Жертва
Шрифт:
Просто отпусти ее...
Но прежде чем эта мысль дошла до него, он крикнул ей:
– Мне жаль. Если бы все было иначе...
Его слова оборвались, когда она вышла через дверь, и он понял, что слышать ему уже некому.
Ну, вот и все.
Странное чувство охватило его, и он задрожал, а его стояк в мгновение ока ослаб.
Наверное, это чувство вины, - рассудил он.
– Неужели я мог бы изменить своей невесте?– Честно говоря, он не знал.
Но он чувствовал не вину. Это было другое чувство - ему казалось, что за ним наблюдают.
Он уставился на дверь, за которой только что скрылась Сьюзен, на то, как она слегка покачивалась на петлях, после того, как девушка хлопнула ею, но не закрыла как следует.
Внезапный грохот заставил его подпрыгнуть. Он доносился из-за огромного деревянного штабеля у дверей.
Что это, черт возьми, такое?
Грег действительно испугался.
Я нервничаю, потому что чувствую себя виноватым.
И все же плохое предчувствие сохранялось. Он прошел к двери, думая о том, как жутко здесь без постоянного шума техники и перекриков коллег по работе.
Это дневник Хлои пугает тебя, а не это место. Здесь нет ничего странного...
В этот момент он услышал короткий, тихий смешок.
– Что за...
Звук доносился от самого большого формовочного станка возле штабеля древесины, и он замер. Грег никогда не понимал выражения "кровь леденеет", но теперь, черт возьми, понял. Он действительно чувствовал себя так, словно вместо крови по его венам перекатывались осколки льда, отчего каждый сантиметр его кожи похолодел и покрылся мурашками.
– Эй? Сьюзен? Это ты?
Но он знал, что это не так. Здесь никого не было, кроме него.
Наверное, мне это привиделось,– решил он. В тот самый момент, когда Грег уже решил, что сходит с ума и таинственный смех был плодом его воображения, он услышал скребущий звук, доносящийся из формовочного станка.
Что это за хрень?
Может, это крысы?
Хихикающие крысы?
Он подошел к станку, с колотящимся сердцем, а по спине струился холодный пот.
– Приятель? Что делаешь?
Грег подпрыгнул и виновато обернулся. Стив смотрел на него из двери, ведущей наверх, в офис Прескотта Ингхэма.
– Ничего, мне показалось, что я что-то услышал, - отозвался он.
– Что слышал, приятель? Кроме голосов в своей голове?
Грег усмехнулся, несмотря на нервное состояние. Из всех парней, работавших здесь, только Стив стал ему другом и был единственным, с кем он общался вне работы. Остальные были нормальными парнями, но слишком поверхностными. Стив был классным чернокожим парнем, и он с ним с удовольствием общался, даже если самым серьезным предметом их разговора был счет в футболе. Стив никогда не хвастался своими достижениями на любовном поприще, несмотря на то, что был холост, и они относились друг к другу с уважением.
– Как ты думаешь, у нас есть крысы?
Хихикающие крысы...
Он отогнал неприятную мысль.
– Крысы? Не, сомневаюсь. Какого хрена ты здесь застрял? И где Сьюзен?
– О, она вспомнила, что должна успеть на какую-то встречу.
– Так она просто ушла?
– Ага.
– Она ушла без пальто и сумочки? Чувак, женщины никогда никуда не ходят без сумочки. Что, черт возьми, ты ей сказал? Отбрил ее?
– Что? Нет!
– Да ладно, не секрет, что ты ей нравишься.
– Он сошел с нижней ступеньки и подошел к Грегу. – Ты так таращишься на формовочную машину, словно видишь ее в первые.
– Я кое-что услышал...
– Его голос сорвался.
– Слышал что-то? Приятель, эта машина не так давно была выключена, она охлаждается, не так ли? Будет издавать какие-то щелкающие звуки, и все такое.
– Нет, это было не это, это были царапающие звуки. Очень громкие царапающие звуки.
И давайте не будем забывать о гребаном хихиканье...
Стив секунду тупо смотрел на него, затем его глаза резко расширились.
– Ты серьезно думаешь, что там кто-то прячется? Какого хрена, мужик? Ты что, совсем спятил? Туда то и карлик не влезет.
– Низкорослый человек.
– А?
– Человек ограниченного роста. Надо быть политкорректным, не так ли, черный ублюдок?
– Отвали, белый мальчик. Ты по-прежнему лижешь пизду своей матери этим уродливым маленьким ртом? О, я забыл, конечно, лижешь.
Они посмеялись над своими обычными скабрезными шуточками, но взгляд Грега все время возвращался к формовочной машине. Стив был прав, расстояние между станком и полом было менее шести дюймов от земли, протиснуться туда человеку было бы невозможно.
Стив перестал смеяться.
– Ты выглядишь как дерьмо, приятель. Твое уродливое, пакостное лицо стало еще белее, чем обычно. Ты похож на кусок гребаного мела.
– Спасибо.
– Не за что. Что теперь делаешь?
Грег встал на колени и заглянул под формовочную машину. Под ней было пыльно и темно. Его сердце на секунду перестало биться, он был уверен, что увидел, как там что-то движется, но это была лишь тень Стива, который ходил позади него.
– Иисус, мать твою, прослезился, я знаю, что работа дерьмовая, но из-за нее ты серьезно сходишь с ума. Какого хрена ты так нервничаешь?
Стив понятия не имел о трагическом прошлом Хлои; Сьюзен была единственным человеком, которому он рассказал об этом, и теперь глубоко сожалел об этом.
Черт возьми, чего бы я только не отдал, чтобы отмотать назад последние полчаса.
– Наверное, мне просто нужно выпить. Давай быстренько закроем эту сраную дыру.
– Разве ты не собираешься сначала поймать этого надоедливого карлика?
– Отвали.
Стив хлопнул его по спине и пошел обратно к лестнице. Грег последовал за ним, потому что он оставил связку ключей у своего станка, и ему нужно было взять их и запереть двери. Сильный стук заставил обоих парней остановиться; Грег повернул голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как дверь в воротах захлопнулась.