “Будь рядом. Останься. Не уходи”.

Дай мне еще своего тепла.

Дай мне дышать твоим запахом.

Она вынимает пальцы из моей ладони и я последним, практически зверским усилием пытаюсь их ужержать.

Тщетно.

С ней утекает жизнь.

Такое странное жгучее чувство. Она что-то значила, она связана с кем-то.

Перед глазами вспыхивает образ светловолосого мальчика и все на миг становится понятным.

Влад.

— … Ехать должны… — я слышу обрывки знакомого голоса.

Представляю себе огромного небритого мужика, похожего на полустершееся воспоминание.

Мурат.

Он должен увезти ее.

Ее и сына.

Осознание наваливается как могильная плита. Я сам распорядился так. Им будет лучше, если они будут не рядом.

— Прогноз печальный, — через какое-то время перешептываются над изголовьем, когда моя ладонь лишается даже призрачных капель ее тепла.

Может так и лучше. Так надо.