Чтение онлайн

Зак кивнул, и в его глазах вспыхнуло понимание.

– Я чувствую себя так, словно нахожусь в одном измерении, а от другого меня отделяет тончайшая пелена, – продолжала Рейн. – И вот кто-то по ту сторону пелены начинает говорить. Сосредоточившись, я даже могу различить отдельные слова. Но вообще я не слышу голоса. Я их чувствую.

– Когда, как вы сказали, сосредоточиваешься, все ваши органы чувств как бы открываются навстречу внешним раздражителям, позволяя интуиции прочитать чужеродную энергию.

– Это все равно что впустить себе в сознание призрака.

– Иногда вы слышите шепот жертв, не так ли?

Рейн задрожала.

– Это хуже всего. Я ненавижу шепот убийц, но услышать голос жертвы в тысячу раз ужаснее, потому что знаешь: помочь ей не успеешь.

– Но бывают ведь исключения. Например, девушка, которую вы обнаружили сегодня в подвале, или похищенная девушка, которую с вашей помощью разыскал Митчелл несколько месяцев назад.

– Верно. Но такое случается очень редко. А уж если речь заходит о нераскрытых преступлениях, то благополучного исхода и вовсе ждать не приходится.

– Если не считать свершения правосудия, – тихо произнес Зак.

– Да.

– Наверное, мои следующие слова послужат слабым утешением, но ученые общества считают, что вы не слышите голоса жертв или их мучителей, а способны ощущать энергетический след эмоций, витавших над местом преступления.

– Это я понимаю. Но почему я чувствую лишь крайне негативную, темную энергию? Я никогда не ощущаю следов счастья и радости…

– Ученые считают, что этому есть эволюционное объяснение. Основная задача сознания человека – обеспечить выживание. Иными словами, такие эмоции, как счастье и радость, не представляют опасности, за исключением радостей секса. Психическая сторона вашего сознания со временем привыкла игнорировать положительные ощущения и концентрироваться на негативных.

Рейн ощутила, как ее лицо заливает жаркая краска смущения.

– Радости секса?

Зак заметно развеселился:

– Секс напрямую связан с выживанием. Поверьте, наши паранормальные чувства настроены на потоки энергии, ассоциирующейся с продолжением рода.

«О… Нет, лучше сменить тему», – подумала она.

– Но такие сильные эмоции, как страх, ярость и извращенная страсть, связаны с опасностью, поэтому наши сверхчувства улавливают их легче и быстрее, равно как и наши привычные человеческие чувства.

Рейн пыталась переварить услышанное.

– Понимаю.

В комнате повисла тишина. Ощущение невероятной близости в этом небольшом, залитом отсветами камина помещении крепло с каждой минутой. Рейн подумала, что могла бы вот так сидеть и беседовать с этим мужчиной до конца своей жизни. Соблазн был велик, но, вероятно, опасен, так что пора разрушить эти чары, пока не окрепли.

Рейн слегка выпрямила спину.

– Что вы хотите, Зак Джонс? Только, прошу вас, не нужно убеждать меня, будто Тайное общество внезапно заинтересовалось моей судьбой. Будь я кому-то интересна, со мной бы давно уже связались.

Зак едва заметно прищурился, и Рейн поняла, что отыграла одно очко.

– Я сотрудник детективного агентства «Джи и Джи». Слышали что-нибудь о нем?

Шок пронзил Рейн подобно разряду тока. Вот тебе и невероятная близость! Ей пришлось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы одарить Зака уничижающей улыбкой и мягко произнести:

– О да, я слышала о «Джи и Джи».

Зак кивнул, словно именно такого ответа и ожидал.

– Стало быть, вы помните. Так я и думал.

– Да, я действительно прекрасно помню, что агент «Джи и Джи» по имени Уайлдер Джонс уничтожил результаты многолетних исследований моего отца и до основания сжег его лабораторию. А теперь еще начинаю верить в предположение тети Веллы, что именно этот человек подстроил катастрофу, в которой погиб мой отец. Так что если вы действительно работаете на «Джонс и Джонс», то зря потратили время, разыскивая меня. Даже представить себе не могу причины, по которой мне захотелось бы пошевелить ради вас хоть пальцем.

– Мы с вами заключили соглашение, – напомнил Зак.

«Держи себя в руках!» – приказала себе Рейн. Этот мужчина не просто еще один обладатель такого же, как у нее, таланта, а сотрудник «Джи и Джи», и об этом нельзя забывать.

– Нет. Никакого соглашения мы не заключали! – Вот так. Она тоже, черт возьми, может быть такой же холодной и бесстрастной, как и он. – Вы вошли в мой номер несколько минут назад, протянули мне конверт, и я его взяла, но взамен ничего не обещала.

– Да, конверт вы взяли. Так что я вправе рассчитывать на благодарность.

– Тогда говорите, что нужно.

Лицо Зака вновь озарила непринужденная и уверенная улыбка.

– Не волнуйтесь. Услышав мой рассказ, вы сами захотите со мной сотрудничать.

– Назовите хотя бы одну причину, по которой я захочу помогать «Джи и Джи».

– Только одну? – Зак пожал плечами. – Мое расследование затронет вашу семью. Этого достаточно?

– Что?

– Вы любите контролировать ситуацию, у вас прекрасно все получается, и в этом мы с вами похожи. Так вот: осуществлять контроль за происходящим в сложившихся условиях вы сможете, лишь согласившись сотрудничать со мной. Вы умны, и поймете это довольно быстро. И как только это произойдет, мы станем командой.

– Вы выясняете подноготную моей семьи? – Рейн была не столько ошарашена, сколько сбита с толку.

– Не совсем. – Зак бросил взгляд на циферблат часов из черной стали. – О подробностях поговорим за ужином, если, конечно, в этом городке найдется спокойное место.

– Я не голодна.

– Талант десятого уровня требует повышенного расхода энергии. После того как я пускаю в ход свои способности, мне всегда хочется есть.

А ведь он прав: Рейн внезапно ощутила острый приступ голода, но все же попыталась сопротивляться:

– И все-таки эта идея не кажется мне удачной.

– Это показывает, как много вы знаете. А мне совместный ужин кажется самой замечательной идеей за весь день.

Рейн поняла, что сопротивляться бессмысленно. Теперь, когда этот незнакомец закинул удочку, она уже не могла не заглотить такую соблазнительную наживку. Кроме того, она действительно проголодалась.

– Можете воспринимать этот ужин как своего рода лечебный сеанс, – добавил Зак.

– Ну и от чего же вы намерены меня лечить?