Чтение онлайн

Я вернулась на кухню, чтобы оттащить миссис Джонс к ее мужу и сыну. Нехорошо, что она торчит на кухне одна, когда все остальные выселятся там. Как и Скотта, я ухватила ее за лодыжки и потащила.

Я дотащила ее до центра комнаты и бросила там. Замерев на мгновение, чтобы перевести дух, я уставилась вниз на мертвую женщину, потом повернулась к мистеру Джонсу, который уже сел.

– Кто ты?
– спросил он, как заевшая пластинка.
– Зачем ты это делаешь?

Я задумчиво посмотрела на него.

– Ты должен спросить об этом своего сына. Жаль, что он сейчас без сознания и умирает от потери крови.

– Элизабет?
– позвал мистер Джонс. Его голос прозвучал глухо, видимо еще до того, как позвать жену, он уже понял, что та ему больше никогда не ответит.
– Зачем ты это делаешь?
– снова завопил мужчина.

Мне уже немного надоело его нытье.

– Послушай, дело в том, что я ненавижу твоего сына. Он был неверен мне, и я ждала подходящего момента, чтобы наказать его. А теперь мне придется наказать и тебя, за то, что задаешь очень глупые, блядь, вопросы.

Я посмотрела на пистолет в своей руке.

В ближайшее время он мне не понадобится,– подумала я, засовывая его обратно в сумку.

Не отрывая взгляд от отца Скотта, я потянулась вниз и взяла ногу миссис Джонс за лодыжку. С ее ноги свисала изящная черная туфля, и я отбросила ее через всю комнату для драматического эффекта. По какой-то причине вид ее пальцев в чулках телесного цвета меня сильно возбуждал. Каким-то образом ее обтянутая нога приобрела совершенно новое значение. Она стала символом моей миссии, того, как нечто, казалось бы, обыденное может стать таким ужасным и грязным. Как любая ситуация может превратиться в безумие в одно мгновение.

Остальное произошло как в тумане, я только помню кровь, сочившуюся из ее ноги. Она текла медленно, поскольку женщина была мертва, и я восхищалась изяществом, с которым струйки крови проделывали дорожки на ее чулках. Я была настолько возбуждена, настолько завороженная моментом, что все это казалось чем-то нереальным. Я чувствовала себя просто наблюдателем, словно смотрела какой-то фильм. Как будто я наблюдала за собой издалека, как призрачный свидетель сцены величайшего эротизма.

Из своей сумки я достала зазубренный нож для хлеба, который захватила на кухне, и разрезала ногу миссис Джонс. Ну, не столько резала, сколько пилила.

Ощущение было потрясающим, когда я отпиливала палец на ее ноге, и я не могла оторвать взгляда от этого кровавого зрелища.

Меня откинуло назад, конец палец миссис Джонс остался у меня в руке. Я успел вовремя обрести равновесие, едва не упав на задницу. Улыбнувшись мистеру Джонсу, я засунул кровавый обрубок себе в рот и стал сосать его, как леденец.

Я всегда хотела выпить чьей-нибудь крови, это была мое самое заветное желание. И этой ночью я воплотила его. Я многое делала впервые, и мне это нравилось. Скажем так, я так долго этого ждала, что теперь опьянела от чувства вседозволенности.

Выплюнув обсосанный палец, я перевернула миссис Джонс на живот.

– Элизабет, - всхлипывал мистер Джонс.
– Ты гребаная... гребаная сука.

Последнее уже относилось, как я поняла, ко мне.

– Ну, как-то грубо прозвучало, - надулась я.

Мистер Джонс снова повернулся к сыну.

– Скотт, - прошипел он.
– Скотт!
– повторил он, на этот раз громче, когда тот не ответил.

Скотт пробормотал что-то непонятное.

Значит, еще жив,– подумала я.

– Держись, сынок, - сказал мистер Джонс.
– Все будет хорошо.

Ага, как же...

Скотт ничего не ответил. Лужа крови вокруг его ног увеличивалась с каждой минутой, и я знала, что он умрет от потери крови, если не попадет в больницу в ближайшее время.

А уж такого я не допущу, черт возьми.

Мистер Джонс разрыдался. Теперь, зная, что его жена мертва, а сын при смерти, он поддался слезам жалости к себе. Я не могла отделаться от мысли, что он был не в себе. Я полагаю, шок делает ужасные вещи с разумом.

– Элизабет, о, Элизабет, - завывал он.

Отложив то, что собиралась сделать с миссис Джонс, я подошла к мистеру Джонсу.

– Может, хватит стонать?
– сказала я, толкнув его в грудь так, что он откинулся назад. Мистер Джонс вскрикнул и неуклюже завалился на бок.
– Может это немного приведет тебя в чувство, - рассудила я.

– Зачем ты это делаешь?
– спросил мистер Джонс на удивление сильным голосом, учитывая его состояние.

Я уставилась на него сверху вниз, уперев руки в бедра и расставив ноги.

– Я уже сказала тебе, что Скотт был мне неверен, я нашла сообщение от этой шлюхи, в котором она благодарила его за особенную ночь и говорила, что они должны сделать это снова как-нибудь. А эта бесхребетная дрянь только послала ее по СМС. Он не заслуживает жизни, и ты тоже, раз уж ты так воспитал свое отродье.

Мистер Джонс с трудом приподнялся, неловко усаживаясь.

Он упорно отказывался смотреть на меня.

– Почему ты убила мою жену?

– Вопросы, вопросы, вопросы. Не заставляй меня затыкать тебе рот. Если хочешь знать, я проткнула ей сердце шампуром, почти бескровно. Хотелось сохранить ее тело как можно более целым, - я сделала эффектную паузу, но до конца решила не раскрывать планов, поэтому добавила только: - Для того, что я задумала.

Мистер Джонс заплакал, как ребенок.

– Как ты могла?

– Как ты могла? – передразнила его я.

Нависнув над ним, я вцепилась в ворот его рубашки, и дернула на себя так, что оказалась нос к носу с ним. Я уловила запах чеснока и виски в его дыхании и подумала, чувствует ли он запах плоти и крови своей жены в моем...

Его тело вздрогнуло, словно его сейчас вырвет.

Я догадалась, что он почувствовал запах.

Я отпустила его рубашку, и он неуверенно покачнулся, чуть опять не упав на спину. Его грудь учащенно взымалась, но, похоже, он сумел взять под контроль позывы к рвоте. Пока он пытался отдышаться, я достала из сумки хлебный нож - тот самый, которым я отрезала палец на ноге миссис Джонс.