Жиган
Шрифт:
– Побежишь, – предупредил Жиган, – пристрелю как пса паpшивого.
Вокруг не было видно ни одной живой души. Очевидно, Пантелей не ждал незваных гостей, а потому доверил охрану входа одному Битюгу.
Вблизи дом производил еще более внушительное впечатление. Толстые кирпичные стены, толстые высокие двери из мореного дуба, резное крыльцо, окна, напоминавшие бойницы средневекового замка.
Жиган и Битюг прошли мимо крыльца, обогнули дачу слева и остановились перед невысоким деревянным срубом с покатой крышей и трубой. Из трубы поднимался вверх сизый дым.
– Тут, – сказал Битюг.
– Ладно, – сказал Жиган, возвращая курок пистолета на прежнее место. – Ты мне больше не нужен.
Он тут же с размаху ударил охранника по голове рукоятью пистолета. Потеряв сознание, Битюг рухнул на землю. Жиган перешагнул через тело громилы и толкнул скрипучую, покрытую кое-где пятнышками смолы дверь.
Он по-прежнему держал пистолет в руке, опустив его стволом вниз. Предбанник оказался довольно просторным, уставленным вдоль стен широкими скамьями.
К удивлению Жигана, здесь было довольно светло – под низким потолком горела яркая электрическая лампочка.
На скамьях сидели старые знакомые Жигана – Хыз и Борисик. Их распаренные тела были покрыты лишь накинутыми на плечи полотенцами. На скамье между ними стояло огромное блюдо с вареными красными раками, под ногами громоздился ящик с чешским пивом.
Борисик, отхлебывавший пиво из горлышка бутылки, едва не поперхнулся. Хыз рванулся, чтобы встать, но Жиган быстро осадил его.
– Не дергаться! И ты тоже, поставь бутылку, потом допьешь, только медленно.
С ненавистью глядя на Жигана, Борисик неохотно выполнил приказание.
– Вот так-то лучше. Пантелей в парилке?
– Ну… – выдавил из себя Хыз.
– Зови.
– Не могу.
– Что?
Жиган направил ствол пистолета в лоб Хызу.
– Я что – не ясно сказал?
– Да не могу я, – прошипел Хыз, – у него там баба.
Эти слова были похожи на правду, потому что из-за двери парилки доносились размеренные женские стоны и характерный ритмичный скрип.
Ох, как хотелось Жигану прервать этот акт сладострастия и войти в парилку. Но тогда он рисковал оставить за спиной двух противников и поставить под угрозу собственную жизнь. Пришлось ждать.
– Давно он там?
– Сейчас кончит, – угрюмо произнес Хыз.
– А что за баба?
– Так, есть одна сучка.
Жиган присел на скамью у противоположной стены и со скучающим видом принялся вертеть в руках пистолет. Это был «ТТ» китайского производства, о чем свидетельствовали иероглифы на боковой части затвора.
Хыз и Борисик сидели неподвижно, лишь изредка обмениваясь короткими взглядами. Под направленным на них стволом пистолета ни тот, ни другой не осмеливались предпринять что-нибудь.
Наконец из-за двери парилки донесся долгий и протяжный стон, переходящий в лошадиное ржание. Спустя несколько секунд дверь в предбанник распахнулась, и на пороге показался совершенно голый Пантелей, лицо которого выражало глубокое удовлетворение.
– Хорошо, бля… – протянул он и тут же осекся.
Надо отдать авторитету должное. Увидев Жигана, он быстро взял себя в руки и улыбнулся, правда, несколько натужно.
– Какие люди – и без охраны…
Потом он повернул голову вполоборота и громко сказал:
– Сиди тут.
Захлопнув за собой дверь парилки, Пантелей уселся на скамейку рядом с Борисиком.
– Хозяйство прикрой, – сказал ему Жиган.
Пантелей сорвал полотенце с плеч своего подельника и небрежно бросил его между ног.
– Я слышал, что ты откинулся, но не думал…
– Не думал, что я сам захочу тебя навестить?
Уголком полотенца Пантелей вытер раскрасневшееся лицо и, засопев ноздрями, глубоко втянул в себя воздух.
– Эх, хорошо. Люблю баню. И не какую-нибудь там вшивую финскую сауну, а настоящую, русскую, с березовым веничком, кваском, мятой. Знаешь, Костя, как хорошо плеснуть на камешки квасом?
– Баба тоже в комплект входит?
– А как же? Без бабы полного кайфа от жизни не испытать. А вот после бани обязательно надо пивка выпить. Не желаешь бутылочку?
– Благодарю, – холодно ответил Жиган.
– Ну как знаешь, мое дело предложить. А я, с твоего позволения, выпью.
Пантелей запустил руку под скамью, вытащил из ящика бутылку и протянул ее Борисику.
– Открой.
Тот приложил пробку к глазной впадине, сильно сморщился и одним рывком открыл бутылку. Пробка сверкала у него между бровью и скулой, напоминая лорнет странной формы.
– Молодец, – похвалил его Пантелей и обратился к Жигану: – Вишь, каких мастеров у себя держу?
– Ты бы лучше на воротах у себя мастеров ставил.
– Ах вот, значит, откуда у тебя пушка? – Улыбка Пантелея сразу превратилась в жесткую гримасу. – Где Битюг?
– Не бойся, ничего с ним не стряслось. Поваляется на земле, очухается.
Авторитет одним глотком вогнал в себя полбутылки и, громко отрыгнув, воззрился на Жигана.
– Ладно, чего пришел?
– Твои бойцы на кооператив наехали?
– Какой еще кооператив?
– «Мечта».
– Что-то не припоминаю.
Жиган почувствовал, что начинает злиться, – а это плохо. Не надо терять самообладания из-за ерунды.
– Кончай фуфел гнать, Пантелей. А то я могу психануть и чего доброго нажать на курок.
– Успокойся, пацан, – с неожиданным миролюбием сказал Пантелей. – Я, в натуре, не рублю, за что базар.
– Знаешь такую фамилию – Большаков?
– Вояка какой-то вроде.
– Теплее.
– Так бы сразу и сказал. Значит, ты за него пришел мазаться? Сколько он тебе башляет?