Жертва
Шрифт:
Свист, и Аэлиша ощутила, как острая сталь пронзает плоть, перебивая кости и горло.
– За Душееда?
Широкая ладонь отца хлопнула по столу.
– Ты забываешься, девка! Для тебя он господин Миррок. жених и в будущем дорогой муж! Заруби себе это на носу и впредь не
смей открывать свой грязный рот, не подумав!
Протестующе замотав головой. Аэлиша вскочила на нот. Стул с грохотом отлетел в сторону.
– Нет! Нет! Я… Я умру, но не позволю! Не позволю, слышите?!
– На чердак ее! Запереть и не выпускать!
– полетел в спину голос отца.
Девушка трепыхалась и билась, пока братья волокли ее к лестнице. Мир будто разверзся, и она падала вниз в пустоту, где не
было ни света, ни воздуха. Отец с матерью не могли выдумать для дочери жестокости хуже.
Душеед был самым отвратительным и мерзким мужчиной, что девушке доводилось встречать. Тощий, крючконосый, он
слащаво обнажал свои лошадиные зубы каждый раз, стоило ей пройти мимо. Вот только в глазах Душееда не было и тени
улыбки. Холодно-серые, они будто пытались проникнуть глубоко в душу и вывернуть ее на изнанку. А совсем недавно, на
четырнадцатый день рождения Ивимки, пока Аэлиша прислуживала, помогая обносить гостей едой и напитками, гадкий
Миррок подождал, пока девушка станет рядом с ним, и сильно ухватил ее за ногу много выше колена. От неожиданности
Аэлиша чуть не выронила поднос, за что получила упрек от матушки. А Миррок только оскалил зубы и елейным голосом
попросил “милую хозяйку” не сильно бранить “это чудное дитя”. Девушка тогда просто сбежала, не в силах находится рядом
с Душеедом.
Аэлиша метнулась к двери, но кто-то схватил за плечи и руки.
Когда братья подтащили Аэлишу к лестнице, девушка почти выбилась из сил.
– Ступай вниз!
– рыкнул Вириш на старшего.
– Запереть велено, - заупрямился тот.
– Сам сделаю! Ну?!
Коргас как всегда уступил. Отошел в сторону. Аэлиша опять забрыкалась. Вырывалась и даже попыталась укусить, но ее
держали крепко, а когда Коргас скрылся за углом, братец что есть мочи толкнул ее к стене. Затылок впечатался в камень и
перед глазами вспыхнули искры, а оплеуха брата добавила к ним черных всполохов. Вириш крепко ухватил сестру за
подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза.
– Запомни, дрянь, раз уж такое дело, то мне плевать на запрет отца. Сливки все равно сниму я, а твой будущий муженек будет
довольствоваться уже пользованной женушкой! А теперь поцелуй-ка меня на ночь!
Надавив на челюсть так, чтобы ее рот открылся, Вириш прижался к девушке слюнявыми губами. Пропихнув язык внутрь ее
рта, он стал им двигать и шевелить. Это было так гадко и неприятно, что Аэлишу замутило. Сообразив, что руки у нее
свободны, девушка что есть силы отпихнула голову брата от своей, напоследок хорошо пройдясь ногтями по колючей щеке.
Вириш зло зашипел и вновь ударил ее.
– Вали на свой чердак, сестричка. Позже зайду, - пригрозил он.
Аэлиша рванулась наверх. Захлопнула дверцу и тут же бросилась искать что-нибудь тяжелое, чем можно было бы подпереть
хлипкую преграду. Отыскав в углу какие-то доски, собрав в кучу все корзинки и притащив даже свой тюфяк, девушка кое-как
соорудила нечто похожее на заграждение. Но как бы она не старалась, эта преграда не казалась достаточно надежной
против полного силы Вириша. Пусть не с первого, так со второго толчка он просто разнесет все в стороны. В панике Аэлиша
бросилась в свой угол, дрожащими руками сдернула с гвоздика швейные ножницы и крепко сжала их в кулачке. Она будет
защищаться! Изо всех сил! Не сомкнет глаз всю ночь. Не подпустит никого! Пусть только попробуют, хоть пальцем, то она..
Аэлиша громко всхлипнула и тут же закусила губы. Но подступающую истерику уже было не остановить. Тело содрогалось и
дергалось, будто девушка была марионеткой в руках сумасшедшего кукольника. Единый! Где же были ее мозги? Почему она
не сбежала, пока могла? Пусть в никуда и наобум, но даже так это было хоть каким нибудь шансом на нормальную жизнь. Без
тирана отца и мегеры маменьки, без капризов сестрицы и злых шуток братьев. При воспоминании о Вирише опять подкатила
дурнота.
Брат… Брат! Хотел с ней … Хотел ее… Аэлиша замотала головой, не в силах даже мысленно признаться себе в очевидных
намерениях братца. Так вот что значил его странный взгляд! Его щипки и непонятные шутки! Дура, ой дура… Ноги
подкосились, и Аэлиша по стене съехала на пол. Так и сидела в своем углу, тихо поскуливая и размазывая по лицу
непрекращающиеся слезы. Ее и без того нерадостная жизнь в одночасье превратилась в кошмар. И как из него выбраться
Аэлиша совершенно не знала.
Глава 3
Утро встретило Аэлишу жуткой ломотой во всем теле и отчаянной головной болью. Всю ночь девушка протряслась, сжимая
перед собой ножницы и не спуская глаз с двери. Вириш не обманул. Пришел в самую темную темень. Она чуть не отдала