Женщина не прощает

Посвящается

Коле Алешину, наблюдательному, ироничному и остроумному собеседнику, в общении с которым родилась одна из сюжетных линий этого романа.

Самые злопамятные существа - это слоны, кошки и женщины.

NN

– Погляди-ка на Веника, - прошептал Егор своей соседке по столу Наде.

Та скосила глаза и увидела, что на тарелке Вениамина лежит с десяток надкушенных оливок. В данный момент он взял из салатницы еще одну, куснул и скривился.

– Веник, ты как тот хохол из анекдота: “Если не зьим, то понадкусываю”, - подколола Надя.

– Виноград какой-то невкусный, - поморщился Веник.
– Косым глаза вправлять. Передай-ка мне вон тот.
– Он показал пальцем на стоящее поодаль блюдо с маслинами.
– Может, черный виноград сладкий.

Зажав рот рукой, Надя молча затряслась от смеха.

– Ну и лапоть...
– прокомментировал поведение сокурсника Егор.

– Дурак, я же нарочно.
– Веник расплылся до ушей, чрезвычайно довольный, что прикол удался.
– Санек рассказал мне эту феньку, ну я и воспроизвел, чтоб народ посмешить, а то тоска...

“Странная свадьба”, - мысленно прокомментировала происходящее Ирина.

Новобрачная, восемнадцатилетняя Марина Федорова, хрупкая светлокожая блондинка с неожиданно темными глазами, резко контрастирующими с ее очень бледной кожей и светлыми волосами, выглядела растерянной и отрешенной. На новообретенного мужа она почти не смотрела, вздрагивала, когда к ней обращались, вымученно улыбалась очередному тосту, а потом снова устремляла взгляд в никуда.

Своим сокурсникам Марина сказала: “Пусть приходят все, кто захочет”, - и явилась половина курса, а пятидесятишестилетний жених, бизнесмен Борис Гаевич Заграйский, будто в противовес, пригласил своих знакомых и коллег по бизнесу примерно своей возрастной категории.

Новоиспеченная теща Вера Дмитриевна Федорова, дама климактерического возраста, но чрезвычайно энергичная, шумливая, с зычным голосом и фельдфебельскими замашками, при посадке за стол быстро пресекла намерение друзей дочери сесть кучно и перегруппировала молодых и немолодых, но они не смешивались, как вода и масло.

Ирина Кузнецова пришла на торжество одна, опоздав на час, и заняла свободное место, по обе ее руки оказался молодняк, а напротив - супружеская чета, знакомиться с которой у нее не было ни малейшего желания. Студенты общались только между собой, нарочито игнорируя гостей старшего возраста и демонстрируя пофигизм и пренебрежение приличиями.

Господа бизнесмены явились на торжество с женами - таково было условие жениха. В приглашении значилось: “Желаем видеть вас с супругой”, - а устно Заграйский предупредил каждого знакомого: “Никаких кисок! Только с женой!” Зная его сволочной характер, никто не осмелился прийти с любовницей. Неженатые мужчины получили приглашение на одно лицо, а дамы, независимо от семейного положения, - на два лица (“Почему такая дискриминация?” - недоумевала Ирина), тем не менее, за свадебным столом было много женщин без пары - видимо, им не с кем прийти.

“Намеренно ли Борис созвал именно такой состав гостей?” - над этим вопросом Ирина ломала голову с тех пор, как села за свадебный стол.

Если Борис Заграйский ставил своей целью создать напряженку, - он этого добился.

Супруги состоятельных господ разоделись в пух и прах, от сверкания бриллиантов слепило глаза. И тем не менее, они существенно проигрывали юным студенточкам в маечках-джинсиках: суммарный вес и возраст присутствующих дам раза в три превышал таковые в стане противника. Расплывшимся матронам не оставалось ничего иного, как отгородиться от молодняка высокомерно-пренебрежительной миной, в который уж раз дав себе обещание: “Все, с завтрашнего дня сажусь на диету!”

Не лучше чувствовали себя и их мужья. Пусть сокурсники Марины пока не могли похвастаться внушительным банковским счетом, но в их активе молодость, стройность, перспектива. И возможность добиться девичьей благосклонности “за так”. Господа бизнесмены, подвыпив, не оставили без внимания симпатичных студенток и, улучив момент, пытались покобелиться, но девушки презрительно кривили губки. Кому ж понравится, когда тебя отвергают... Да и благоверная на фоне милых девичьих лиц и стройных фигурок выглядела еще противнее, старше и толще, напоминая мужу о его возрасте уже самим фактом своего присутствия. Молоденькие любовницы были почти у всех присутствующих мужчин, но ведь лапуля-то далеко, а жена - вот она, рядом...

– Ну и гад же Борька, вот ведь подсуропил, - злобно шипела своему супругу дама, сидящая напротив Ирины, - я думала, тут будет приличное общество, а Борис назвал рвань подзаборную, да наглые какие!
– насмешничают, нахальничают, а Борька сидит довольный, да за такие дела убить его мало!

“Все на этой свадьбе безмолвно кричит о том, что Борис Заграйский, как всегда, в шоколаде”, - отметил про себя ее супруг, по многолетней привычке почти не слушая благоверную.
– Он-де может себе позволить заиметь юную подругу жизни, а все остальные присутствующие достойны лишь своих состарившихся жен”.

Примерно так же думали многие гости. Иначе как объяснить, что новобрачный исключил из списка приглашенных всех своих знакомых, имевших молодую жену? Почему среди гостей лишь женатики со стажем? И почему холостым не дали возможности прийти с подругой?

Если Борис Заграйский пожелал внести еще больший разлад в семейные взаимоотношения кое-кого из присутствующих, он своего добился. Если хотел унизить гостей - то и этой цели достиг.

“Виновник торжества торжествует”, - подвела невеселый итог Ирина.

“В понедельник подаю на развод”, - подумал один из гостей, отодвигаясь подальше от своей благоверной, зудящей, как осенняя муха о стекло.

“Ты за это поплатишься, сволочь...” - мысленно пригрозил хозяину другой гость.

Лиза Козелькова, по третьему мужу Мазуркевич, в прошлом манекенщица, а ныне совладелица модного салона, вот уже почти два десятка лет известная в своем кругу под звучным псевдонимом Лайза Трамп, намеренно пришла с опозданием, чтобы ее появление не осталось незамеченным. Пусть Борис оценит ее элегантный стиль и безупречную фигуру.