Женимся! Это приказ
Шрифт:
– Мы что, плохо работаем? Есть какие-то претензии? – Не стерпел всё же я.
– Вообще-то, за последний год показатели в... – Подхватил было Тимофей, но не договорил.
– Молчать! Можете свои аргументы себе в обиженное отражение нашептать. А мне выговаривать сейчас ничего не нужно. Разговор закончен. Документы на столе. Изучите. Жду приглашений на свадьбы.
И, на этой «радостной» ноте, отец встал из-за стола, и, с абсолютно нечитаемым выражением лица, и прямой осанкой, вышел из переговорной, оставив нас с Тимофеем в полнейшей оглушающей тишине.
– Охренеть. И что это только что было? – Мы с братом переглянулись, и я взял копию документа, лежащего на столе, в руки.
– Если б я знал. – Тимофей последовал моему примеру, и тоже взял распечатку, начав быстро бегать по тексту глазами. – Выглядит всё причесано. Да и орал он явно не по-детски.
Глаза цеплялись за одну строчку за другой, и, по мере того, как я вчитывался, я понимал, что отец был настроен серьезно. Какая муха его укусила?
Нет, разговоры о семье и детях были с нами и раньше, но как-то удавалось всё свести на «нет». В конце концов, нам с братом было всего лишь по тридцать три года. Для мужчин, можно сказать, вообще не возраст.
Да и заводила подобные разговоры в основном мама. А тут вдруг такое от отца…
Шантаж в прямом виде.
– Не знаю, как ты, а я своё упускать не намерен. – Бросил Тимофей документ на стол. – Десять лет работы псу под хвост? Хрен я кому-то всё отдам. Хочет, чтобы женился? Похрен. Женюсь, получу свою часть акций, и разведусь так же быстро, как женился.
– Вот поэтому я и старший, потому что более внимательный. – Скривился я. – Ты мелкий шрифт на второй странице читал?
– Нет. А что там? – Тим снова взял документ, и начал читать, где я сказал, медленно меняясь в лице. – У меня одни маты в голове. Какой, к чёрту, год?
Да. Наш отец всё предусмотрел. Как и всегда.
По документам выходило, что нам не только нужно было жениться, но и пробыть в браке не менее года. И вот это было уже вообще не смешно.
– И чего ты думаешь? – Кивнул Тим на меня.
– А тут думать нечего. Я тоже своё дело не отдам. Не для того тут горбатился днями и ночами. Значит, женюсь.
– С тем, как тебя все раздражают, для тебя сложнее будет не жениться, а год продержаться. – Усмехнулся Тимофей.
– Ты меня тоже раздражаешь. И ничего. Уже тридцать четвёртый год терплю.
– Где невест будем искать? – Скрестив руки на груди, откинулся на спинку кресла брат.
– В клуб сегодня вечером? – Наклонил я голову в бок. А брат утвердительно кивнул.
– В клуб.
4 глава
Аня
Телефон зазвонил как раз в то время, когда я выходила из метро, таща тяжелый пакет в руках. Матвей Иванович, который сегодня, после встречи с отцом и с братом, почему-то был особо не в духе, возжелал, чтобы я отнесла в химчистку все костюмы и рубашки, которые у него лежали запасными в кабинете.
И его абсолютно не волновало, что химчистки были уже закрыты, так как мы не хило задержались.
Под горячую руку лезть не хотелось. Я знала, что босс в таком настроении мог лютовать, и можно было отхватить и без повода, так что просто молча собрала все вещи, решив, что заеду в химчистку с утра перед работой.
Я, наверное, и не ответила бы на звонок, но в голове тут же возникали мысли: а что, если маме стало плохо, и она мне позвонила? Так что я еле как выудила гаджет из кармана плаща, уставившись на экран.
Звонила моя лучшая подруга. Мы с ней давно не виделись, но сейчас как будто тоже было вообще не до этого. Так или иначе, раз уж всё равно остановилась, разместив вещи, которые несла, на скамейке, стоявшей недалеко от входа в метро, ответила.
– Привет, Оль. Что-то срочное? Я просто тут с вещами тащусь, давай я тебе перезвоню, как до дома доберусь?
В ответ я не услышала ничего, кроме всхлипывания и плача. И тут же напряглась.
– Оля?
Похоже, не у одной меня в жизни была чёрная полоса.
Так получилось, что вместо того, чтобы поспать полноценные восемь часов перед рабочим днём, я ехала в противоположном от дома направлении, в сторону квартиры лучшей подруги.
С Олей мы дружили со школы. И, несмотря на то, что потом учились в разных университетах, и вообще жизнь заставила нас вращаться в разных кругах, не потеряли нашу связь.
По пути, прямо с вещами в руках, пришлось зайти ещё и в магазин. Потому что, судя по голосу Оли, разговаривать без «допинга» ей будет сложно.
Дверь в квартиру распахнулась сразу же, как только я нажала на звонок, и на моей шее повисла подруга, оставляя на светлой ткани плаща мокрые подтёки от слёз.
– Ну всё, всё, Оль. Давай хоть в квартиру зайдём. Сейчас ты мне всё расскажешь, и мы найдём выход из случившейся ситуации.
– Ничего мы найти не сможем! Какой выход, если он женится, Аня? У него, твою мать, невеста есть! Как вообще так можно было?
Я завела подругу внутрь её квартиры, и кое-как отцепила её от себя, сбросив заодно на пол и пакеты с продуктами и вещами босса.
Оля, всхлипывая, сидела на пуфике у входа, закрывая руками лицо, и вся сотрясаясь от рыданий.
– Я мороженого купила твоего любимого. И шампанского этого противного, сухого, которое тебе нравится… - Попробовала я как-то разрядить обстановку, но подруга даже не подняла на меня глаза. – Ясно, понятно.
Я тоже устала. У меня были свои проблемы, и медленно и нежно приводить подругу в чувства просто не было времени. Так что я взяла на кухне графин с водой, потом, подумав немного, всё же сжалилась, и налила из графина стакан, и вернулась в прихожую. Где просто вылила воду из стакана прямо Оле на голову.