Чтение онлайн

Сказала наобум, попала, кажется, в десятку. Бээмвэшник зарычал: «Заткнись, сука!» – и, кажется, выбил мне зуб. Выбил бы и еще парочку, но Саша схватил его за руку. Не из человеколюбия, разумеется. Из профессиональных соображений. Но, кажется, я добилась своего: у них загоралась свара. Старалась не пропустить ни слова, хотя и очень звенело в голове.

– Ты совсем спятил! Еще раз так сделаешь – пристрелю, ты и так в этом деле завяз по самые уши. И на твоих высоких покровителей мне плевать – другие найдутся, – орал Саша.

– А ты не тяни кота за хвост, – орал в ответ бээмвэшник. – Нам ведь нужен этот придурок и его щенок. А ты рассуждаешь, кто в кого стрелял…

– Не твое дело! Завалил уже все, что мог, да еще как последний идиот вляпался в аварийную ситуацию. Не мог раз в жизни соблюсти правила дорожного движения?

– А ты не мог сразу договориться с врачом о «предсмертных показаниях» пациента? Пришлось ехать подчищать. И платить, между прочим, двойную цену. Думал, что шеф тебя проверять не будет? Фигу! Сейчас никому верить нельзя, даже самому себе.

– Если бы ты мне сказал, что должно лежать в сейфе, задача бы упростилась. Не могу же я искать неизвестно что.

– Тебе деньги платят не за то, чтобы ты искал, а за то, чтобы не нашел. То есть нашел того, кого нужно. Остальное – мои проблемы.

– Ах так! Тогда решай свои проблемы сам.

– Ты тоже в этом деле уже по уши, даже выше. Лучше выйти из него с деньгами. Пусть в дерьме, но богатым. Подумай, Сан Саныч.

Сан Саныч подумал. И снова обратился ко мне:

– Мы отвлеклись. Где вы прячете Уварова?

– Нигде не прячу. – Не нужно было даже изображать искренность, я действительно не знала, куда его дел Павел.

– А его сына?

– Какого сына?

– Сына Иннокентия Уварова!

– А что, он тоже у вас что-нибудь украл? Или вы и в него неудачно стреляли?

– Сан Саныч, да эта девка морочит тебе голову, – взревел тип. – Дай-ка Гена ее поспрашивает, он умеет. У него самые крутые мужики начинают чирикать, как нанятые, а уж баба…

– Только без переломов и выбитых зубов, – согласился Чернов. – Для погибшей на пожаре это неестественно. А старика пока оставьте. Пусть посмотрит, ему приятно будет молодость вспомнить.

– Забыл сказать, – вдруг подал голос дядя Вика. – Секундочку, молодые люди. Вам это может оказаться полезным.

– Ну вот, – обрадовался Саша, – совсем другое дело!

– Верочка, имей в виду, когда допрашивают, нужно признаваться. Не молчи, сознайся. Что бы ты ни сказала, им нужно будет проверить…

Поняла не только я, поняли и еще двое. Саша стремительно бросился к дяде и ударил его в висок. А второй выругался и махнул подручному: мол, начинай…

– Стойте! – заорала я. – Сволочи, что же вы делаете? Если вы его убьете – ничего не скажу, хоть за… стрелитесь.

– Да жив он, просто отключился. Будешь говорить? Или…

– Черт с вами, буду. Вы забыли про то, что у Уварова была соседка. А у нее, между прочим, двоюродная сестра под Рязанью живет. Вот там и ищите, точного адреса не знаю. Она с мальчишкой туда уехала…

– А ты, выходит, соскучилась по дядюшке и покатила к нему? За дураков нас считаешь?

– Почему же считаю? Говорю чистую правду: понятия не имею, где сейчас Уваров. Не знаю. Когда утром поехала к дяде, он оставался в моей квартире.

Надо было видеть их рожи! Ведь мало того, что это было правдой, это еще и походило на правду. Они же не догадались проверить мою квартиру, прежде чем вытаскивать к дяде. Умора!

– Ну что ж… возможно. Где ключи от квартиры?

– В кармане плаща, где же еще? Сумочек не ношу, вам, Сан Саныч, это прекрасно известно.

– Гена, найди ключи и поезжай к ней. Найдешь клиента – волоки сюда. А мы тут поищем как следует. Если эта стерва наврала, ей же хуже. С Рязанью завтра разберусь, запрошу адресный стол. Похоже на правду, но – не правда. Искать надо ближе.

Гена обиженно засопел:

– А обещали дать с ней побаловаться… Это когда же все успеть? Гена – туда, Гена – сюда, а сами прохлаждаться…

Саша в бешенстве повернулся к типу с «БМВ»:

– У тебя что, другого напарника не нашлось? У него же одно на уме! Может, он с тобой быстренько побалуется и перестанем маяться дурью?

– Надо же было что-то обещать… – буркнул Игнатенко.

– Деньги! Деньги надо обещать! И платить! Это в какой-нибудь конторе можно совмещать приятное с полезным. Гена! Получишь деньги – будешь баловаться, с кем хочешь. А сейчас поезжай быстрее.

– Лучше вы поезжайте, – уперся Гена. – Севка обыщет дом, а я…

Ага, моментально отметила я. Гена – это я, кажется, уже слыхала, а Сева… Сева… черт, что-то знакомое…

Переговоры явно заходили в тупик. Краем глаза заметила, что дядя вроде бы пришел в себя, хотя голова у него была по-прежнему запрокинута, а тело – обмякшим. Но что-то неуловимое… В общем, морально стало легче. К тому же обнаружила, что связанные руки упираются во что-то твердое и острое. Благослови бог старинную мебель и ее мастеров! Никогда не понимала дядиного пристрастия к этим тяжеленным креслам с завитушками и шишечками. Хороша бы я была, если бы вместо дубового монстра меня привязали к современному креслу из хрома и пластика!

Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, начала тереть веревку о перекладину кресла. Пока шли препирательства, на меня не обращали внимания, но, похоже, только в детективных фильмах можно таким образом освободиться от пут. В жизни – практически невозможно. Веревки держались намертво. Да и что толку, если перетрутся? Руки онемели так, что как минимум час пальцем шевельнуть будет невозможно.

А время работало против. Саша потерял терпение и заорал на Гену:

– Или ты, мразь уголовная, делаешь что велят, или пристрелю тебя сейчас к чертям собачьим! Выбирай! Живой – при бабках или дохлый – на свалке. Считаю до трех, потом стреляю. Ну!